[показать]

Она была одета не «с иголки»,

Когда её увидел из авто,

Но чисто и опрятно. Ветер колкий

Приподнимал подол её пальто.

Я, грусти глаз её не замечаЯ,

Опешил так, что вымолвил едва:

«Прошу! Поедем, угощу Вас чаем!»…

Кольцо на левой — видимо, вдова.

И, аромат духов её читая,

Приятных, но совсем не дорогих,

Я понял — не совсем она простая,

И что-то в ней не так, как у других…

Она присела на краю дивана.

На юбку лёг не броский маникюр…

Стройна, красива, сущая Диана!

Вот, ей ещё бы платье «ОТ-КУТЮР»!

Журнальный столик: крабы, сыр, маслины

И белое французское вино,

В хрустальной вазе груши, апельсины.

И две свечи, и лунный свет в окно…

Заговорить пытался осторожно,

Но на вопросы под глоток вина

Она мне отвечала односложно,

Какой-то мыслью заворожена…

Обрывки фраз про нужные лекарства,

Про трудный хлеб и мизерность зарплат,

И что впервые… Не было лукавства

В её словах про «жизнь-не шоколад»…

«Преподаю… в начальных классах… русский…», —

Не поднимая глаз, сняла пиджак

И расстегнула пуговку на блузке,

Как будто на Голгофу сделав шаг…

В моей тарелке покраснели крабы,

(Хотя по жизни знал я много тел)

Черты увидел Женщины — не Бабы,

Которую, наверное, хотел…

Я положил ладони ей на плечи

И пробубнил, помимо слов, «прости!»,

Что я забыл об очень важной встрече, 

Что тороплюсь и мне пора идти.

Она к стене шагнула чуть поближе,

Откуда на неё смотрел Мане,

Когда-то мною купленный в Париже.

Я деньги доставал из портмоне

И видел, как на шее билась жила,

На тонкой блузке видел дрожь осин,

Как в сумочку с очками положила,

Стесняясь, пару груш и апельсин.

Была она — совсем ещё девчонка…

На миг на мне остановила взор

И, за собою дверь закрыв тихонько,

Она шагнула в ночи коридор…

А днём, забыв с диктантами тетрадки, 

Бегом, в больницу, где трёхлетний сын.

Чтоб положить на тумбу у кроватки

Лекарства, пару груш… и апельсин…

*****

С тех пор я не встречал её ни разу.

Хотя случилось это так давно,

Я жду её, поставив фруктов вазу

И белое французское вино.

Её ищу я в переулках узких

В том сне, что для меня невыносим:

Расстегнутая пуговка на блузке

И пара груш, и рыжий апельсин…

Борис Прахов