Чудо, как хороша была Фая в свой день рождения. В начале июня она праздновала свой день рождения. Все подружки завидовали ей, на свое восемнадцатилетие она получила в подарок от матери-рукодельницы красивое платье, сшитое из дорогого крепдешина. Темно-зеленый цвет так красиво оттенял ее смуглое лицо в обрамлении густых каштановых волос, да еще с чистым сиянием зеленых глаз.

Но больше всего Фае хотелось произвести впечатление не на гостей, а на Клима. Они уже год встречаются, оба работают в колхозе, она поваром в столовой, а он электромонтером. Клим ждет со дня на день повестку в армию. Фая со страхом ожидает этот день, не хочется ей расставаться с любимым.

- Фаюшка, какая ты сегодня красивая, - шепнул он ей на ушко

- Только сегодня? - улыбнулась она.

- Сегодня особенно…

Фая красивая девушка, и не одному Климу нравилась, был еще в соседнем селе Федька-блондин шебутной и разбитной парень. Откровенно всегда пялился на нее, когда она где-то с ним пересекалась, и говорил ей:

- Все равно ты будешь моя… - а она быстро уходила от него, и если видела его вдали, сворачивала специально с дороги или тропинки, лишь бы не встретиться.

Фая любила Клима. Чем он ее взял, она и сама не могла понять. Высокий светловолосый, спокойный, немногословный, но работяга еще тот. Ответственный, на него председатель колхоза всегда мог положиться.

А доброта из него прямо плещется, каждую кошку и собаку приласкает, а скромный, ну просто до невозможности. И любят они с Фаей друг друга, и хочет она за него замуж, да еще родить трех детей, можно даже и четырех.

- Уж если Клим делает свою работу, то это больше чем на сто процентов, - нахваливал Иван Захарович его и награждал благодарственными грамотами. – Жаль в армию парню пора, но надеюсь вернется в колхоз.

- Куда денется, конечно вернется, - смеялся бухгалтер и кассир Матвеич, - у нас же в колхозе приманка для него есть, Файка-повариха в нашей столовой.

- Да, Файка наша хороша, - говорил председатель, ну и Слава Богу, значит не будет Клим на стороне невесту себе искать. А то вон Витька рыжий привез из армии жену, а через два месяца она родила.

После празднования дня рождения Фаи разошлись гости далеко за полночь, а она долго стояла в обнимку с Климом. Конечно никто не видел, но получилось у них, как у многих: церковью не венчанные, загсом не расписанные, стали в ту ночь мужем и женой. Прощаясь на рассвете у калитки, Клим клялся в любви и верности.

А через неделю Клим уходил в армию. Проводы были на всю деревню, с Климом получил повестку еще Степка, его сосед напротив. Односельчане весело и шумно провожали ребят, председатель Иван Захарович при все дал напутствие:

- Ну, ребята, не посрамите наш район, нашу деревню. Служите, как надо и обязательно возвращайтесь домой, - а односельчане все хлопали в ладоши.

- Фаюшка, ты только дождись меня, - повторял Клим, а она, положив голову ему на грудь отвечала со слезами:

- Ну куда ж я от тебя денусь?

Проводив любимого, она была грустной. В столовой ее поддерживали подруги:

- Не переживай, Фаинка, отслужит и придет твой Клим, не он первый, не он последний.

Радовалась только Райка, соседка ее, нравился ей Клим тоже. Теперь она видела, как Фая мается от разлуки с ним. На что -то надеялась:

- Может и разлюбит Клим Файку, все-таки на расстоянии любовь может уйти, забыться. А то и привезет какую-нибудь городскую, как Витька, например.

Прошло совсем немного времени, после проводов Клима, в клубе было собрание, приезжали и приходили из соседнего села жители, всего-то три километра. Деревенские жители помогали в селе иногда на уборке урожая, а те тоже на подмогу приходили. Общее дело делали, уборка урожая для сельчан – святое дело. Особенно, если урожай удался…

После собрания в клубе осталась молодежь, Семка-гармонист развернул свою гармонь, с ней и пришел на собрание, девчата пошустрей пустились в пляс. Фая тоже задержалась в клубе, решила остаться ненадолго.

Тут-то и подскочил к ней Федька, и вроде как подвыпивший был, но вежливо пригласил танцевать, она отказалась. За ней наблюдала Райка, радовалась, что Федька положил на нее глаз.

- А что, может и забудет Файка Клима, вдруг Федька окажется настойчивый и она влюбится в него… - такие мысли бродили в голове у нее.

- Отстань, Федька, не пойду я с тобой танцевать, и вообще я домой ухожу, - проговорила недовольно девушка и направилась к двери.

Уже давно сумерки превратились в темноту, на улице деревни не везде горели фонари. Фая шла быстро, клуб был на другом конце деревни, пока шла до дома, думала о Климе. Как он там, вспоминает ли ее. Поджидала письмо от него, потому что он обещал, как только приедет на место службы, пришлет письмо с обратным адресом. Чтобы она знала, куда писать.

Не видела Фая, что за ней на расстоянии шел Федька, а за Федькой тоже на расстоянии, Райка. Войдя во двор, Фая хотела закрыть калитку, но тут налетел Федька, застал ее врасплох, зажал рукой ей рот и затащил в сарай. Она отбивалась, как могла…

Фая проплакала всю ночь, когда выходила из сарая, ей показалось, что во дворе на крыльце мелькнула Райка. Она была растеряна, вся в слезах, может и привиделось ей. Никому ничего не сказала, боялась огласки. В деревне ведь как, если узнают, житья не будет. Тем более недавно проводила Клима в армию…

Вскоре Фая поняла, что ждет ребенка. Она с ужасом думала:

- А вдруг ребенок не Клима? Что делать? К кому обращаться? Рассказать все матери, немыслимо, как в этом признаться, хотя я сама не виновата. Не ожидала такого от Федьки, она маялась, потом мысли были о Климе, - а вдруг это его ребенок?

Когда Фая родила сына Алешку, в деревне многие ее поздравляли, даже когда она ходила беременной, тоже поздравляли. Односельчане все знали их горячую любовь с Климом. Только Райка хитренько посматривала на молодую маму-соседку.

Клим приехал в отпуск неожиданно. Он специально не писал об этом и не давал телеграмму, решил сделать сюрприз. Рано утром постучал в двери к родителям Фаи, она уже не спала и первой выскочила нас тук, словно знала, что там ее любимый.

Он чуть не упала, когда увидела Клима в солдатской форме, хорошо, что он подхватил ее.

- Клим…Климушка, - только и могла выговорить.

Родители Фаи тоже засуетились, уже встали, хозяйство не велит долго спать, мать ее вышла с ведром молока от коровы, увидев будущего зятя, тоже чуть не выронила ведро из рук.

Радости было на всю деревню. Потом Клим пошел домой к своим вместе с Фаей и сыном на руках. Родители уже суетились, мать накрывала стол.

Друг за другом шли соседи и родственники, да почти вся деревня. По очереди приходили увидеться с Климом. Председатель тоже подъехал на своем стареньком «Уазике». За столом Клим держал совсем маленького Алешку, завернутого в пеленку и радостно говорил:

- Вот пока еще женихом зовусь, а сам уже папка… Ну ничего через шесть месяцев вернусь и поженимся с Фаей.

Краткосрочный отпуск пролетел мигом, вновь проводила Фая своего Клима. А потом уже радостно встречала домой после службы в армии. Пришел Клим возмужавший, широкоплечий, но такой же скромный и добрый.

Алешка уже подрос, он подкидывал осторожно сына и радовался. По-прежнему крепко обнимал свою невесту-маму.

- А вот ничего мамкиного в сыне нет, - говорил он весело, - мои волосенки беленькие, а не каштанки, как у мамки… Но мы на одном сыне не остановимся, правда Фаюшка, - заглядывая ей в глаза, говорил он. – Мы еще таких же беленьких настряпаем…

Фая опускала глаза и соглашалась.

- Конечно, не меньше трех…


они уже воспитывали трёх детей

Шло время. Клим с Фаиной жили в своем доме. Он также работал в колхозе электромонтером, а она чаще была в декрете. Они уже воспитывали трех детей, Алешку белобрысого и двух дочерей-«каштанок», Галю и Веру.

Все в их жизни шло гладко, словно действительно кто-то свыше даровал им такую счастливую семейную жизнь. Фаина не раз спрашивала сама себя:

- За что мне дался такой удивительный, единственный, замечательный Клим? И как хорошо, что я родила Алешку. Хоть и замаливала я перед иконой свой грех, не хотела, чтобы сын появился на свет, боялась, что похож будет на Федьку.

Но черты сына были схожи с чертами мужа, белокурые волосы и глаза голубые. А односельчане все, как один говорили, что Алешка похож на отца.

- Мамин помощник, а уж трудяжка какой, весь в отца и характер золотой.

Клим очень любил детей, а с Алешкой они играли в футбол, гоняли на велосипеде за деревней, ходили на рыбалку на речку, в лес по грибы- ягоды. Учил сына мастерить, что сам мог, тому и сына учил.

К дочкам относился трепетно и нежно.

- Девчонки – это что-то другое, - смеялся он, - мы мужики, нам легче, а девчонки… - смеялся он, и следил, чтобы Фаина в платьица красивые их наряжала. - Чтобы наши дочки были не хуже других, говорил он.

А когда Галинка с Верочкой повзрослели, Клим смотрел с кем встречаются дочки. То ли его догляд, то ли судьба так распорядилась, но у дочерей все было хорошо. Удачно вышли замуж и родили по внуку. Алешка тоже женился, у него родилась дочка.

Фаина с Климом радовались внукам, обожали их. Жизнь шла ровно и спокойно. Но грянула все-таки беда. Не стало Клима. Он только вышел на пенсию, но продолжал еще работать. В один вечер он сказал жене:

- Что-то сердце тянет, может утром полегчает, - и сел в кресло у телевизора.

Фаина вышла на кухню, принести ему воды, но войдя в комнату, окаменела. Клим сидел в кресле, наклонившись на бок, а рука его безжизненно свисала с подлокотника.

Горе поселилось в их доме. Только дети и внуки спасали Фаину, очень тосковала по мужу. Она полностью ушла в заботы о внуках. Шли годы, бабушка Фая немного привыкла жить без мужа.

Сама работала на огороде, держала курочек, козу, чтобы дети и внуки ели все свое.

Однажды прибежала к Фаине внучка Раисы-соседки, Маринка.

- Баба Фая, бабуля зовет тебя к нам, быстрее.

Раиса болела, тяжело болела, лежала бледная, Фаина заторопилась к соседке.

- Рая, ну чего ты так лежишь, руки сложила, - нарочито бодро говорила она.

- Ох, Фая, я совсем плоха стала, - с передышками проговорила соседка. – Боюсь помру, так и не откроюсь тебе. Уж прости ты меня, виновата я перед тобой, не знаю надо ли тебе говорить, но душа моя просит… Я ведь ревновала Клима твоего, вот как вы поженились, так и рассказала я ему о Федьке… видела я тогда. Но никто об этом не знал, только Клим…

- Выходит знал он… - растерялась Фаина.

- Знал он, знал, всю жизнь знал, - тяжело говорила Раиса. – Не знаю, простишь ли ты меня… Мучаюсь я этим грехом, мне бы только знать, что простишь ты меня…

- Раечка, все мы грешны, кому положено, тому и простится все. Не стану я держать зла на тебя…прощать всех положено…И ты будь спокойна, и живи…

Но Раиса умерла через два дня. На кладбище Фаина после похорон соседки, посидела у могилы мужа, смахнула набежавшие слезы. Клим смотрел на нее с фотографии так же по-доброму, как и раньше, улыбчиво по родному тепло. А она поблагодарила его.

Источник🕵