В 1964-1979 гг. Хайдар Яхьяев занимал в Узбекистане пост министра внутренних дел и был ближайшим соратником всесильного хозяина республики Рашидова. 15 лет Яхъяев удерживал в кулаке всю узбекскую милицию, дослужившись до генерал-лейтенанта. На своем посту министр был абсолютно неприкасаем. Любые попытки к нему подобраться заканчивались ничем благодаря царскому заступничеству Рашидова. Всё изменилось только тогда, когда последнего не стало. Но даже угодив под арест, Яхъяев переиграл тех, кто его задержал.

Хозяин милиции

Хозяин Узбекистана Рашидов

Хайдар Яхъяев во время руководства министерством внутренних дел имел неограниченную власть над милицией и сыском. Именно он решал, кого посадить, кого отпустить. Его боялись не меньше, чем уважали. Даже после отставки привлечь экс-министра к ответственности не представлялось возможным, потому как за него сразу вступался всесильный Рашидов. Компромат многие годы пылился архивах. Когда Рашидова не стало, в Узбекистан прибыли следователи из Москвы с твердым намерением припомнить генералу былые грехи.

А предъявить было что: тысячные взятки, составы пустых вагонов, на бумаге набитые хлопком, и прикрытие невероятного обогащения узбекской партийной элиты на фоне ликвидации неугодных и несогласных. Приход Андропова к власти развязал КГБ руки. Чекисты принялись бороться с коррупцией на местах. Тогда-то и стартовало раскручивание легендарного «хлопкового дела», призванного усадить за решетку десятки силовиков, чиновников и причастных. В августе 1985-го арестовали и бывшего министра Яхъяева. Его заперли в следственном изоляторе по обвинению во взяточничестве. Никто не сомневался, что песенка Хайдара спета. Но не тут-то было.

Задумка КГБ

В рамках хлопкового дела летели сотни голов
.
«Хлопковое дело» пошло с особым размахом. Начавшееся со считанных задержаний расследование вели в общей сложности 200 человек под руководством следователя по особо важным делам Прокуратуры СССР Тельмана Гдляна. На протяжении 1984−1989 годов было рассмотрено свыше 800 уголовных дел, 600 из привлечённых к ответственности представляли руководящие кланы. Главным виновником назначили Рашидова, который скончался в октябре 1983-го. Следующими ответственными за преступления всесоюзного характера стали министр хлопкоочистительной промышленности Узбекистана Вахабджан Усманов и глава ОБХСС Музаффаров. Их приговорили к высшей мере, остальные получили различные сроки заключения.

Заполучить в свое распоряжение экс-министра решили чекисты. И вовсе не в порывах помогать правосудию, а совсем из других побуждений. В деле Яхъяева КГБ преследовал свои ведомственные интересы. Лубянке казалось крайне выгодным забрать громкое дело прокуратуры себе, ведь бывший министр внутренних дел знал всю подноготную узбекской верхушки и стал бы для КГБ агентом на вес золота. Завербовать такого человека, прижатого к стенке угрозой уголовного срока, было для госбезопасности привычным делом. Так началось перетягивание одеяла на себя между КГБ и прокуратурой.

Обвел вокруг пальца

Следователи Гдлян и Иванов

Битый и опытный Яхъяев эту игру сразу раскусил мгновенно. Хайдар Халикович хорошо знал свои перспективы в том случае, если он угодит в лапы к чекистам. Сначала из него вытянут всё, что можно, а после сделают марионеткой. Генерал подумал и выдал такое, чего от арестанта никто не ожидал. Он написал на имя прокурора дерзкую записку с условием: если дело окажется в КГБ, он немедленно отказывается от всех до единого предыдущих показаний. А таковых было с избытком. Яхъяев решил разыграть роль послушного и покладистого арестанта, подтверждавшего все, что от него требуют. При этом бывалый экс-министр, державший в свое время в страхе всю республику, неустанно бил поклоны своим следователям и восхищался их профессионализмом.

Хитрый Яхъяев отлично понимал, что его голые признания во взяточничестве без подкрепления объективными доказательствами в любой момент превратятся в мыльный пузырь. А расслабившиеся ввиду его активного сотрудничества прокурорские пренебрегли поднятием старых архивных дел и поиском важных свидетелей. Следователи не обеспокоились ни реальными обстоятельствами, ни точным временем нелепых сочинений. Они радовались любым признаниям, наслаждаясь собственной непродуманной чванливостью. Расчет Яхъяева полностью оправдался. По итогу у следователей не оказалось достаточных доказательств на фоне предъявленных ему обвинений. Они представили суду поверхностные, противоречивые данные, что сделало приговор невозможным.


Яхъяев 15 лет держал в кулаке республику

Суд даже не смог оставить задержанного дальше под стражей. Обвиняемый провел в заключении три с половиной года, а по закону того периода в изоляции человека допускалось держать не больше девяти месяцев до суда. Не мог суд вменить в вину Хайдару и в других его действиях, собранных КГБ. Нельзя было выйти за рамки обвинительного заключения, представленного прокуратурой. И тут Яхъяев нанес свой удар, решив поиздеваться над следователями Гдляном и Ивановым. Прямо в зале суда он обратился к руководителям партии и правительству, начав вскрывать «хитросплетения и коварные методы и способы, при которых отдельные высокопоставленные лица Прокуратуры СССР искусственно создают обвинения». Экс-министр утверждал, что его следователи - лживые и бессердечные люди. «Их следственная группа на сегодняшний день достигла такой недосягаемой вершины, что она в состоянии мгновенно придавить любого, кто чем-то посягнет на их авторитет». Арестант, который еще вчера давал детальные показания, делал признания и «всех топил», вдруг при всех отрекся от своих слов.

А заодно довел до суда, какими методами такие показания вытягиваются из людей. В общем, все, на чем держалось до той минуты обвинение, рассыпалось в прах, а вот изъяны следствия вылезли наружу. Суд оправдал Яхъяева, освободив его на глазах у изумлённой публики прямо в зале. По громкому «хлопковому делу» под каток попали тысячи судеб, а узбекский министр стал единственным, кто вышел сухим из воды. По возвращении в Самарканд Яхъяеву устроили пышную встречу в аэропорту с цветами и овациями.

Об узбекском герое другого плана: Большое сердце кузнеца Шамахмудова: В годы войны узбек с женой усыновили 15 детей разных национальностей.

Источник