[500x402]

В застывшей комнате нас было только двое
И вечерами мы любили вместе
Варить бульон из сорванных обоев,
Молиться на пустой засохший клейстер.

Темнело. Мы озябшими руками
Сплетались и, не говоря ни слова,
Смотрели, как в печи танцует пламя
На томиках Шекспира и Толстого.

Придёт декабрь в клювастой белой маске,
И жернова бесшумно перемелют
Ту сторону души, что так опасна
При внутреннем бессрочном артобстреле.

Потом январь с безжалостностью рыси
Вонзит в тебя холодный острый коготь.
А книги кончатся. И только ворох писем
Лежит на полке.. Нет. Нельзя. Не трогать.

Февраль впорхнёт безумной снежной птицей,
И, вопреки твоей последней просьбе,
Мне никогда не перестанет сниться,
Как стынет взгляд... и как скрипят полозья.

Иван Козлов