Говорят, что своя рубаха ближе к телу.
А ты у меня под рубахой - срезанная серпом поэзии омела,
Занемела вторым моим сердцем - у самой кожи.
И живу теперь я - к жизни твоей приложенным.
Ничего нет ближе - рубаху с себя снимаю,
Остаешься ты,
Остаешься, моя родная.
Остаешься говором шепота у ключицы,
Остаешься наречием загнездовавшей птицы:
Из груди моей - ветви, травы, сырые листья,
Из груди моей всё - гнездо для любимой птицы.
Говорят, что своя рубаха ближе к телу,
Но ты под рубахой дышишь - намного ближе.
Соловьем из духа во мне отлита и сделана
Той природой древней - цветы в гортань возложившей,
От которых я стал поэт - и пишу по нотам
Логос глаз твоих
Или ладони лотос.
Говорят, что своя рубаха ближе к телу,
Но зачем мне носить рубахи, когда мы вместе
Из заката спальни в нежную страсть темнеем -
И тогда вся спальня пахнет чем-то небесным.
Но зачем рубаха, если вот этот вечер
Твои губы в сумраке чувствует, как акустику,
А орган души в органике человечьего
О тебе созидает в мир последнюю музыку.
Аль Квотион