Г. АЛЕКСАНДРОВ: НАЧАЛО БОЛЬШОЙ ИГРЫ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ (ЧАСТЬ 2)
03-08-2014 11:12
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
[250x332] Патрик Харли не был специалистом по Ближнему Востоку, но зато он при личном контакте проницал человека "насквозь". Любого. Примерно так же царь Грозный смотрел с прищуром на своих бояр и тут же распознавал государственную измену. И генерал Харли, посмотрев на ибн Сауда, отправил на имя президента Рузвельта депешу, где во многих строках сухой официальщины нашлось место и эмоциональной оценке - "из тех арабских лидеров, с кем мне довелось встретиться, ибн Сауд самый умный и самый сильный. И... ...он ищет вашей дружбы."
Ещё до посылки Харли с целью личного ознакомления не только с обстановкой, но и с ближневосточными персоналиями, Рузвельту об ибн Сауде было известно от Крэйна, причём Крэйн отзывался о саудовском короле столь восторженно, что Рузвельт запросил мнение Госдепартамента, который, в свою очередь, отозвался об ибн Сауде в выражениях самых лестных.
Оценка же личности ибн Сауда (его "качеств") понадобилась американцам потому, что параллельно с обострённым войной нефтяным вопросом и геостратегическим положением самой Аравии в 1943 году начал прорисовываться послевоенный расклад "сил", радикально отличный от довоенного.
Отличный главным образом тем, что нужно было что-то делать с Палестиной. А палестинский вопрос, понимаемый как создание на Ближнем Востоке еврейского государства, складывал радикально другой баланс сил.
Когда США в конце 1941 года оказались участником войны, причём участником в качестве союзника Британской Империи, то они были (или во всяком случае выглядели) как junior partner англичан, однако не прошло и двух лет, как в начале 1943 года американцы чьим бы то ни было партнёром даже и выглядеть перестали, а это означало и полноправное участие в делах, в том числе и в ближневосточных. И виток двусторонних отношений Британии и США вышел на новый уровень соперничества, так как неожиданно выяснилось, что тот, кто подарит национальное государство евреям, тот и сможет не только использовать в своих интересах будущий Израиль, но и получит в качестве бонуса послевоенную поддержку "международного еврейства".
Таким образом к игре вокруг Саудии добавилась фишка будущего Израиля. Саудовский вопрос оказался связан с вопросом еврейским как во времени, так и в пространстве. Джека Филби, который был человеком, одаренным феноменальным чутьём, подвела именно его незаурядность, он опередил своё время, он со своим планом выскочил невовремя, он поспешил. Напомню, что план состоял в том, чтобы ибн Сауд употребил своё влияние на умы арабов, внедрив туда мысль о "праве Израиля на существование" и получив взамен остро нужные ему 20 млн. фунтов и нужные как раз для того, чтобы самым пошлым образом прокормить носителей арабских умов, сионистам же дать эти деньги должны были американские евреи.
В наше время трудно представить себе, чтобы один человек имел столь большое влияние на образ мыслей миллионов, но тогда дело обстояло именно таким образом. Как доносил лорду Галифаксу английский резидент - "... Аравия по-прежнему являет собою племенное общество, где не существует независимого мнения. То, что думает ибн Сауд, думает весь Нежд и то же самое думает и весь Хеджаз."
По следам тогдашних событий ибн Сауд заявил, что он ничего не знал о "плане Филби", а знал бы, то немедленно отверг бы, как неприемлемый. "За кого меня принимают, за мелкого взяточника?!" Однако, как следует из воспоминаний Филби, ибн Сауд был им поставлен в известность о ведущихся с сионистами переговорах и что саудовский король не отверг идею "с порога", а сказал, что вопрос очень сложен и что он не может немедленно ответить ни "да", ни "нет", и что ему нужно время "на подумать". Ну, а пока ибн Сауд думал, Джек Филби оказался в английской тюрьме, да и сами события хлынули стремительным потоком, пролетел всего год и интерес нью-йоркских евреев сменился интересом американского государства и сумма в 20 миллионов фунтов стерлингов, выглядевшая вчера гигантской, сегодня показалась смешной.
Между прочим, отправившись "посмотреть" на ибн Сауда, Пат Харли сделал остановку в Иерусалиме и встретился там с Бен-Гурионом. Внимательно выслушав доводы будущего израильского премьер-министра в пользу создания Израиля, Харли заметил:
"Дорогой мой, если следовать вашей логике, то мы должны заново отстроить Римскую Империю, а потом подарить её итальянцам."
Отправляя отчёт об этой встрече Рузвельту, Харли сделал примечание - "... я прямо ему [Бен-Гуриону] сказал, что Америка не может ставить свою внешнюю политику в зависимость от того, как евреи толкуют Ветхий Завет."
Следует учитывать, что сам Харли относился к созданию Израиля с большим скептицизмом, предвидя массу сопутствующих процессу сложностей для США, а потому, уже вернувшись домой, он, излагая Рузвельту свои впечатления от поездки, дал президенту совет, которому Рузвельт и сменивший его Труман старались следовать - Харли сказал, что если государственные интересы США всё же потребуют создания Израиля, то это следует делать так, чтобы ответственность была распределена между как можно большим числом участников (в виду имелись Англия и СССР), поскольку созданный Израиль станет постоянным фактором раздражения в отношениях с арабами и что это раздражение хорошо бы время от времени канализировать на "содельников", нейтрализуя растущее в арабском мире убеждение, что за самой по себе идеей создания еврейского государства стоит не Англия, а США.
И вот на этом фоне и была создана "миссия Хоскинса".
Хэролд Хоскинс родился в Бейруте. Его родители были пресвитерианскими миссионерами, отправившимся на Ближний Восток в твёрдом убеждении, что на Америке, понимаемой как New World, лежит долг по переустройству "старого мира". По понятным причинам повзрослевший Хоскинс говорил по-арабски ничуть не хуже, чем по-английски и испытывавший в подобных людях нужду официальный Вашингтон прибег к его услугам ещё во времена Парижской Конференции. В межвоенный промежуток Хоскинс, воспользовавшись врождёнными способностями и предоставленными государством возможностями, преуспел в жизни и разбогател, но Америка про него не забыла и в 1941 году он был призван на госслужбу и отправлен в Каир. И отправлен не на пирамиды смотреть, как кто-то мог бы подумать, а заниматься координацией действий между OSS и SOE.
Аббревиатура OSS многим из вас знакома, это Office of Strategic Services, так называлась служба внешней разведки США до того, как появилось Центральное Разведывательное Управление, как многим знакома и фамилия Донован, это человек, создавший OSS по образу и подобию MI6. (В Америке стараются не забывать об отличившихся людях, так родина не забыла и про инженера Карла Твитчелла, который посетил Белый Дом и президент Рузвельт жал ему руку и благодарил за всё хорошее, так вот представлял Рузвельту Твитчелла и перечислял его славные (в самом деле славные!) деяния никто иной, как глава OSS Уильям Джозеф Донован.)
А вот трёхбуквенную аббревиатуру SOE вряд ли кто из вас встречал. SOE расшифровывается как Special Operations Executive, так называлась созданная в 1940 году секретная английская служба, занимавшаяся шпионажем, саботажем и разведкой в оккупированной немцами Европе и окрестностях. Осуществляли шпионаж, саботаж и разведку лица самых разных национальностей, вербовавшиеся на месте. Считается, что за годы войны через SOE прошло более миллиона человек, которые шпионили и саботажничали. Неплохой размах. Самое интересное, однако, в том, что SOE занималась вербовкой не только иностранцев, но и британских подданных на территории собственно Англии, создавая сеть подпольных ячеек на случай оккупации Англии Германией. Дальновидно, ничего не скажешь.
Сегодня работавшие на SOE люди известны как "тайная армия Черчилля", но это сегодня, когда Черчилль считается создателем всего на свете, за что ни схватишься - Черчилль-черчилль-черчилль. "Плывут пароходы, летят самолёты..." Не человек, а Демиург. На самом же деле у колыбели SOE стоял Морис Хэнки, человек, который предпочитал держаться в тени, и теперь, отступая всё дальше в прошлое, он сливается с густеющей на глазах тенью, прячущей от нас истинных героев того времени. Вряд ли они о том жалеют, они не искали славы, они просто работали, они делали своё дело.
Почти все из них забыты, а в памяти будущих поколений застрянет разве что парочка великих. Великий Черчилль и великий де Голль.
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
[250x332] Патрик Харли не был специалистом по Ближнему Востоку, но зато он при личном контакте проницал человека "насквозь". Любого. Примерно так же царь Грозный смотрел с прищуром на своих бояр и тут же распознавал государственную измену. И генерал Харли, посмотрев на ибн Сауда, отправил на имя президента Рузвельта депешу, где во многих строках сухой официальщины нашлось место и эмоциональной оценке - "из тех арабских лидеров, с кем мне довелось встретиться, ибн Сауд самый умный и самый сильный. И... ...он ищет вашей дружбы."Ещё до посылки Харли с целью личного ознакомления не только с обстановкой, но и с ближневосточными персоналиями, Рузвельту об ибн Сауде было известно от Крэйна, причём Крэйн отзывался о саудовском короле столь восторженно, что Рузвельт запросил мнение Госдепартамента, который, в свою очередь, отозвался об ибн Сауде в выражениях самых лестных.
Оценка же личности ибн Сауда (его "качеств") понадобилась американцам потому, что параллельно с обострённым войной нефтяным вопросом и геостратегическим положением самой Аравии в 1943 году начал прорисовываться послевоенный расклад "сил", радикально отличный от довоенного.
Отличный главным образом тем, что нужно было что-то делать с Палестиной. А палестинский вопрос, понимаемый как создание на Ближнем Востоке еврейского государства, складывал радикально другой баланс сил.
Когда США в конце 1941 года оказались участником войны, причём участником в качестве союзника Британской Империи, то они были (или во всяком случае выглядели) как junior partner англичан, однако не прошло и двух лет, как в начале 1943 года американцы чьим бы то ни было партнёром даже и выглядеть перестали, а это означало и полноправное участие в делах, в том числе и в ближневосточных. И виток двусторонних отношений Британии и США вышел на новый уровень соперничества, так как неожиданно выяснилось, что тот, кто подарит национальное государство евреям, тот и сможет не только использовать в своих интересах будущий Израиль, но и получит в качестве бонуса послевоенную поддержку "международного еврейства".
Таким образом к игре вокруг Саудии добавилась фишка будущего Израиля. Саудовский вопрос оказался связан с вопросом еврейским как во времени, так и в пространстве. Джека Филби, который был человеком, одаренным феноменальным чутьём, подвела именно его незаурядность, он опередил своё время, он со своим планом выскочил невовремя, он поспешил. Напомню, что план состоял в том, чтобы ибн Сауд употребил своё влияние на умы арабов, внедрив туда мысль о "праве Израиля на существование" и получив взамен остро нужные ему 20 млн. фунтов и нужные как раз для того, чтобы самым пошлым образом прокормить носителей арабских умов, сионистам же дать эти деньги должны были американские евреи.
В наше время трудно представить себе, чтобы один человек имел столь большое влияние на образ мыслей миллионов, но тогда дело обстояло именно таким образом. Как доносил лорду Галифаксу английский резидент - "... Аравия по-прежнему являет собою племенное общество, где не существует независимого мнения. То, что думает ибн Сауд, думает весь Нежд и то же самое думает и весь Хеджаз."
По следам тогдашних событий ибн Сауд заявил, что он ничего не знал о "плане Филби", а знал бы, то немедленно отверг бы, как неприемлемый. "За кого меня принимают, за мелкого взяточника?!" Однако, как следует из воспоминаний Филби, ибн Сауд был им поставлен в известность о ведущихся с сионистами переговорах и что саудовский король не отверг идею "с порога", а сказал, что вопрос очень сложен и что он не может немедленно ответить ни "да", ни "нет", и что ему нужно время "на подумать". Ну, а пока ибн Сауд думал, Джек Филби оказался в английской тюрьме, да и сами события хлынули стремительным потоком, пролетел всего год и интерес нью-йоркских евреев сменился интересом американского государства и сумма в 20 миллионов фунтов стерлингов, выглядевшая вчера гигантской, сегодня показалась смешной.
Между прочим, отправившись "посмотреть" на ибн Сауда, Пат Харли сделал остановку в Иерусалиме и встретился там с Бен-Гурионом. Внимательно выслушав доводы будущего израильского премьер-министра в пользу создания Израиля, Харли заметил:
"Дорогой мой, если следовать вашей логике, то мы должны заново отстроить Римскую Империю, а потом подарить её итальянцам."
Отправляя отчёт об этой встрече Рузвельту, Харли сделал примечание - "... я прямо ему [Бен-Гуриону] сказал, что Америка не может ставить свою внешнюю политику в зависимость от того, как евреи толкуют Ветхий Завет."
Следует учитывать, что сам Харли относился к созданию Израиля с большим скептицизмом, предвидя массу сопутствующих процессу сложностей для США, а потому, уже вернувшись домой, он, излагая Рузвельту свои впечатления от поездки, дал президенту совет, которому Рузвельт и сменивший его Труман старались следовать - Харли сказал, что если государственные интересы США всё же потребуют создания Израиля, то это следует делать так, чтобы ответственность была распределена между как можно большим числом участников (в виду имелись Англия и СССР), поскольку созданный Израиль станет постоянным фактором раздражения в отношениях с арабами и что это раздражение хорошо бы время от времени канализировать на "содельников", нейтрализуя растущее в арабском мире убеждение, что за самой по себе идеей создания еврейского государства стоит не Англия, а США.
И вот на этом фоне и была создана "миссия Хоскинса".
Хэролд Хоскинс родился в Бейруте. Его родители были пресвитерианскими миссионерами, отправившимся на Ближний Восток в твёрдом убеждении, что на Америке, понимаемой как New World, лежит долг по переустройству "старого мира". По понятным причинам повзрослевший Хоскинс говорил по-арабски ничуть не хуже, чем по-английски и испытывавший в подобных людях нужду официальный Вашингтон прибег к его услугам ещё во времена Парижской Конференции. В межвоенный промежуток Хоскинс, воспользовавшись врождёнными способностями и предоставленными государством возможностями, преуспел в жизни и разбогател, но Америка про него не забыла и в 1941 году он был призван на госслужбу и отправлен в Каир. И отправлен не на пирамиды смотреть, как кто-то мог бы подумать, а заниматься координацией действий между OSS и SOE.
Аббревиатура OSS многим из вас знакома, это Office of Strategic Services, так называлась служба внешней разведки США до того, как появилось Центральное Разведывательное Управление, как многим знакома и фамилия Донован, это человек, создавший OSS по образу и подобию MI6. (В Америке стараются не забывать об отличившихся людях, так родина не забыла и про инженера Карла Твитчелла, который посетил Белый Дом и президент Рузвельт жал ему руку и благодарил за всё хорошее, так вот представлял Рузвельту Твитчелла и перечислял его славные (в самом деле славные!) деяния никто иной, как глава OSS Уильям Джозеф Донован.)
А вот трёхбуквенную аббревиатуру SOE вряд ли кто из вас встречал. SOE расшифровывается как Special Operations Executive, так называлась созданная в 1940 году секретная английская служба, занимавшаяся шпионажем, саботажем и разведкой в оккупированной немцами Европе и окрестностях. Осуществляли шпионаж, саботаж и разведку лица самых разных национальностей, вербовавшиеся на месте. Считается, что за годы войны через SOE прошло более миллиона человек, которые шпионили и саботажничали. Неплохой размах. Самое интересное, однако, в том, что SOE занималась вербовкой не только иностранцев, но и британских подданных на территории собственно Англии, создавая сеть подпольных ячеек на случай оккупации Англии Германией. Дальновидно, ничего не скажешь.
Сегодня работавшие на SOE люди известны как "тайная армия Черчилля", но это сегодня, когда Черчилль считается создателем всего на свете, за что ни схватишься - Черчилль-черчилль-черчилль. "Плывут пароходы, летят самолёты..." Не человек, а Демиург. На самом же деле у колыбели SOE стоял Морис Хэнки, человек, который предпочитал держаться в тени, и теперь, отступая всё дальше в прошлое, он сливается с густеющей на глазах тенью, прячущей от нас истинных героев того времени. Вряд ли они о том жалеют, они не искали славы, они просто работали, они делали своё дело.
Почти все из них забыты, а в памяти будущих поколений застрянет разве что парочка великих. Великий Черчилль и великий де Голль.
Официальной целью миссии Хоскинса была организация личной встречи между королём ибн Саудом и представлявшим Еврейское Агентство Хаимом Вайцманом.
Сионистское движение и лично Хаим Вайцман могли питать какие угодно иллюзии, но миссия была обречена на провал изначально и то, что декларировавшаяся цель недостижима, было изначально же понятно главным игрокам - американцам и англичанам, как понятно и то, что сама по себе миссия преследовала цель иную - она должна была продемонстрировать миру (в более узком смысле - арабам и евреям) единство англо-американских устремлений в регионе и отсутствие каких-либо разногласий, миссия как "совместное предприятие".
Не забудем, что речь идёт о 1943 годе, а к этому времени уже стало ясно кто есть кто и кто чего стоит, и проступившая объективная реальность позволила если и не "снять маски", то во всяком случае отбросить некоторые из тщательно возводимых до того пропагандистских (смысловых) конструкций, маскировавших истинные намерения сторон. Пример - 18 февраля 1943 года Рузвельт за своей подписью издал Приказ Президента (Executive Order) за номером 8926, позволивший Саудовской Аравии стать одним из реципиентов по получению государственной помощи в рамках ленд лиза.
1943 - это год перелома во Второй Мировой Войне по ходу которого США на онтологическом уровне ощутили ("почуяли") свою силу и в определённом смысле перестали "стесняться". (Как как-то выразился по схожему поводу небезызвестный и бывший крайне набожным человеком Джон Рокфеллер - "Бог подарил мне очень много денег и я не вижу причин приносить по этому поводу извинений.") Включение Саудии в лендлизовскую программу решало множество проблем сразу и то, что стало можно не беспокоиться больше о репутации ибн Сауда в глазах немцев, было далеко не самым главным.
Случившееся было выгодно по меньшей мере трём участникам сделки. Правда, в разной степени. Например, англичанам распространение ленд лиза на Саудовскую Аравию дало возможность перевести дух, так как позволяло снять с себя хотя бы часть бремени по финансированию саудовского режима. Кроме этого предпринимаемые якобы Лондоном меры (в виде "миссии Хоскинса") были призваны показать сионистам, что англичане ночей не спят, а думают о том, как бы им обустроить Палестину. В геополитическом смысле Лондон в лице Энтони Идена поспешно подстраховался, получив от американцев гарантии того, что во время встречи Хоскинса с ибн Саудом с саудовским королём не будут обсуждаться никакие территориальные изменения, как не будут затронуты и интересы других арабских государств (в виду имелись главным образом Ирак и Трансиордания) ни в какой форме. Американцы такие гарантии легко дали, поскольку в их интересы в том виде как они сложились на 1943 год отнюдь не входила перекройка границ арабских государств.
(О том, как в реальности обстояли дела в двусторонних англо-американских отношениях можно понять из истории с неудавшимся переворотом в Ираке в 1941 году. "Сильный человек Ирака" премьер-министр Гайлани начал с того, что отказался пропускать через территорию Ирака "иностранные войска" (этими иностранцами по нечаянному совпадению были войска Британской Империи), а закончил Гайлани тем, что предпринял попытку государственного переворота, провозгласив целью борьбу с империализмом, свержение монархии и создание национального государства Ирак. За благородными целями иракских националистов стояла Германия и финансировалась антиимпериалистическая борьба иракцев внушительными суммами в рейхсмарках. Поскольку Ирак был "продолжением Индии", то англичане перебросили туда войска из Индии и подавили мятеж, прямое участие в котором принимали немцы и итальянцы, помогавшие Гайлани не только дипломатически и денежно, но ещё и авиацией, действовавшей, между прочим, с территории Сирии, находившейся под французским контролем. Началась эта попытка "сбросить с себя британское ярмо" вроде бы в шутку, 1 апреля 1941 года, то-есть в то время, когда СССР и США в войне ещё прямого участия не принимали, однако Англия уже воевала вовсю и было ей не до шуток, так как почва у неё уходила из под ног и в руках всё расползалось. И вот в этот, прямо скажем, не самый приятный для англичан период их отечественной истории с расположенных в Саудовской Аравии и принадлежавших американцам нефтяных промыслов вдруг разом снялись рабочие арабской нацинальности и толпой отправились в Ирак, благо до него не очень далеко было и отправились они туда, чтобы бороться с английскими колонизаторами и вообще, так сказать, чтобы землю в Ираке крестьянам отдать. Подавив иракский мятеж, Лондон оборотился в сторону эр-Рияда с немым вопросом в очах, но ибн Сауд поспешил заявить, что он ни сном, ни духом и что "ну вот просто оно так вышло", стихийный гнев народа, понимаешь. И англичане предпочли ему поверить, так как даже на словах не могли подвергнуть сомнению нейтралитет саудовского короля, а потому они перевели печальный взор в сторону Вашингтона, который с раздражением ответствовал в том смысле, что промыслы в Аравии это предприятие частное и затеянное частниками же, а с частника какой спрос, не говоря уж о бедуинах, которых американцы только в кино и видели. Англичане американцам не поверили, но опять же промолчали, так как мятеж был делом уже прошлым, а от Америки им было нужно много чего, так что чего уж там, что было, то было, да быльём поросло. Мыслить нужно позитивно, верно?)
Но у нас речь о 1943-м, когда положение поменялось радикальнейшим образом и, отбросив за ненадобностью стеснявшую свободу движений маскировку, американцы постарались получить прямой доступ к королю ибн Сауду, посредники им отныне только мешали и миссия Хоскинса этим устремлениям отвечала как нельзя лучше. Государство говорило с государством и говорило напрямую, с глазу на глаз, даже и без переводчиков, так как Хоскинс говорил по-арабски с той же лёгкостью, что и по-английски, передавая любые оттенки мысли.
И на встрече с Хоскинсом ибн Сауд без дипломатических увёрток заявил, что он не может встретиться с представителем сионистского движения, так как это будет не только предательством его собственного государства, но ещё и предательством религии, предательством Бога, и что он на это пойти никак не может.
Англичане, не иначе заревновав, дали рассчитанную на американских евреев утечку, что, мол, ибн Сауд во время переговоров заявил Хоскинсу, будто он евреев ненавидит едва ли не больше всех на свете. "Прямо кушать не могу!" Было ли так на самом деле никто не знает, но на вопросе любви и ненависти нам следует хотя бы вкратце остановиться. Дело в том, что ибн Сауд неоднократно насчёт евреев высказывался, высказывался при свидетелях и был он в этом вопросе семитом большим, чем сами евреи. Он же был ваххабит, пуританин, а потому считал, что ближневосточные евреи, жившие там "испокон веку", "всегда", имеют полное право на дальнейшее проживание по старому адресу, но вот что касалось сионистской идеи по "собиранию евреев в еврейском национальном государстве", то тут ибн Сауд был непримирим, так как с его точки зрения европейские евреи не только не были евреями, но они не были даже и семитами, а были они европейцами. И он полагал (надо заметить, что не без оснований), что за сионистским движением прячется "старая Европа" и что Израиль это троянский конь, а европейские евреи это пятая колонна, и что сегодня речь идёт об Израиле, а завтра на его месте опять появится Иерусалимское Королевство.
Другими словами - для саудовцев "израильская проблема" выходила (и продолжает выходить) далеко за рамки узко понимаемого арабо-израильского конфликта как конфликта межгосударственного, причём конфликта между государствами, которых каких-то лет восемьдесят назад вообще не существовало, как не существовало и народов, их населяющих.
Но вернёмся к миссии Хоскинса. Она решила множество задач, внешне не решив ни одной. Тем не менее англичане, не удовлетворившись декорацией, попытались дополнительно снизить могущий задним числом возникнуть эффект и принялись кулуарно заявлять, что ибн Сауда следует вообще тем или иным способом отодвинуть от "принятия решений", так как он в силу сложившегося положения вещей, собственного происхождения и обстоятельств жизни не может правильно осмысливать происходящие в мире процессы и, следовательно, не может и принимать правильных решений. Слово "дикарь" не произносилось, но незримо витало в воздухе.
Здесь опять же нам следует учитывать, что реальность гораздо сложнее попыток её трактовать и личность ибн Сауда лишнее тому подтверждение. Он безусловно не был утончённо мыслящим интеллектуалом, да что там говорить, он не имел даже формального образования, но зато у него были врождённые задатки государственного деятеля, заставившие его проделать следующую штуку: как всем известно, ибн Сауд за пределами Ближнего Востока никогда не бывал, а потому и представления об окружащем мире у него должны были быть соответственные, это так, в этом англичане были правы, и для правителя это очень большой недостаток, однако дело в том, что ибн Сауд этот свой недостаток прекрасно осознавал, это-то и делало его человеком незаурядным, а потому он даже и в условиях, когда денег в королевстве отчаянно не хватало на самое необходимое, когда его подданные голодали в самом буквальном смысле, изыскал, тем не менее, необходимые средства и создал на них что-то вроде станции радиоперехвата и посадил туда людишек, а они день и ночь прослушивали эфир, а потом другие люди писали отчёты, переводя услышанное (подслушанное) на понятный королю терминологический язык и ибн Сауд на рутинной основе просматривал эти написанные лично для него отчёты и таким образом этот сидящий где-то в пустыне в своём шатре бедуин был в курсе всех значимых событий и прекрасно ориентировался в хитросплетениях мировой политики.
Так обстояло дело в 1943 году.
И этот год применительно к Саудовской Аравии заставил тогдашние мировые силы сместить свой интерес в спектре общей стратегии в сторону саудовской нефти. Произошло так потому, что масштаб военных действий вырос до невиданных до того человечеством пределов, а сколько ещё продлится война никто по понятным причинам не знал и хотя найденная на тот момент в Саудии нефть была низкого качества и было её немного, опыт успевших побродить по аравийским пескам в поисках воды и полезных ископаемых экспедиций подсказывал американцам, что именно нефти в саудовской пустыне должно быть много, вопрос был лишь в том как много и как скоро её удастся обнаружить.
А между тем в том же 1943-м "комитет Трумана" (он не был ещё избранным, а был он всего лишь одним из многих званых) выпустил предназначенный для высшего руководства страны меморандум и там среди многого прочего говорилось следующее - "... для того, чтобы сбросить на Берлин одну тонну бомб нам нужно от четырёх до пяти тонн нефти."
Просто и доходчиво. И никакой вам rocket science, а одна лишь голая арифметика.
Сионистское движение и лично Хаим Вайцман могли питать какие угодно иллюзии, но миссия была обречена на провал изначально и то, что декларировавшаяся цель недостижима, было изначально же понятно главным игрокам - американцам и англичанам, как понятно и то, что сама по себе миссия преследовала цель иную - она должна была продемонстрировать миру (в более узком смысле - арабам и евреям) единство англо-американских устремлений в регионе и отсутствие каких-либо разногласий, миссия как "совместное предприятие".
Не забудем, что речь идёт о 1943 годе, а к этому времени уже стало ясно кто есть кто и кто чего стоит, и проступившая объективная реальность позволила если и не "снять маски", то во всяком случае отбросить некоторые из тщательно возводимых до того пропагандистских (смысловых) конструкций, маскировавших истинные намерения сторон. Пример - 18 февраля 1943 года Рузвельт за своей подписью издал Приказ Президента (Executive Order) за номером 8926, позволивший Саудовской Аравии стать одним из реципиентов по получению государственной помощи в рамках ленд лиза.
1943 - это год перелома во Второй Мировой Войне по ходу которого США на онтологическом уровне ощутили ("почуяли") свою силу и в определённом смысле перестали "стесняться". (Как как-то выразился по схожему поводу небезызвестный и бывший крайне набожным человеком Джон Рокфеллер - "Бог подарил мне очень много денег и я не вижу причин приносить по этому поводу извинений.") Включение Саудии в лендлизовскую программу решало множество проблем сразу и то, что стало можно не беспокоиться больше о репутации ибн Сауда в глазах немцев, было далеко не самым главным.
Случившееся было выгодно по меньшей мере трём участникам сделки. Правда, в разной степени. Например, англичанам распространение ленд лиза на Саудовскую Аравию дало возможность перевести дух, так как позволяло снять с себя хотя бы часть бремени по финансированию саудовского режима. Кроме этого предпринимаемые якобы Лондоном меры (в виде "миссии Хоскинса") были призваны показать сионистам, что англичане ночей не спят, а думают о том, как бы им обустроить Палестину. В геополитическом смысле Лондон в лице Энтони Идена поспешно подстраховался, получив от американцев гарантии того, что во время встречи Хоскинса с ибн Саудом с саудовским королём не будут обсуждаться никакие территориальные изменения, как не будут затронуты и интересы других арабских государств (в виду имелись главным образом Ирак и Трансиордания) ни в какой форме. Американцы такие гарантии легко дали, поскольку в их интересы в том виде как они сложились на 1943 год отнюдь не входила перекройка границ арабских государств.
(О том, как в реальности обстояли дела в двусторонних англо-американских отношениях можно понять из истории с неудавшимся переворотом в Ираке в 1941 году. "Сильный человек Ирака" премьер-министр Гайлани начал с того, что отказался пропускать через территорию Ирака "иностранные войска" (этими иностранцами по нечаянному совпадению были войска Британской Империи), а закончил Гайлани тем, что предпринял попытку государственного переворота, провозгласив целью борьбу с империализмом, свержение монархии и создание национального государства Ирак. За благородными целями иракских националистов стояла Германия и финансировалась антиимпериалистическая борьба иракцев внушительными суммами в рейхсмарках. Поскольку Ирак был "продолжением Индии", то англичане перебросили туда войска из Индии и подавили мятеж, прямое участие в котором принимали немцы и итальянцы, помогавшие Гайлани не только дипломатически и денежно, но ещё и авиацией, действовавшей, между прочим, с территории Сирии, находившейся под французским контролем. Началась эта попытка "сбросить с себя британское ярмо" вроде бы в шутку, 1 апреля 1941 года, то-есть в то время, когда СССР и США в войне ещё прямого участия не принимали, однако Англия уже воевала вовсю и было ей не до шуток, так как почва у неё уходила из под ног и в руках всё расползалось. И вот в этот, прямо скажем, не самый приятный для англичан период их отечественной истории с расположенных в Саудовской Аравии и принадлежавших американцам нефтяных промыслов вдруг разом снялись рабочие арабской нацинальности и толпой отправились в Ирак, благо до него не очень далеко было и отправились они туда, чтобы бороться с английскими колонизаторами и вообще, так сказать, чтобы землю в Ираке крестьянам отдать. Подавив иракский мятеж, Лондон оборотился в сторону эр-Рияда с немым вопросом в очах, но ибн Сауд поспешил заявить, что он ни сном, ни духом и что "ну вот просто оно так вышло", стихийный гнев народа, понимаешь. И англичане предпочли ему поверить, так как даже на словах не могли подвергнуть сомнению нейтралитет саудовского короля, а потому они перевели печальный взор в сторону Вашингтона, который с раздражением ответствовал в том смысле, что промыслы в Аравии это предприятие частное и затеянное частниками же, а с частника какой спрос, не говоря уж о бедуинах, которых американцы только в кино и видели. Англичане американцам не поверили, но опять же промолчали, так как мятеж был делом уже прошлым, а от Америки им было нужно много чего, так что чего уж там, что было, то было, да быльём поросло. Мыслить нужно позитивно, верно?)
Но у нас речь о 1943-м, когда положение поменялось радикальнейшим образом и, отбросив за ненадобностью стеснявшую свободу движений маскировку, американцы постарались получить прямой доступ к королю ибн Сауду, посредники им отныне только мешали и миссия Хоскинса этим устремлениям отвечала как нельзя лучше. Государство говорило с государством и говорило напрямую, с глазу на глаз, даже и без переводчиков, так как Хоскинс говорил по-арабски с той же лёгкостью, что и по-английски, передавая любые оттенки мысли.
И на встрече с Хоскинсом ибн Сауд без дипломатических увёрток заявил, что он не может встретиться с представителем сионистского движения, так как это будет не только предательством его собственного государства, но ещё и предательством религии, предательством Бога, и что он на это пойти никак не может.
Англичане, не иначе заревновав, дали рассчитанную на американских евреев утечку, что, мол, ибн Сауд во время переговоров заявил Хоскинсу, будто он евреев ненавидит едва ли не больше всех на свете. "Прямо кушать не могу!" Было ли так на самом деле никто не знает, но на вопросе любви и ненависти нам следует хотя бы вкратце остановиться. Дело в том, что ибн Сауд неоднократно насчёт евреев высказывался, высказывался при свидетелях и был он в этом вопросе семитом большим, чем сами евреи. Он же был ваххабит, пуританин, а потому считал, что ближневосточные евреи, жившие там "испокон веку", "всегда", имеют полное право на дальнейшее проживание по старому адресу, но вот что касалось сионистской идеи по "собиранию евреев в еврейском национальном государстве", то тут ибн Сауд был непримирим, так как с его точки зрения европейские евреи не только не были евреями, но они не были даже и семитами, а были они европейцами. И он полагал (надо заметить, что не без оснований), что за сионистским движением прячется "старая Европа" и что Израиль это троянский конь, а европейские евреи это пятая колонна, и что сегодня речь идёт об Израиле, а завтра на его месте опять появится Иерусалимское Королевство.
Другими словами - для саудовцев "израильская проблема" выходила (и продолжает выходить) далеко за рамки узко понимаемого арабо-израильского конфликта как конфликта межгосударственного, причём конфликта между государствами, которых каких-то лет восемьдесят назад вообще не существовало, как не существовало и народов, их населяющих.
Но вернёмся к миссии Хоскинса. Она решила множество задач, внешне не решив ни одной. Тем не менее англичане, не удовлетворившись декорацией, попытались дополнительно снизить могущий задним числом возникнуть эффект и принялись кулуарно заявлять, что ибн Сауда следует вообще тем или иным способом отодвинуть от "принятия решений", так как он в силу сложившегося положения вещей, собственного происхождения и обстоятельств жизни не может правильно осмысливать происходящие в мире процессы и, следовательно, не может и принимать правильных решений. Слово "дикарь" не произносилось, но незримо витало в воздухе.
Здесь опять же нам следует учитывать, что реальность гораздо сложнее попыток её трактовать и личность ибн Сауда лишнее тому подтверждение. Он безусловно не был утончённо мыслящим интеллектуалом, да что там говорить, он не имел даже формального образования, но зато у него были врождённые задатки государственного деятеля, заставившие его проделать следующую штуку: как всем известно, ибн Сауд за пределами Ближнего Востока никогда не бывал, а потому и представления об окружащем мире у него должны были быть соответственные, это так, в этом англичане были правы, и для правителя это очень большой недостаток, однако дело в том, что ибн Сауд этот свой недостаток прекрасно осознавал, это-то и делало его человеком незаурядным, а потому он даже и в условиях, когда денег в королевстве отчаянно не хватало на самое необходимое, когда его подданные голодали в самом буквальном смысле, изыскал, тем не менее, необходимые средства и создал на них что-то вроде станции радиоперехвата и посадил туда людишек, а они день и ночь прослушивали эфир, а потом другие люди писали отчёты, переводя услышанное (подслушанное) на понятный королю терминологический язык и ибн Сауд на рутинной основе просматривал эти написанные лично для него отчёты и таким образом этот сидящий где-то в пустыне в своём шатре бедуин был в курсе всех значимых событий и прекрасно ориентировался в хитросплетениях мировой политики.
Так обстояло дело в 1943 году.
И этот год применительно к Саудовской Аравии заставил тогдашние мировые силы сместить свой интерес в спектре общей стратегии в сторону саудовской нефти. Произошло так потому, что масштаб военных действий вырос до невиданных до того человечеством пределов, а сколько ещё продлится война никто по понятным причинам не знал и хотя найденная на тот момент в Саудии нефть была низкого качества и было её немного, опыт успевших побродить по аравийским пескам в поисках воды и полезных ископаемых экспедиций подсказывал американцам, что именно нефти в саудовской пустыне должно быть много, вопрос был лишь в том как много и как скоро её удастся обнаружить.
А между тем в том же 1943-м "комитет Трумана" (он не был ещё избранным, а был он всего лишь одним из многих званых) выпустил предназначенный для высшего руководства страны меморандум и там среди многого прочего говорилось следующее - "... для того, чтобы сбросить на Берлин одну тонну бомб нам нужно от четырёх до пяти тонн нефти."
Просто и доходчиво. И никакой вам rocket science, а одна лишь голая арифметика.
http://mishmar.info/nachalo-bolshoie-igri-na-blijn...chetvertaya.html#ixzz39JIXVB78
ttp://mishmar.info/nachalo-bolshoie-igri-na-blijnem-vostoke-chast-pyataya.html#ixzz39JJPHy5N
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Г. АЛЕКСАНДРОВ: НАЧАЛО БОЛЬШОЙ ИГРЫ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ (ЧАСТЬ 2) | Шалом_Исраэль - Дневник Шалом_Исраэль |
Лента друзей Шалом_Исраэль
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»