СВИТОК ЭСТЕР (ЧАСТЬ 2)
15-03-2014 12:22
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
ГЛАВА VI
(1) В ту ночь не спалось царю, и повелел он принести памятную книгу летописи, и читали ее царю. *
(2) И найдена была запись о том, как рассказал Мордехай о Бигтане и Тэрэше, (о) двух евнухах царских из стражей входа, которые замыслили наложить руку на царя-Ахашвероша.
(3) И сказал царь: что было сделано для Мордехая (в знак) почета и уважения за это? И сказали отроки царя, прислуживавшие ему: ничего не было сделано для него.
(4) И сказал царь: кто на дворе? А Аман пришел (тогда) на внешний двор дома царского, чтобы предложить царю повесить Мордехая на том дереве, которое он приготовил для него.
(5) И отроки царя сказали ему: вот Аман стоит на дворе. И сказал царь: пусть он войдет.
(6) И вошел Аман, и сказал ему царь: что бы сделать для того человека, которому царь хочет оказать почет? И сказал Аман в сердце своем: кому, кроме меня, захочет царь оказать почет!
(7) И сказал Аман царю: (тому)человеку которому захочет царь оказать почет,
(8) Пусть принесут одеяние царское, которое надевал царь, и (приведут) коня, на котором ездил царь, и на голову которого возложен был царский венец.
(9) И пусть дадут одеяние и коня в руки одному из знатных царских сановников, и пусть оденут того человека, которому хочет царь оказать почет, и выведут его на коне на городскую площадь, и возглашают перед ним: вот что делают для того человека, которому царь желает оказать почет!
(10) И сказал царь Аману: возьми скорее одеяние и коня и сделай так, как сказал ты, для Мордехая Иудея, сидящего у царских ворот; не упусти ничего из всего того, о чем ты говорил.
(11) И взял Аман одеяние и коня, и одел Мордехая, и вывел его на коне на городскую площадь, и возглашал пред ним: вот что делают для того человека, которому царь желает оказать почет.
(12) И возвратился Морд охай к царским воротам, а Аман поспешил к себе домой, удрученный и покрыв голову. **
(13) И рассказал Аман Зереш, жене своей, и всем друзьям своим обо всем, что с ним случилось. И сказали ему мудрецы его и Зереш, жена его: если Мордехай, пред которым ты начал падать, из потомков Иудеев, то не одолеешь его, а неминуемо падешь пред ним.
(14) Они еще говорили с ним, как пришли евнухи царские и поспешно увели Амана на пир, который приготовила Эстер.
(2) И найдена была запись о том, как рассказал Мордехай о Бигтане и Тэрэше, (о) двух евнухах царских из стражей входа, которые замыслили наложить руку на царя-Ахашвероша.
(3) И сказал царь: что было сделано для Мордехая (в знак) почета и уважения за это? И сказали отроки царя, прислуживавшие ему: ничего не было сделано для него.
(4) И сказал царь: кто на дворе? А Аман пришел (тогда) на внешний двор дома царского, чтобы предложить царю повесить Мордехая на том дереве, которое он приготовил для него.
(5) И отроки царя сказали ему: вот Аман стоит на дворе. И сказал царь: пусть он войдет.
(6) И вошел Аман, и сказал ему царь: что бы сделать для того человека, которому царь хочет оказать почет? И сказал Аман в сердце своем: кому, кроме меня, захочет царь оказать почет!
(7) И сказал Аман царю: (тому)человеку которому захочет царь оказать почет,
(8) Пусть принесут одеяние царское, которое надевал царь, и (приведут) коня, на котором ездил царь, и на голову которого возложен был царский венец.
(9) И пусть дадут одеяние и коня в руки одному из знатных царских сановников, и пусть оденут того человека, которому хочет царь оказать почет, и выведут его на коне на городскую площадь, и возглашают перед ним: вот что делают для того человека, которому царь желает оказать почет!
(10) И сказал царь Аману: возьми скорее одеяние и коня и сделай так, как сказал ты, для Мордехая Иудея, сидящего у царских ворот; не упусти ничего из всего того, о чем ты говорил.
(11) И взял Аман одеяние и коня, и одел Мордехая, и вывел его на коне на городскую площадь, и возглашал пред ним: вот что делают для того человека, которому царь желает оказать почет.
(12) И возвратился Морд охай к царским воротам, а Аман поспешил к себе домой, удрученный и покрыв голову. **
(13) И рассказал Аман Зереш, жене своей, и всем друзьям своим обо всем, что с ним случилось. И сказали ему мудрецы его и Зереш, жена его: если Мордехай, пред которым ты начал падать, из потомков Иудеев, то не одолеешь его, а неминуемо падешь пред ним.
(14) Они еще говорили с ним, как пришли евнухи царские и поспешно увели Амана на пир, который приготовила Эстер.
* В эту ночь было очень шумно на Небесах. Слезы и молитвы попавших в беду евреев, их искреннее раскаяние и угрызения совести прорвались через все преграды к Небесам. Ангелы в ужасе спрашивали друг друга: "Неужели Б-г собирается уничтожить мир?".
Никто не смог спать в эту ночь. Мордехай и остальные евреи провели всю ночь в молитвах и мольбах перед Всемогущим. Эстер была занята приготовлениями к завтрашнему банкету для царя и Амана. Даже изверг Аман не спал в эту ночь, - он был занят устройством виселицы для Мордехая. Только царь Ахашверош спал глубоким, ничем не нарушаемым сном.
Когда Б-г увидел так мирно спящего Ахашвероша, он сказал Гавриелю: "Моим детям угрожает смертельная опасность, а этот глупец спит себе сном невинного младенца! Пойди, наруши его покой".
Царь внезапно проснулся и не смог больше уснуть. В его сердце закралось большое подозрение: почему пригласила Эстер на банкет Амана? Не замышляют ли они оба нехорошее против него? Ахашверош беспокойно ёрзал на кровати, стараясь прогнать от себя свои опасения.
"Но должен же быть во дворце хотя бы один преданный мне слуга, который предупредил бы меня об угрожающей мне опасности, - думал царь, - разве только, если я не вознаградил надлежащим образом за такую услугу, оказанную мне раньше кем-либо из моих преданных мне слуг!".
- Шамши! - позвал царь, - принеси мне поскорее памятную книгу и прочти мне о недавних событиях во дворце!
Шамши, один из многих сыновей Амана, который был этой ночью дежурным дворецким, принёс требуемую книгу и приготовился читать царю. Когда он открыл книгу, он наткнулся на историю Мордехая, спасшего жизнь царя, раскрыв заговор Бигтана и Тереша. Шамши поспешил перевернуть страницу, но она упорно вновь открывалась. Так повторилось несколько раз. Царь Ахашверош, которого раздражало неумелое обращение Шамши с книгой, нетерпеливо закричал: "Что ты листаешь книгу туда-сюда? Читай, не мешкай!".
И вдруг книга начала произносить вслух записанное в ней. Ангел Гавриель читал историю Мордехая и, конечно же, не пропускал и малейшей подробности. По мере чтения Гавриелем памятной книги начали глаза царя закрываться...
Гавриель читал: "...На седьмом году царствования могущественного и прославленного царя Ахашвероша, да продлятся его жизнь и процветание..., два предателя, дворецкие Бигтан и Тереш, тартианцы, попались как заговорщики против жизни великого и прославленного царя Ахашвероша... Верный главный дворецкий, еврей Мордехай, недавно назначенный главой личных слуг царя, подслушав беседу заговорщиков, сообщил об этом ее величеству милостивой царице Эстер..., царица же передала об этом его величеству царю... Оба раба были пойманы с поличным на месте преступления при подаче ими царю бокала с отравленным вином... Они признались, что к измене вынудило их то, что они были подчинены еврею Мордехаю, на которого они надеялись возложить потом всю ответственность за смерть царя... Бигтан и Тереш были повешены, а еврей Мордехай должен быть за это вознагражден самым спешным образом...".
Ангел Гавриель так чудесно читал эту историю и так убаюкивающе звучало в ней имя Мордехая, что это усыпило царя, и он уснул.
И вот снится царю, что Аман стоит у его постели с поднятым над ним мечом. Вздрогнув, царь открыл глаза. В этот момент он слышит приближающиеся из передней комнаты шаги.
- Кто там? - спрашивает царь.
- Аман, -- отвечают слуги.
"Так это, оказывается, не было простым сном", думает про себя царь и говорит слугам: "Пусть войдет!".
- Скажи мне, Аман, мудрый мой советник, как следует поступить с тем человеком, которого царь желает чествовать?
Сердце Амана радостно забилось. "Царь хочет чествовать меня, подумал он, давно бы так!...". И приняв безразличный вид, Аман сказал с напускной скромностью:
"Человек, которого царь желает чествовать, должен быть облачён в царские одежды самого царя; на голове его должна быть возложена царская корона, и он должен верхом на лошади проезжать по улицам города, в то время как один из важных царских министров бежит впереди него и кричит: "Так поступают с тем человеком, которого царь желает чествовать!".
"Вот как! - думает царь про себя, - этот мерзавец действительно намеревается отнять у меня корону!" и с зажегшимся в его глазах злым огоньком бросил Аману:
- Скорее, скорее, Аман, пойди и сделай все это Мордехаю!
Эти слова упали на Амана, как гром с ясного неба., Аман остолбенел и у него отнялся язык от неожиданности.
- Не стой здесь, как осёл, - нетерпеливо крикнул царь, - поспеши оказать все эти почести Мордехаю!
Аман сделал вид, что не понимает царя. "Какому Мордехаю?", спросил он.
- Мордехаю, еврею, конечно! -- ответил царь.
- Но много евреев носят такое имя, - жалобно сказал Аман.
- Тому Мордехаю, который находится по ту сторону дворцовых ворот, идиот ты этакий!
-О! - воскликнул готовый разрыдаться Аман, - он заклятый мой враг. Я лучше дам ему десять тысяч монет, чем оказать ему такую великую честь!
- Да, да, дай ему эти деньги тоже, но окажи ему и ту честь, которую ты описал.
- Но, Ваше величество, за что награждать еврея такими великими почестями?
- Какая наглость! - воскликнул царь. Мало тебе, что Мордехай спас мне жизнь? Хватит. Прекрати пререкания. Немедленно пойди к Мордехаю и выполняй в точности моё приказание, если ты дорожишь своей головой!
** Трясушийся весь и с поникшей головой пошел Аман искать Мордехая. В это время Мордехай сидел в Бет-Амидраше, окружённый своими любимыми учениками. Подняв глаза и увидав в окно приближающегося Амана, Мордехай крикнул: "Спасайтесь, дорогие дети! Этот злодей идет!". Но храбрые дети ответили: "Нет, мы тебя не оставим. Мы жили вместе с тобой, вместе мы и умрём!".
Мордехай читал последние слова молитвы, когда вошел Аман. Он терпеливо подождал пока Мордехай закончил молитву, а затем сказал:
- Мордехай, сын еврея Абраама, у вас действительно великий Б-г. Когда вы молитесь Ему, Он слышит ваши молитвы и творит вам чудеса. А теперь встань, Мордехай, облачись в эти царские одежды и одень эту золотую корону...
- Аман, негодяй ты этакий, сын Амалека! Ты пришёл сюда издеваться надо мной? Мало тебе, что ты задумал повесить меня?
- Нет, - с горечью ответил Аман. - Я не пришёл смеяться над тобой. Если это действительно было бы так! Но, увы! Это личный приказ царя!
Мордехай не мог поверить своим ушам. Дети вокруг него начали прыгать от радости.
Теперь Мордехай сказал уже серьёзно:
- Уважаемый премьер-министр, подобает ли мне одевать царские одежды в таком виде, в каком я нахожусь сейчас? Я три дня постился; я покрыт пеплом...
Аман понимающе кивнул головой. Он повёл Мордехая в баню, помыл его и натёр тончайшими благовонными маслами.
Когда Аман приводил в порядок волосы на голове Мордехая, услышал Мордехай, что Аман вздыхает и стонет.
- Что ты вздыхаешь так тяжело, сын Агага? -- спросил Мордехай.
- Разве не должен вздыхать премьер-министр, ставший цирюльником, - с горечью ответил Аман.
- Конечно же нет! - невозмутимо сказал Мордехай. - Наконец-то ты выполняешь работу, которая подобает тебе. Опять вернулось для тебя доброе старое время. когда ты был цирюльником в деревне Кярчум, помнишь?
Аман продолжал работу молча.
Покончив с переодеванием Мордехая в царские одежды, Аман взял царского коня из царских конюшен и предложил Мордехаю сесть на него.
- Твоя беда отшибла твой разум, - сказал Мордехай. - Я ослаб после поста. Как можешь ты подумать, что такой старый и слабый человек, как я, сядет верхом на коня без посторонней помощи?
Аман знал, что со словами царя шутить нельзя. Царь, наверно, уже теперь становится все более нетерпеливым. Без дальнейших проволочек и оттяжек нагнулся Аман, стал на четвереньки и предложил Мордехаю ступить на него. Таким образом Мордехай сел, наконец, на царского коня.
Облаченный по-царски и с величественным видом проезжал Мордехай по улицам Шушана, в то время как Аман вёл за уздцы коня, выкрикивая: "Так поступают с человеком, которого царь желает чествовать!".
Улицы Шушана кишели народом. Царские геральды громко трубили в серебряные трубы. Высшие государственные чины эскортировали процессию. Кудесники и шуты подбрасывали в воздухе золотые и серебряные кубки. Одним словом, это било великолепное зрелище!
Перекрывая все веселые и ликующие голоса, звучал громче всех голос Амана: "Так поступают с человеком, которого царь желает чествовать!"
Наблюдая эту процессию с высокого балкона собственного дворца Амана, крикнула его дочь своей матери: "Мать, смотри! Вон папа едет верхом на царском коне, а Мордехай ведёт его по улицам!".
Она тут же схватила мусорную урну и со злорадным хохотом швырнула её на голову человека, которого она приняла за Мордехая. И сразу же узнала голос глашатая, - это был голос ее отца. В отчаянии она бросилась с балкона вниз, чтобы избежать последствий буйного нрава раз'яренного отца.
В подавленном настроении и опозоренный, в грязной одежде, поплелся Аман к себе домой по окончании злосчастной для него процессии.
Вернувшись домой, говорит он своей жене Зереш:
"Теперь я отомщу Мордехаю! Я его повешу на высокой виселице и буду наслаждаться видом его безжизненного тела, болтающегося в воздухе!".
- Аман! - сказала Зереш, - ты, по-видимому, с ума сошел! Забудь о твоем плане, он безнадежно провалился. Евреи приравнены к песку и к звёздам. Когда они отступаются от своего Б-га и не выполняют Его заветов, их можно притеснять и унижать и ступать по ним, как по песку. Но, когда они возвращаются к их Б-гу и служат Ему верно и искренне, они возносятся ввысь, как звёзды на небе! Что касается тебя, бедный мой Аман, то раз ты начал падать перед Мордехаем, твоя судьба решена...
Их беседе помешали царские слуги, явившиеся поторопить Амана прибыть на второй банкет царицы.
ГЛАВА VII
(1) И пришел царь с Аманом пировать с царицей Эстер.
(2) И в (этот) второй день сказал царь Эстер (в то время,) когда пили вино: (скажи), что за желание у тебя, царица Эстер? И будет оно исполнено. И в чем просьба твоя? Хоть полцарства (проси), – выполнено будет.
(3) И отвечала царица Эстер, и сказала: если снискала я милость в глазах твоих, царь, и если угодно царю, то пусть будет дарована мне жизнь моя – по желанию моему, и (жизнь) народа моего – по просьбе моей,
(4) Потому что отданы мы, я и народ мой, на истребление, убиение и погибель. Если бы проданы были мы в рабы и в рабыни, я молчала бы, хотя враг и не стоит ущерба царя.
(5) И отвечал царь Ахашверош, и сказал царице Эстер: кто это и где он, тот, что осмелился сделать так?
(6) И сказала Эстер: недруг и враг – это злобный Аман. И затрепетал Аман пред царем и царицей.
(7) И в гневе своем поднялся с пира царь, и (вышел) в дворцовый сад; а Аман стал просить царицу Эстер о жизни своей, ибо видел, что решена ему царем злая участь.
(8) Когда вернулся царь из дворцового сада в дом пира, то Аман припадал к ложу, на котором была Эстер. И сказал царь: неужели еще и царицу насиловать (будет он) у меня в доме? Вышло слово это из уст царя, – и накрыли лицо Аману.
(9) И сказал царю Харвона, один из евнухов: вот и дерево высотой в пятьдесят локтей, которое приготовил Аман для Мордехая, говорившего во благо царю, стоит у дома Амана. И сказал царь: повесьте его на нем!
(10) И повесили Амана на дереве, которое приготовил он для Мордехая. И гнев царя утих. *
* Радостный и, по-видимому, все еще в приподнятом настроении сидел в этот вечер в царском кресле на банкете совсем другой Ахашверош. Как забавно было ему видеть Амана, оказывающего такие великие почести самому ненавистному своему противнику. Аман получил весьма заслуженный им урок...
- Эстер, царица моя, - нежно обратился Ахашверош к царице, - у тебя, наверное, есть какая-то просьба ко мне. Ты, конечно, же, устроила этот банкет не ради удовольствия видеть за своим столом Амана! Пожалуйста, скажи мне, какое твое желание? Хотя бы до полуцарства оно будет удовлетворено. Не проси меня только разрешить евреям вновь начинать отстройку их Храма, - это уже в моей половине...
Эстер, которая усматривала в больших почестях, которых удостоился сегодня Мордехай, истинное доброе предзнаменование Небес, была преисполнена уверенности в себе, но голос ее дрожал от волнения, когда она сказала:
- Ваше величество! Я прошу только, чтобы была пощажена моя жизнь и жизнь моего народа! Ибо народ мой и я сама предательски осуждены на смерть, на беспощадное истребление и уничтожение...
- Кто посмел сделать это? - . с возмущением вскрикнул царь, задрожав при мысли, что собственная его любимая царица не была в безопасности в его дворце.
- Враг и неприятель, который уже послал некогда царицу Вашти на гибель, а теперь задумал лишить жизни также и меня! Этот негодяй не кто иной, как вот этот злобный Аман, воскликнула Эстер, угрожающе указывая на Амана пальцем.
Аман ужаснулся и побледнел. Он тут же упал к ногам Эстер, прося пощады. Но царь Ахашверош повернулся к нему, вне себя от неудержимой ярости:
- Так это ты это сделал! Ты посмел составить заговор против моей царицы в моём собственном доме! - и, задыхаясь, выбежал царь в сад глотнуть немного воздуха.
И что же он видит в саду? К своему великому изумлению на его глазах много людей срезают редчайшие, экзотические деревья царских садов. На самом деле это были не люди, а ангелы, принявшие образ людей, посланные, чтобы усилить до предела царский гнев на Амана.
- Кто велел вам делать это? - загремел на них царь.
- Аман! - был ответ "садовников".
Как раненый зверь, ворвался царь в банкетный зал, где он нашёл жалкого Амана простёртым у ложа царицы. В этот момент Харбона, один из царских слуг, сказал:
- Знает ли царь, что Аман воздвиг виселицу высотой в пятьдесят локтей для верного царю Мордехая? Вон она возвышается над дворцом Амана.
- Повесьте негодяя Амана на ней, - приказал царь. Таким образом, был Аман повешен на той самой виселице, которую он приготовил для Мордехая. Только после этого гнев царя утих.
ГЛАВА VIII
(1) В тот же день отдал царь Ахашверош царице Эстер дом Амана, врага Иудеев, а Мордехай предстал пред царем, так как рассказала Эстер кем он ей (приходится).
(2) И снял царь перстень свой, который отнял он у Амана, и отдал его Мордехаю. А Эстер поставила Мордехая (управителем) дома Амана.
(3) И опять говорила Эстер с царем, и пала к ногам его, и плакала, и молила его отменить злой (указ) Амана Агагиянина и замысел его, что задумал он против Иудеев.
(4) И протянул царь Эстер золотой скипетр, и поднялась Эстер, и стала пред царем,
(5) И сказала: если угодно царю, и если снискала я милость его, и если дело это правое (на взгляд) царя, и если нравлюсь я ему, то пусть бы написано было, чтоб возвращены были бы письма с замыслом Амана, сына Амдаты, Агагиянина, которые написал он, об истреблении Иудеев во всех областях царских.
(6) Потому что как смогу я видеть бедствие, которое постигнет народ мой, и как смогу я видеть гибель рода моего?
(7) И сказал царь Ахашверош царице Эстер и Мордехаю Иудею: вот, отдал я Эстер дом Амана, а его повесили на дереве, за то что поднял он руку свою на Иудеев.
(8) А вы напишите о Иудеях то, что вам угодно, именем царя и скрепите (печатью) перстня царского, потому что того, что написано именем царя и скреплено перстнем царским, нельзя отменить.
(9) И призваны были в ту пору писцы царские, в третий месяц, то есть в месяц Сиван, в двадцать третий день его, и написано было все так, как приказал Мордехай, – Иудеям, сатрапам и начальникам, и правителям областей, что от Оду и до Куша – ста двадцати семи областям, каждой области письменами ее и каждому народу на языке его, и Иудеям – письменами их и на языке их.
(10) И написал он именем царя Ахашвероша, и скрепил (печатью) перстня царского, и отправил письма с верховыми гонцами, ездившими верхом на рысаках царских с конных заводов,
(11) О том, что царь разрешил Иудеям каждого города собраться и встать на защиту жизни своей: истреблять, убивать и губить всех вооружившихся из народа и из области, тех, кто (готов) напасть на них, – с детьми и женами, и разграбить имущество их
(12) В один день во всех областях царя Ахашвероша, в тринадцатый день двенадцатого месяца, то есть месяца Адара.
(13) Список с указа этого (следует) передать в каждую область как закон, объявлеямый всем народам; и чтобы Иудеи были к этому дню готовы мстить врагам своим.
(14) Гонцы верхом на царских рысаках быстро и спешно выехали по-слову царскому. Указ же был дан в крепости Шушан.
(15) А Мордехай вышел от царя в царском одеянии из синеты и белой ткани, и в большом золотом венце, и в мантии из белого льна и багряницы. И город Шушан возликовал и возрадовался.
(16) И настала для Иудеев (пора) просвета и радости, и веселья, и почета.
(17) И в каждой области, и в каждом городе, всюду, куда доходило слово царское и указ его, – радость и веселье у Иудеев, пиршество и праздник. И многие из народов страны стали Иудеями, потому что охватил их страх пред Иудеями.
(2) И снял царь перстень свой, который отнял он у Амана, и отдал его Мордехаю. А Эстер поставила Мордехая (управителем) дома Амана.
(3) И опять говорила Эстер с царем, и пала к ногам его, и плакала, и молила его отменить злой (указ) Амана Агагиянина и замысел его, что задумал он против Иудеев.
(4) И протянул царь Эстер золотой скипетр, и поднялась Эстер, и стала пред царем,
(5) И сказала: если угодно царю, и если снискала я милость его, и если дело это правое (на взгляд) царя, и если нравлюсь я ему, то пусть бы написано было, чтоб возвращены были бы письма с замыслом Амана, сына Амдаты, Агагиянина, которые написал он, об истреблении Иудеев во всех областях царских.
(6) Потому что как смогу я видеть бедствие, которое постигнет народ мой, и как смогу я видеть гибель рода моего?
(7) И сказал царь Ахашверош царице Эстер и Мордехаю Иудею: вот, отдал я Эстер дом Амана, а его повесили на дереве, за то что поднял он руку свою на Иудеев.
(8) А вы напишите о Иудеях то, что вам угодно, именем царя и скрепите (печатью) перстня царского, потому что того, что написано именем царя и скреплено перстнем царским, нельзя отменить.
(9) И призваны были в ту пору писцы царские, в третий месяц, то есть в месяц Сиван, в двадцать третий день его, и написано было все так, как приказал Мордехай, – Иудеям, сатрапам и начальникам, и правителям областей, что от Оду и до Куша – ста двадцати семи областям, каждой области письменами ее и каждому народу на языке его, и Иудеям – письменами их и на языке их.
(10) И написал он именем царя Ахашвероша, и скрепил (печатью) перстня царского, и отправил письма с верховыми гонцами, ездившими верхом на рысаках царских с конных заводов,
(11) О том, что царь разрешил Иудеям каждого города собраться и встать на защиту жизни своей: истреблять, убивать и губить всех вооружившихся из народа и из области, тех, кто (готов) напасть на них, – с детьми и женами, и разграбить имущество их
(12) В один день во всех областях царя Ахашвероша, в тринадцатый день двенадцатого месяца, то есть месяца Адара.
(13) Список с указа этого (следует) передать в каждую область как закон, объявлеямый всем народам; и чтобы Иудеи были к этому дню готовы мстить врагам своим.
(14) Гонцы верхом на царских рысаках быстро и спешно выехали по-слову царскому. Указ же был дан в крепости Шушан.
(15) А Мордехай вышел от царя в царском одеянии из синеты и белой ткани, и в большом золотом венце, и в мантии из белого льна и багряницы. И город Шушан возликовал и возрадовался.
(16) И настала для Иудеев (пора) просвета и радости, и веселья, и почета.
(17) И в каждой области, и в каждом городе, всюду, куда доходило слово царское и указ его, – радость и веселье у Иудеев, пиршество и праздник. И многие из народов страны стали Иудеями, потому что охватил их страх пред Иудеями.
ГЛАВА IX
(1) В двенадцатый месяц, то есть в месяц Адар, в тринадцатый день его, когда наступило время исполниться повелению царя и указу его, в день, когда враги Иудеев надеялись одолеть их, а обернулось оно так, что сами Иудеи одолели недругов своих,
(2) Собрались Иудеи в городах своих, во всех областях царя Ахашвероша, чтобы наложить руку на тех, кто желал им зла; и никто не устоял против них, ибо страх пред ними охватил все народы.
(3) И все правители областей, и сатрапы, и начальники областей, и исполнители дел царских поддерживали Иудеев, ибо охватил их страх перед Мордехаем,
(4) Потому что был Мордехай велик в доме царском, и слух о нем прошел по всем областям, так как этот человек, Мордехай, становился все более влиятельным.
(5) И перебили Иудеи всех врагов своих ударом меча, убивая и истребляя, и поступая с недругами своими по воле своей.
(6) И в крепости Шушан погубили Иудеи, убив, пятьсот человек.
(7) И Паршандату, и Далфона, и Аспату,
(8) И Порату, и Адалью, и Аридату,
(9) И Пармашту, и Арисая, и Аридая, и Вайзату
(10) – Десятерых сыновей Амана, сына Аммдаты, врага Иудеев, убили они, а на грабеж не простерли руки своей.
(11) В тот же день донесли царю о числе убитых в крепости Шушан.
(12) И сказал царь царице Эстер: в крепости Шушан погубили Иудеи, убив, пятьсот человек и десятерых сыновей Амана; что же сделали они в остальных областях царских!.. (Скажи,) что же за желание у тебя? И будет оно исполнено. И о чем еще просишь ты? И будет это выполнено.
(13) И сказала Эстер: если угодно царю, то пусть бы и завтра разрешено было Иудеям, которые в Шушане, действовать по указу нынешнего дня; а десятерых сыновей Амана пусть бы повесили на дереве.
(14) И сказал царь, чтобы так и было сделано, и дан был указ в Шушане, и повесили десятерых сыновей Амана.
(15) Также и в четырнадцатый день месяца Адара собрались Иудеи, которые в Шушане, и убили в Шушане триста человек, а на грабеж не простерли руки своей.
(16) И остальные Иудеи, которые в областях царских, собрались, чтобы отстоять от врагов своих жизнь свою и покой, и убили из врагов своих семьдесят пять тысяч (человек), а на грабеж не простерли руки своей.
(17) (Так было) в тринадцатый день месяца Адара, а в четырнадцатый день его был покой, и сделали его днем пиршества и веселья.
(18) А Иудеи, которые в Шушане, собирались в тринадцатый день этого (месяца) и в четырнадцатый день его; а в пятнадцатый день его был покой, и сделали его днем пиршества и веселья.
(19) Поэтому Иудеи-горожане, живущие в открытых городах, делают четырнадцатый день месяца Адара (днем) веселья и пиршества, и днем праздника и посылания подарков друг другу.
(20) И описал Мордехай эти события, и разослал письма ко всем Иеудеям, которые (живут) во всех областях царя Ахашвероша, ближним и дальним,
(21) Чтобы обязались сделать четырнадцатый день месяца Адара и пятнадцатый день его из года в год, –
(22) Как дни, в которые (добились) Иудеи покоя от врагов своих, и (как) месяц, что обратил для них печаль в радость и скорбь в праздник, – сделать их днями пиршества и веселья, и посылания яств в дар друг другу и подарков бедным.
(23) И приняли Иудеи то, что (сами) уже начали делать, и о чем писал им Мордехай:
(24) Как Аман, сын Аммдаты, Агагиянина, враг всех Иудеев, задумал погубить Иудеев и бросал пур, то есть жребий, чтобы запугать их и погубить их;
(25) И как предстала (Эстер) пред царем, (как) приказал он в письме: да обратится злой замысел (Амана), что задумал он против Иудеев, на его же голову! И повесили его и сыновей его на дереве.
(26) Поэтому и назвали эти дни "пурим", по названию "пур". Потому согласно всем словам письма этого и тому, что^видели (сами), и тому, что постигло их,
(27) Установили Иудеи, и взяли на себя и на потомков своих, и на всех, присоединяющихся к ним, непременно из года в год праздновть эти два дня, как предписано было о них, и в установленное для них время. *
(28) И дни эти памятны и празднуемы, из рода в род в каждой семье, в каждой области ив каждом городе; и эти дни пурима не будут отменены среди Иудеев, и память о них не исчезнет у потомков их.
(29) И писала царица Эстер, дочь Авихайила, и Мордехай Иудеи о силе (важности этих событий), о том, чтобы исполнили это второе письмо о пуриме.
(30) И послал письма ко всем Иудеям в сто двадцать семь областей царства Ахашвероша (со) словами мира и правды,
(31) Чтобы соблюдали (они) эти дни пурима в (назначенное) для них время, как установил для них Мордехай Иудеи и царица Эстер и как сами они установили для себя и для потомков своих в отношении поста и молитвы.
(32) И повеление Эстер подтвердило это слово о пуриме, и было оно вписано в книгу.
(2) Собрались Иудеи в городах своих, во всех областях царя Ахашвероша, чтобы наложить руку на тех, кто желал им зла; и никто не устоял против них, ибо страх пред ними охватил все народы.
(3) И все правители областей, и сатрапы, и начальники областей, и исполнители дел царских поддерживали Иудеев, ибо охватил их страх перед Мордехаем,
(4) Потому что был Мордехай велик в доме царском, и слух о нем прошел по всем областям, так как этот человек, Мордехай, становился все более влиятельным.
(5) И перебили Иудеи всех врагов своих ударом меча, убивая и истребляя, и поступая с недругами своими по воле своей.
(6) И в крепости Шушан погубили Иудеи, убив, пятьсот человек.
(7) И Паршандату, и Далфона, и Аспату,
(8) И Порату, и Адалью, и Аридату,
(9) И Пармашту, и Арисая, и Аридая, и Вайзату
(10) – Десятерых сыновей Амана, сына Аммдаты, врага Иудеев, убили они, а на грабеж не простерли руки своей.
(11) В тот же день донесли царю о числе убитых в крепости Шушан.
(12) И сказал царь царице Эстер: в крепости Шушан погубили Иудеи, убив, пятьсот человек и десятерых сыновей Амана; что же сделали они в остальных областях царских!.. (Скажи,) что же за желание у тебя? И будет оно исполнено. И о чем еще просишь ты? И будет это выполнено.
(13) И сказала Эстер: если угодно царю, то пусть бы и завтра разрешено было Иудеям, которые в Шушане, действовать по указу нынешнего дня; а десятерых сыновей Амана пусть бы повесили на дереве.
(14) И сказал царь, чтобы так и было сделано, и дан был указ в Шушане, и повесили десятерых сыновей Амана.
(15) Также и в четырнадцатый день месяца Адара собрались Иудеи, которые в Шушане, и убили в Шушане триста человек, а на грабеж не простерли руки своей.
(16) И остальные Иудеи, которые в областях царских, собрались, чтобы отстоять от врагов своих жизнь свою и покой, и убили из врагов своих семьдесят пять тысяч (человек), а на грабеж не простерли руки своей.
(17) (Так было) в тринадцатый день месяца Адара, а в четырнадцатый день его был покой, и сделали его днем пиршества и веселья.
(18) А Иудеи, которые в Шушане, собирались в тринадцатый день этого (месяца) и в четырнадцатый день его; а в пятнадцатый день его был покой, и сделали его днем пиршества и веселья.
(19) Поэтому Иудеи-горожане, живущие в открытых городах, делают четырнадцатый день месяца Адара (днем) веселья и пиршества, и днем праздника и посылания подарков друг другу.
(20) И описал Мордехай эти события, и разослал письма ко всем Иеудеям, которые (живут) во всех областях царя Ахашвероша, ближним и дальним,
(21) Чтобы обязались сделать четырнадцатый день месяца Адара и пятнадцатый день его из года в год, –
(22) Как дни, в которые (добились) Иудеи покоя от врагов своих, и (как) месяц, что обратил для них печаль в радость и скорбь в праздник, – сделать их днями пиршества и веселья, и посылания яств в дар друг другу и подарков бедным.
(23) И приняли Иудеи то, что (сами) уже начали делать, и о чем писал им Мордехай:
(24) Как Аман, сын Аммдаты, Агагиянина, враг всех Иудеев, задумал погубить Иудеев и бросал пур, то есть жребий, чтобы запугать их и погубить их;
(25) И как предстала (Эстер) пред царем, (как) приказал он в письме: да обратится злой замысел (Амана), что задумал он против Иудеев, на его же голову! И повесили его и сыновей его на дереве.
(26) Поэтому и назвали эти дни "пурим", по названию "пур". Потому согласно всем словам письма этого и тому, что^видели (сами), и тому, что постигло их,
(27) Установили Иудеи, и взяли на себя и на потомков своих, и на всех, присоединяющихся к ним, непременно из года в год праздновть эти два дня, как предписано было о них, и в установленное для них время. *
(28) И дни эти памятны и празднуемы, из рода в род в каждой семье, в каждой области ив каждом городе; и эти дни пурима не будут отменены среди Иудеев, и память о них не исчезнет у потомков их.
(29) И писала царица Эстер, дочь Авихайила, и Мордехай Иудеи о силе (важности этих событий), о том, чтобы исполнили это второе письмо о пуриме.
(30) И послал письма ко всем Иудеям в сто двадцать семь областей царства Ахашвероша (со) словами мира и правды,
(31) Чтобы соблюдали (они) эти дни пурима в (назначенное) для них время, как установил для них Мордехай Иудеи и царица Эстер и как сами они установили для себя и для потомков своих в отношении поста и молитвы.
(32) И повеление Эстер подтвердило это слово о пуриме, и было оно вписано в книгу.
* Теперь Ахашверош имел все основания гордиться своей царицей Эстер, ибо он узнал, что она является потомком царской фамилии Шаула, первого еврейского царя. Когда царь узнал, что Мордехай является также потомком этой благородной семьи и что он кузен царицы Эстер, он тут же назначил его на место Амана.
Ахашверош передал царице Эстер дворец Амана, а кольцо-печатку, которое сняли с руки Амана, он передал Мордехаю.
Хотя Мордехай и Эстер были глубоко признательны царю за его милости и могли чувствовать себя в безопасности под личным покровительством царя, они ни на минуту не выпускали из поля зрения их основную задачу. Жестокий указ Амана все еще не был отменен, а если его не отозвать вовремя, евреи погибнут.
Поэтому Эстер вновь стала умолять царя спасти её осуждённых на смерть братьев. Она упала к его ногам и со слезами на глазах умоляла царя отвратить ужасный рок, нависший над её народом. "Как могу я видеть бедствие, которое постигнет народ мой, и как могу я быть свидетелем гибели рода моего?" - рыдала в отчаянии Эстер.
Царь был глубоко тронут горем Эстер и хотел успокоить её. К несчастью, не так-то просто было отменить указ, который был разослан от имени царя и по его повелению и имел личную печать царя. Такой указ отозвать обратно нельзя было.
Наконец, был составлен следующий план. Следовало издать новый указ от имени царя, в котором было бы сказано, что Аман злоупотребил доверием царя, издав ложный указ. Вместо издания декрета, который покончил бы с преследованиями евреев во всей огромной персидской империи, как это имел в виду и пожелал царь, предатель Аман приказал истребить верных царю подданных - евреев! Доказательством того, что царь недоволен Аманом, является тот факт, что Аман казнён по личному приказанию царя.
Вновь были призваны царские писцы и были заготовлены указы, на этот раз под диктовкой самого Мордехая. Эти документы были немедленно разосланы через царских курьеров верхом на быстроходных конях всем правителям и князьям ста двадцати семи провинций персидской империи, от Индии до Эфиопии. Этими царскими указами было дозволено евреям собираться в тринадцатый день адара и защищаться от врагов, нападать на них и убивать всех тех, которые посмеют выступать против них.
Новость о великом спасении евреев молниеносно распространилась повсюду, вплоть до самых отдалённых уголков персидской империи. Евреи теперь пользовались почётом.
Когда наступил тринадцатый день месяца адар, - тот самый день, в который евреи должны были быть убиты и уничтожены Аманом и его зловещими приспешниками, собрались евреи в общественных местах каждого города и селения и подвергали смерти по повелению царя всех злобных и жестоких врагов, желавших погубить евреев.
По всему царству Персии были убиты и казнены семьдесят пять тысяч человек и пятьсот человек в самом Шушане. Десять сыновей Амана были также казнены.
Передавая эти новости царице Эстер, царь спросил её довольна ли она.
- У меня ещё одна только просьба, - сказала царица. - В Шушане осталось еще много жестоких врагов;
их нужно истребить, иначе не будет в стране мира. Поэтому разреши об'явить еще и завтрашний день в Шушане днём судилища над врагами нашего народа, которые тем самым являются врагами всего человечества, и повели повесить тела казненных сыновей Амана.
Просьба Эстер была немедленно удовлетворена. Таким образом, в то время, как евреи вне города Шушана праздновали четырнадцатый день адара, евреи Шушана были все еще заняты очисткой города от злодеев и убийц. Только на следующий день они смогли также праздновать своё великое и чудесное спасение.
Этот день четырнадцатого адара был в дальнейшем установлен днём праздника Пурим, чтобы отметить великое чудесное спасение нашего народа и падение изверга Амана.
Евреи же, проживающие в городах, окруженных стенами наподобие Шушана, посвятили этому празднику день пятнадцатого адара. Этот день имеет название "Шушан Пурим".
На небесах также освятили эти дни, как дни, празднуемые вечно и никогда не подлежащие отмене, - они должны быть днями праздника и счастья и посылки подарков ("Ммшлоах Манот", дословно - "посылка порций") друг другу и подаяния бедным.
В то же время евреи обязались соблюдать также "Пост Эстер" в тринадцатый день адара, день кануна Пурим, чтобы отмечать посты и молитвы евреев в эти дни, дабы следовать их примеру в деле раскаяния и искреннего служения Б-гу.
В течение двадцати трёх веков празднуем мы, евреи, этот праздник Пурим, год за годом, поколение за поколением. Врагам Израиля, Аманам всех времён, праздник Пурим является серьёзным и своевременным предупреждением. Для нас же служит этот чудесный, радостный праздник вечным источником мужества и веры, преданности нашему великому и милостивому Б-гу и верности Ему. Это предвестник нашего непременного чудесного спасения, которое теперь уже не за горами.
ГЛАВА X
(1) И обложил налогом царь Ахашверош страну и острова морские.
(2) А все деяния могущества его и доблести его, и подробный рассказ о возвышении Мордехая, о том, как возвеличил его царь, – все это вписано в книгу летописи царей Мадая и Параса,
(3) Потому что Мордехай Иудей был вторым (после) царя Ахашвероша, и великим среди Иудеев, и любимым у множества братьев своих, добиваясь добра народу своему и говоря ко благу всего рода своего.
http://www.purim.ru/megila/reading/chapter/
КОНЕЦ СВИТКА
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник СВИТОК ЭСТЕР (ЧАСТЬ 2) | Шалом_Исраэль - Дневник Шалом_Исраэль |
Лента друзей Шалом_Исраэль
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»