Город в ногах рассыпается лужами,
небо на нервах - до звона гитарного,
жизнь пробегает от завтрака к ужину,
насмерть ломает и учит жить заново.
В ярком рассвете и в хриплой полуночи,
В мрачных подвалах и храмах намоленных,
В гордых высотках и тоненьких улочках -
Где бы я ни был, везде вижу воронов.
Я сумасшедший, а, может быть, раненый,
кровью истекший да к черту загруженный?
Вороны могут быть разными странами,
Вороны могут быть чьими-то душами.
Цепи вопросов, клеймом откровения,
я словно нищий лежу на обочине,
Я задолбался цепляться за белое,
Что ни попытка – в награду пощечина.
Хочется сдаться – пускай рассыпается,
Пусть заклюют ненасытные вороны,
Я как состав, что отходит от станции,
только не знает, в какую же сторону.
Черные птицы как некие призраки -
тени ошибок под крыльями собраны.
Мне бы как воздух кого-нибудь близкого
Или я сам навсегда стану вороном.
