Переписала из старого рассказа новый, как из старого платья перешивают юбку. Надеялась получить в итоге что-то стоящее, но увы - если таланта нет, то его и нет. 

Почему?

Вечер. Закат. Я сижу у окна

Сзади раздаются торопливые шаги. Этот неровный и суетливый стук каблуков я ни с чем не спутаю.
- А вот и ты, - шепчу я, слабо улыбаясь
Обернувшись, я вижу ее - такую красивую, такую родную; она стоит совсем рядом - только руку протяни - но в то же время очень далека, словно другой край Вселенной, словно одинокая нейтронная звезда, посылающяя радиосигналы, которые никто и никогда не услышит.
Я тянусь к ней, но она мягко отталкивает мою руку.
- Ну что ты? Перестань, - говорит она
"Ты - всё что у меня есть!" - хочу сказать я, но она добавляет:
- Держи себя в руках.
Передо мной ложатся несколько купюр и белый пластиковый пакетик. Ровно столько, сколько нужно на неделю. Ни больше ни меньше.

Она целует меня в лоб, как покойника. Нехотя дает себя обнять. Уходит, хлопая дверью.

"Мне не нужно это. Мне не нужны деньги, не нужна доза. Мне нужна ты, ты, ты..." - я хотел заплакать, но слез у меня не осталось уже давно.

Зачем она опять принесла это? Она действительно думает, что так мне будет лучше? Неужели она не понимает, что унижение от ее жалости убъет меня быстрее наркотиков? Или, может быть, именно на это она и рассчитывает?

Кого я обманываю... Мы оба на это рассчитываем, и оба об этом прекрасно знаем. История у нас банальная, этим никого не удивишь - я люблю ее, она меня - нет. Когда я понял, что никогда не приближусь к ней ни на шаг, дрянь показалась мне лучшим способом пережить неудачу. Сейчас доза давно не приносит мне облегчения. Это всего лишь мерзкая физиологическая потребность, превратившая меня в ходячий труп, перечеркнувшая всё мое прошлое и будущее, и оставившая мне лишь холодное, темное, ненавистное настоящее.

Я все время думаю и никак не могу понять - почему она не бросит меня, почему не оставит? Может быть, из-за чувства вины? Конечно, ведь она не тратит время и силы на то, чтобы вытащить меня - я ей не нужен - и ей проще раз в неделю принести мне эту отраву и со спокойной душой спешить домой к мужу и детям, словно фея из сказки улетать обратно в свой светлый прекрасный мир. Я же униженно принимаю ее подачки и живу от воскресенья к воскресенью, чтобы снова посмотреть в ее глаза.

И всё же что-то тут не сходится. Если ее держит лишь жалость, почему бы ей не проявить высшее сострадание, не достать тройную дозу и не швырнуть ее мне в лицо, чтобы я вколол все разом и больше не мучился?

Впрочем, не уверен, воспользуюсь ли я этим. Смерть - мое единственное спасение, мой путь к свободе. Но с моей смертью исчезну не только я, исчезнет память обо всем, что нас связывало раньше - годы нашей дружбы, мечты о великих делах, долгие прогулки, музыка, впечатления, запахи, эмоции. Исчезнет целый мир, наполненный светом, надеждой и смыслом. Пока я здесь, пока я живу и дышу - я чувствую в себе остатки того меня, который был с ней рядом, который был ее лучшим другом, ее частью. Умерев, я останусь в ее памяти и в памяти этого мира лишь очередным жалким сторчавшимся ублюдком - хотя я и так им являюсь, но нежелание признать это все еще позволяет мне оставаться собой. Я не возьму на себя такую ответственность. То, что со мной стало - это ее вина, и если она хочет избавиться от меня раз и навсегда - она должна сама вколоть иглу мне в вену и сама нажать на поршень. 

Но почему, почему ты этого не хочешь? 

Почему ты никогда не оставишь меня?