Жизнь и творчество поэта-монаха, отшельника, нашего с вами современника -
облечённая в удивительной красоты стихи-молитвы, пробуждающие сердца от духовной спячки.
Ещё не все объезжены места,
Не до последней выплаканы строфы.
И всюду – Лик Распятого Христа,
И всюду – продолжение Голгофы.
( иеромонах Роман )
Имя иеромонаха Романа хорошо знакомо миллионам русских людей. Автор духовных стихов и песен, член союза писателей России, простой русский инок, он давно стал родным и близким для многих ревнителей чистого святоотеческого православия. Кассеты с записями его песен продаются в церквях по всей России. Их поют профессиональные певцы (Жанна Бичевская, Олег Погудин), хорошо известны они и за рубежом.
иеромонах Роман Иеромонах Роман (в миру Александр Матюшин) родился в 1954 г., в семье сельской учительницы, в Рябчевске, небольшом селе Брянской области. Уже в школе начал писать первые стихи, но никому их не показывал: уровень районной газеты его не устраивал, а к кому можно еще обратиться, не знал. Учился на филологическом факультете Калмыцкого госуниверситета, но от выпускных экзаменов отказался, после чего работал плотником, рабочим силикатного завода, художественным руководителем в ДК, учителем музыки в школе.
Призвание к монашеству ощутил уже в ранней юности, а может быть (неосознанно), и в детстве. Мать, Зоя Николаевна Матюшина, работала учительницей в школе, а после смерти мужа стала монахиней в миру в Печорах.
Постриг принял в Псково-Печерском монастыре, потом служил на приходах Псковщины, в Киево-Печерской лавре после ее открытия и, наконец, в 1993 году по благословению правящего архиерея Псковского Евсевия стал единственным насельником скита Ветрово.
Стихи иеромонаха Романа поражают разнообразием: это и исторические баллады, и притчи, и психологические картины-зарисовки с натуры, и философские раздумья, облеченные в рифму, и гневная гражданская лирика, и символические обобщения, и очень личностные воспоминания-размышления.
В скиту Ветрово, упрятанном от шумных городов, поднялась ныне бревенчатая церковь в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших». Здесь молится отец Роман перед написанной им самим иконой Заступницы Усердной о нашей многострадальной Родине. Здесь, в тишине и безмолвии, которые по воле Божией, стали для батюшки полными, непроницаемыми, из молитв рождаются стихи, которые, верим, должны рождать ответные молитвы у всех, кто их читает, потому что Бог дал отцу Роману его поэзию как образ служения людям, служения своей стране.
Белый храм над рекою -
Алавастр чистоты.
Благодатным покоем
Утешают кресты.
Улови мгновенье,
Капли на кустах,
Помолись под пенье
Беззаботных птах.
Ночью звезды пророчат,
Утром росы горят,
И ужедшие молча
С фотографий глядят.
На гранитных плитах
Сквозь то мох, то грязь,
Чту слова молитвы
И пиитов вязь.
До чего же знакома
Безответность в слогах
- "Я теперь уже дома,
Ты, прохожий, в гостях".
Не прочтет писатель
Свой нехитрый труд.
Упокой, Создатель,
Зде лежащий люд.
Солнце в каплях играет,
Лик пернатый поет.
И хожу, выбирая,
Где тут место мое.
И стою порою
Меж сырых кустов.
И меня зароют
(Дай, Бог, под крестом).
Суббота перед Вербным,
14 - 22 апреля 1989 г.
п. Кярово
*****
Ах, оставьте, не нужно тревожить
Эту воду у мокрых обочин.
Лужи спят на раскисшем ложе,
И, конечно, мечтают о большем.
В их мечтах одинокий месяц,
Капли звезд, придорожные кущи.
И никто до утра не месит
Сапогами больные их души.
О, блаженное время покоя,
Одиночества и чистоты.
Холодея в сережках стекольных,
У канавы столпились кусты.
Отстоялись, забылись лужи,
Осторожно, смотри, не задень.
Ведь и так их усталые души
Суетой испохабит день.
И окончится звездный праздник
Под ногами зевак и растяп.
И захаркают лужи грязью,
За раздавленный месяц мстя.
... Спите, лужи. Обиды в прошлом.
Блеск и гладь, хоть неси коньки.
Спите, спите до первой подошвы,
Искалеченные родники.
28 октября 1981 год
Тракай - Вильнюс
*****
Пел соловей, ах, как он пел,
И тишина ему внимала.
Как я хотел, чтоб он допел
О том, что не начать сначала.
А он свистал весь день и ночь,
А он выделывал коленца,
Как-будто мне хотел помочь
Хотя б немного отогреться.
И плыл туман живой водой,
Стога, стога в тумане плыли.
И даже звезды песне той
Небесным отраженьем были.
А воздух травами пропах,
И я стоял в предверьи рая,
А он трещал в своих кустах,
Людскую славу отвергая.
Я понимал, настанет тишь,
Луна застынет горьким комом.
Ты улетишь и прилетишь,
Но пропоешь уже другому.
14 июня 1990 г., п. Кярово
*****
Смири себя. И Бог тебя простит.
И узришь естество в ином звучанье,
И Звёздный мир и дол сорастворит
В непостижимом таинстве молчанья.
Молчание, зовущее горе...
Великим ладом полнится творенье.
И в свете звёзд, и в чуткости дерев -
Во всём я узнаю Богоявленье.
Как близок Бог! Умом не разуметь.
Глаголом не коснуться дивной сути.
И только сердце не престанет петь,
Что Благ Господь! И Милостив! И Чуден!
19 января 1997. Крещение Господне. Скит Ветрово