Молодость…молодость… Пора надежд и непредвиденных разочарований. Вот она, кажется, та самая любовь, но вдруг ее уже нет, так иногда бывает в жизни. Диана – миловидная девушка с волосами цвета меди и зеленоватыми глазами, как и многие девушки, мечтала о большом городе с вечерними огнями, заманчивыми витринами магазинов и о красивой любви. Она родилась и выросла в деревне, но как и все хотела поскорей уехать из дома.

У нее получилось. Диана в школе училась хорошо, поступление в политехнический институт открыло дорогу ей двери в светлое будущее.

- Я поступила-поступила, мамочка, папа, представляете, ваша дочь студентка, - приехала она домой и с порога радостно кричала.

Мать вытерла слезы, а отец обнял дочку.

- Молодец ты у нас, дочка, я всегда в тебя верил, - говорил он грубоватым голосом, работал в деревне механиком по ремонту сельхозтехники.

Понеслись студенческие годы с присущей им романтикой. Вечеринки с однокурсниками, зачеты, экзамены, походы в лес, песни под гитару у костра. Диана с радостью приезжала домой на каникулы. Знакомые с детства огородные грядки, петушиные пения спозаранку, парное молоко от коровы Рябинки, все было таким родным и милыми. Но ей быстро становилось скучно в деревне. И местные парни проигрывали городским, хотя в городе она еще не встретила того единственного.

Наконец-то окончен институт, получен диплом, впереди жизнь, полная неизвестности.

Диана поправила медную прядь, выбившуюся из строгого пучка, и глубоко вздохнула. Офисное здание из стекла и бетона пахло кофе и чем-то незнакомым, так не похоже на запах сена или мокрой листвы в её родной деревне. Она прошла стажировку, защитила диплом с отличием, и вот первый настоящий шаг во взрослую жизнь.

Секретарша с идеальной укладкой кивнула на дверь:

- Главный инженер вас ждёт. Директор сейчас в отпуске, так что собеседование проведёт Руслан Игоревич.

Диана поправила воротник блузки и постучала.

- Войдите, - раздался спокойный голос.

Она шагнула внутрь и... замерла на пороге. Кабинет, залитый серым светом северного окна, вдруг перестал существовать. Потому что из-за стола поднимался высокий молодой мужичина. Плечи, обтянутые дорогой тканью пиджака, казались выточенными специально, чтобы держать на себе этот кабинет, этот пост, эту власть над чужими судьбами. Тёмные волосы чуть длиннее, чем принято, острые скулы и глаза такого глубокого серого цвета, что в них хотелось утонуть, как в осенней луже на просёлочной дороге. Ему было лет тридцать, от силы тридцать два.

Руслан Игоревич перевёл взгляд с резюме на неё. На долю секунды его взгляд задержался на её волосах цвета меди, которые так не вписывались в казённую обстановку.

- Диана Сергеевна? - его голос был ровным, профессиональным. - Проходите, присаживайтесь.

Она заставила себя двинуться с места, внутренне проклиная ту самую деревенскую девчонку, у которой сейчас колотилось сердце, как на беговой дорожке.

- Здравствуйте, - выдохнула она, плюхаясь на стул с той самой неуклюжей грацией, которую так и не смогли выбить из неё пять лет политеха.

Он улыбнулся краешком губ.

- Не волнуйтесь. Я не кусаюсь…

Он начал задавать вопросы про диплом, про опыт, про расчёты нагрузок на металлоконструкции. Она отвечала чётко, складно, цифры сыпались как горох. Но где-то на периферии сознания билась одна-единственная картинка: студенческая, тёплая, совсем из другой жизни.

...Вспышка костра на лесной поляне. Пахнет дымом, прелой листвой и картошкой, запечённой в фольге. Это была традиция, после сдачи зачетов они с однокурсниками выезжали на природу, разводили огонь. Андрей с их курса брал гитару, и тишина взрывалась аккордами под чей-то фальшивый, но душевный подголосок.

Она, тогда ещё зеленоглазая девчонка, сидела ближе всех к огню, обжигая пальцы о горячую картофельную шкурку. Соль крупными кристаллами таяла на масле, и казалось, что вкуснее этой картошки нет ничего на свете. Никакой ресторанный изыск не сравнится с тем, как лопается в руках горячий, рассыпчатый клубень под аккомпанемент сверчков и треска углей.

- Диана Сергеевна?

Она моргнула. Серые глаза главного инженера смотрели на неё с вежливым недоумением.

- Простите, задумалась, - она встряхнула головой, и та самая медная прядь снова выскользнула на свободу, упав на щёку.

Руслан проследил за её движением, и в его взгляде мелькнуло что-то странное, почти уязвимое. Будто он сам на секунду провалился в какое-то своё воспоминание, где тоже пахло дымом и звенели струны.

- Ничего, - сказал он тише. - Такое иногда случается и со мной тоже.

Диана вдруг набралась смелости. Может быть, потому что за окном брызнул редкий дождь, и этот звук так напоминал капли на листьях берёз за околицей. А может, потому что от него пахло не только дорогим парфюмом, но и чем-то горьковатым.

- Руслан Игоревич, - сказала она, глядя прямо в его серые глаза, - а вы когда-нибудь ели картошку из костра? Самую вкусную, когда она в золе, а соль на зубах хрустит?

Он замер. Секунду, другую. А потом улыбнулся открыто, по-настоящему, совсем не по-инженерски. И от этой улыбки по спине Дианы побежали мурашки, словно кто-то невидимый перебирал струны гитары где-то глубоко в сердце.

- Ел, конечно, - ответил он. - Давно. В другой жизни.

Они смотрели друг на друга сквозь стопку чертежей.

- Ну что ж, приступайте к работе, коллеги вам все объяснят.

Первый рабочий день проплыл, как в тумане. Потом потянулись рабочие будни. Диана быстро освоилась в коллективе, беспокоило только одно – Руслан Игоревич, который иногда заходил к ним в кабинет. Тогда сердце Дианы готово было выскочить ему навстречу. Коллега Юля, намного старше Дианы заметила иронически:

- Ну что, обоял тебя наш Руслан Игоревич? Здесь все в него влюблены, но он - ни-ни. Что-то вроде одинокого волка. Ты тоже попалась…но я думаю, ты не в его вкусе. А ты лучше оглянись, столько наших ребят на тебя поглядывают…

Потом переключились на ежегодный корпоратив, который должен пройти через неделю, Юля рассказывала разные истории, кто и как обычно отмечает день рождения их офиса, Диана смеялась вместе с ней.

За столом Юля устроилась рядом с Дианой, поднимая бокалы, заставляла ее выпить больше, но Диана привыкла пить сок, и терпеть не могла спиртное… Утро после корпоратива началось для Дианы с раскалывающейся головы и непонятного чувства стыда, которое накатило раньше, чем она успела открыть глаза.

Она лежала в своей постели в съёмной однушке, где вчера утром на стуле аккуратно висело платье, которое сейчас сиротливо лежало на полу, туфли валялись у порога, а на тумбочке стоял стакан воды и блистер с обезболивающим, кем-то заботливо оставленныЙ.

- Что... что было-то? - прошептала она, садясь на постели, - Господи, что со мной, голова раскалывается.

Память услужливо отключилась где-то после третьего тоста. Точнее, после того, как Юлька добрая душа, вечно подливавшая ей сок из графина очередной раз доверительно прошептала:

- Пей, Динка, пей, веселее будет...

Диана, привыкшая к соку или минералке, за ужином не рассчитала. Вспоминались обрывки: громкая музыка, Диана, танцующая, потом её собственный смех в коридоре, а дальше - тишина.

- О, Господи, - простонала она, закрывая лицо руками. - Господи-и-и... я напилась на корпоративе, в первый же раз. Теперь все будут говорить: «Ах, эта Дианка из деревни, видали, как она отличилась?»

Мысль о том, что она могла сказать или сделать что-то непотребное при начальстве, вернее, при одном конкретном начальнике с серыми глазами, заставляла ее сжиматься.

В понедельник она пришла в офис за час до начала, надеясь прошмыгнуть тихо, как мышь. Но Юлька её перехватила у кулера, сияя и хлопая длиннющими наращёнными ресницами.

- Динка, ну ты на корпоративе дала! - радостно сообщила она. - Я такой пьяной тебя ещё не видела!

- Юль, спасибо за «сок», - мрачно процедила Диана. - Кто меня домой привёз? Такси помню смутно.

Юлька загадочно улыбнулась и понизила голос до шёпота:

- Такси, говоришь? Диана, Руслан Игоревич тебя вёз. Собственнолично. Мы уж хотели вызвать тебе машину, а он подходит и говорит: «Я сам, всё равно по пути». И ты, кстати, ещё сопротивлялась. Он тебя почти на руках нёс до машины.

Диана почувствовала, как кровь отливает от лица. Потом приливает обратно, заливая щёки жарким румянцем.

- Ты врёшь, - выдохнула она.

- Вот тебе крест, - Юлька подмигнула. - Но я думаю, он сразу ушёл. Хотя, конечно, если бы я была главным инженером и рядом со мной пьяная рыжая красавица, – она громко расхохоталась. - Ой, всё, мне пора, - Юлька ловко улизнула, оставив Диану в состоянии шока.

Остаток дня Диана пряталась за монитором, стараясь не высовываться. Ей казалось, что весь офис провожает её укоризненными взглядами. Кто-то смеялся в курилке, наверняка над ней. Начальник отдела кадров, Зинаида Сергеевна посмотрела на неё с таким сочувствием, будто Диана прилюдно станцевала стриптиз на столе директора.

Стыд был огромным, как её родное поле за околицей. Она уже мысленно собирала вещи, репетируя заявление об уходе по собственному желанию. В деревню, к маме, позор-то какой!

Ближе к обеду пришло письмо во внутреннем чате от Руслана Игоревича. Текст был коротким: «Диана Сергеевна, зайдите ко мне в шестнадцать ноль-ноль».

Она ждала приговора. Нервничая, перебрала в голове сто вариантов извинений. «Простите, я больше не буду», «Меня напоили», «Я уволюсь», «Я вообще уеду в монастырь».

Диана вошла в его кабинет, чувствуя себя провинившейся школьницей. Руслан сидел за столом и что-то подписывал. Он поднял на неё свои серые глаза, и Диана с ужасом посмотрела на него.

- Присаживайтесь, - кивнул он на стул. - Как самочувствие?

- Ужасно, - честно призналась она, решив, что врать бесполезно. - Руслан Игоревич, я... мне очень стыдно. Я не пьющая. Правда. Просто Юля в сок что-то подливала, я не заметила, я с непривычки, я даже не помню, как вы меня... - она осеклась, поняв, что ляпнула лишнее.

- ... домой довезли, - закончил за неё Руслан. – Помню, вы ещё требовали выйти из квартиры.

Диана зажмурилась. Ей хотелось провалиться сквозь землю. Прямо сейчас, прямо сквозь плитку и бетон.

- Диана, - вдруг сказал он, откладывая ручку, без отчества, просто по имени, и это прозвучало так нежно, что она открыла глаза.

Он смотрел на неё серьёзно, внимательно, и в его взгляде больше не было усмешки.

- Послушайте меня. Ваша коллега, - он сделал паузу, - довольно своеобразно шутит. И это не впервой. Я видел, как она подливала. Выпили вы в итоге очень немного для того, кто привык пить. То, что вы отключились - это вина напитка, а не ваша. Я всё понял с самого начала. И никому ничего объяснять не нужно.

Она смотрела на него, распахнув свои зелёные глаза, которые сейчас были влажными от подступающих слёз облегчения.

- Вы... вы не уволите меня? - спросила она дрожащим голосом.

Он улыбнулся открытой улыбкой, от которой у неё каждый раз подкашивались колени.

- За что? Бывает такое со всеми, тем более ваша коллега нечестно поступила, так сказать, подставила…

- Я никогда больше, - пообещала она. - Ни капли.

- Я вам верю, и проверю, - сказал он, и в его голосе прозвучало то самое, отчего мурашки по коже пошли волнами. - Например, в эту субботу. Вы любите ходить в лес?

...Остальное случилось быстро. Так быстро, что даже Юлька, главная сплетница офиса, не успела ничего толком разнюхать. Диана узнала, что слухи об «одиноком волке» были чистой правдой. Руслан Игоревич действительно сторонился женщин. Точнее, сторонился до тех пор, пока в его кабинет не вошла рыжая девчонка с зелёными глазами, которая заговорила с ним о картошке из костра. А потом отключилась в его машине и проспала весь путь до дома, мирно посапывая у него на плече, а он, главный инженер большого предприятия, всю дорогу держал её руку, боясь пошевелиться.

Она не помнила, как он поднял её на третий этаж старой хрущёвки, как осторожно уложил на кровать, как накрыл пледом и долго сидел на краю, глядя на спящую. Не слышала, как прошептал: «Ах ты, горе моё луковое», и как поцеловал её в макушку.

Она не помнила ничего. Но сердце помнило всё.

А потом была суббота. И лес. И костёр, который он развёл своими большими, сильными, такими надёжными руками. И картошка, запечённая в золе, самая вкусная в мире.

- Вот тебе ту самую, - проговорил он, протягивая ей горячий клубень.

- Точно, та самая вкусная картошка в мире, - ответила она, глядя в его серые глаза, в которых плясали отблески огня.

Руслан с Дианой поженились осенью, когда деревья были цвета её волос. Вскоре после свадьбы у костра, она вдруг вспомнила тот самый корпоратив, тихо сказала уткнувшись мужу в плечо, пахнущее дымом:

- Мне всё ещё ужасно стыдно.

- Ну нашла о чем вспомнить… - ответил он улыбаясь. - Если бы ты тогда не напилась, я бы, может, ещё год не решился пригласить тебя в лес. Спасибо Юльке…

И они рассмеялись громко, счастливо, на весь лес. А ветер разносил их смех по поляне вместе с дымом и запахом самой лучшей в мире картошки из костра.

Источник🕵