Шёл дождь. Крупные капли успокаивающе барабанили по оконному стеклу. На часах было уже полодинадцатого вечера. В офисе никого не осталось. Отодвинув клавиатуру, он поудобнее устроился в кресле и стал созерцать мерцающий экран монитора. Если бы кто-то в тот момент заглянул ему в глаза, то, наверное, отшатнулся бы. В них была пустота.

Так, в абсолютной неподвижности, он провёл четверть часа. Только изредка вздымалась его грудь, и это было единственное, что показывало его принадлежность к миру живых. Внезапно ожил перешедший в «спящий» режим комп. Письмо. Три движения мышью. Спам.

Его губы чуть дрогнули в улыбке. Он и сам знал, что не хочет того, чего ждёт. Больше всего в жизни он терпеть не мог собственную парадоксальность. И смеялся над ней. Смеялся над собой. В голос. Когда оставался наедине с собой, в смехе проскакивали истерические нотки. Списывал на нервы, усталость, раздражённость.

Вздохнул, будто выпускал сигаретный дым. Вырубил комп, свет в офисе, и вышел на улицу. Никогда не носил с собой зонтов. Официально, потому что неудобно его везде с собой таскать, истинно – потому что любил дождь. Сверкнула искра зажигалки, по воздуху разнёсся запах хорошего табака. Зашипела, испарясь, капля, попавшая на уголёк сигареты. Усмехнувшись, он вытянул руку, останавливая машину.

Завибрировал телефон.

- Да, я слушаю.
- Рафф, куда ты пропал, тебя все ищут! Почему не берёшь мабилу?!
- Извини.. Я был.. там..
- Где там? Да что с тобой?!
- Всё в порядке, я уже вернулся. Скоро буду.

Останавливаясь, скрипнула тормозными колодками белая «классика».

- Далеко?
- Домой..
- Чего?
- Ничего. На Каширку мне.

"Классика" с новым пассажиром скрылась за поворотом Покровского бульвара. На асфальте остался дымящийся окурок сигареты. Фильтр уже намок, но даже на тёмном фоне были видны бурые пятна. Когда ему хотелось плакать, он всегда прокусывал губы.