Такова особенность еврейской шутки, что подтверждает путешествующая по Западной Европе экспозиция Alle meschugge (Все помешанные), подготовленная экспертами Еврейского музея Вены.
Того, кто смеется, нельзя победить
[300x238]Для евреев юмор – гораздо больше, чем просто повод позубоскалить. Это способ выживания в условиях вечных скитаний по миру, когда каждому поколению приходилось заново обосновываться на чужой земле среди иных народов.
Надо было побеждать собственные страхи. А «тот, кто смеется, – не побежден», как говорил израильский юморист Эфраим Кишон, уроженец Будапешта, переживший Холокост. На открытии выставки в Вене его сын Рафи сказал, что юмор был для его отца почти научным или кулинарным занятием. Помимо Кишона, экспозиция повествует о таких европейских знаменитостях, как братья Маркс, Гельмут Квальтингер, Георг Крайслер.
Кухня еврейского юмора весьма разнообразна. Но она, как верно заметил один из посетителей выставки, подобна знаменитому кисло-сладкому еврейскому жаркому. Еврейский юмор разновекторный: порой отчаянно весел, порой грустный, порой едкий. Он прекрасно подмечает особенности национального характера, бывает беспощадно критичен как к иудеям, так и к окружающим их народам.
В Еврейском музее Базеля я нашел подтверждение этой идее. Евреев обирали повсюду. А особенно на пограничных заставах, где военнослужащие вытряхивали из них все, что было, и присваивали себе. Перед вами – интерпретация знаменитого еврейского анекдота с бородой, который заканчивается словами «Ша, уже никто никуда не идет». В данной ситуации: «Ша, уже никто никуда ничего не несет».
Но это всегда смех сквозь слезы
[300x168]Порой по весьма грустному поводу.
Кажется, невероятным, но евреи способны смеяться над своими великими несчастьями, в том числе и над трагедией Холокоста. Это не черный юмор, хотя, на первый взгляд, воспринимается именно так.
- Еврейский анекдот очень часто из известной серии черного юмора. Но может ли быть иначе, учитывая трагичную историю нашего народа? – спрашивает кинорежиссер Дани Леви, уроженец Швейцарии, который уже много лет живет в Берлине.
Черный юмор – попытка вышутиться «на полную катушку», чтобы оградить себя, как амулетом, от страшной беды и попытаться сделать так, чтобы она никогда более не повторилась. (К слову сказать, многие звезды еврейской эстрады и еврейского кино были убиты в концентрационных лагерях). Именно поэтому дискуссия в ходе выставки на тему «Анекдот как терапия» не казалась странной.
Евреи воспринимают юмор действительно как средство духовного исцеления. Тем более что и в повседневной жизни евреям хватает неприятных моментов. «Когда вижу антисемита, мне хочется спросить: «Ты что, завидуешь?» Я же не вылезал из 
[300x199]конкурентной борьбы. То подожгут, то не дадут, то обидят, то вообще задавят. Одно, другое, третье – и все время ты сглатываешь… сглатываешь…», – пишет Михаил Жванецкий.
Со стороны может показаться, что это совершенно нелогично: смеяться там, где впору рыдать.
- Вот поэтому экспозиция и называется «Alle meschugge – все помешанные, – подтверждают кураторы выставки Альфред Штальцер и Маркус Патка. – О том же говорят истоки идишской традиции, образцы еврейского юмора в Вене и Берлине в 20-30-е годы XX столетия, юмора в эмиграции и даже перед лицом Шоа.
Почему все юмористы – евреи?
Однако экспозиция не ограничивается представленными видео- и аудиоматериалами периода расцвета еврейского юмора в 
[300x225]Вене в послевоенные годы, на которые пришлось творчество таких любимцев публики, как Герхард Броннер, Хуго Винер или Карл Фаркаш. Есть и образцы современной еврейской шутки, к примеру, современные голливудские ситуационные комедии, комиксы или исполняющие рэп раввины.
Никто не подсчитывал число профессиональных юмористов на тысячу еврейских душ. Но совершенно точно можно сказать: оно велико. Что вызывает законное удивление окружающих. «Меня однажды Тина Канделаки спросила: почему все юмористы – евреи? – отмечает Лион Измайлов. – А я ей: «А почему грузины хорошо поют?» Видимо, юмор – национальная особенность евреев, как и игра на скрипке».
Просмотреть и прослушать разом все имеющиеся мультимедийные материалы – задача непосильная. Для этого пришлось бы провести в музее целый день, или, как хотелось бы создателям выставки, прийти сюда еще не однажды. Впрочем, любой поход в Еврейский музей Вены или на те же экспозиции в Берлине, Дортмунде и Майнце того стоит. Это всегда открытие, всегда неожиданность, всегда открытие своего народа.
Особенности еврейского анекдота
[300x225]Но вот чего не стоит делать, так это рассказывать евреям еврейские анекдоты в том случае, если рассказчик – не еврей. Даже если анекдот будет подан мастерски, с незабываемыми интонациями, это может быть воспринято слушателями как издевка.
Другая особенность: анекдот рассказывается не только для того, чтобы позабавиться над знакомой ситуацией или над ее героями. Директор Еврейского музея в Вене Даниэль Шпера подчеркивает: «Сами по себе темы еврейских анекдотов не смешны, поскольку еврейская история полна преследований, бедствий и нужды. Поэтому за юмором и самоиронией скрывается, как правило, мудрая мысль. Над анекдотом порой задумываются, как над строкой Торы».
На ту же тему и раздумья Михаила Жванецкого: «Когда мне говорят: «Вы еврей, еврей!», я отвечаю: «Иисус Христос тоже евреем был, а кем стал!». Важно, кем ты стал, когда закончил с тем существованием и вышел за рамки нации».
Евреи умудряются потешаться даже над книгой «Исход», где речь идет о весьма драматичном эпизоде – фактически над 40-летним периодом выживания в странствиях от гнева фараона. Как гласит анекдот, они, к примеру, воззвали к Моисею: «Неужели в Египте недостаток гробов, если ты привел нас умирать в пустыню?»
«- Хаим, зачем ты пожаловал на богослужение? Ведь ты утверждал, что не веришь в Б-га? – Это верно, но должен же я убедиться в том, что я прав!». Этот анекдот с бородой прозвучал в ходе выставки в исполнении известного в Вене раввина Пауля Хаима Айзенберга, что само по себе говорит о важном факте: ничто человеческое не чуждо и профессиональному служителю культа.
Напоминание об австрийских истоках
Почему именно Вена озаботилась созданием подобной экспозиции? Потому что вплоть до 1938 года именно она считалась мировой столицей еврейского юмора, будь это кабаре, ревю, оперетта или комедийный фильм, а имена Фритца Грюнбайма, Германа Леопольди, Фритца Ленер-Беды или Юры Зойфера были знаковыми фигурами в пространстве национальной шутки.
[300x168]Для того чтобы рассказ о еврейском юморе получился убедительным, на помощь Еврейскому музею Вены пришли эксперты архива кабаретистов Национального Германского фонда, архива Австрийского фильмофонда, Венской государственной библиотеки и других солидных организаций.
Создатели передвигающейся по Австрии и Германии выставки усилили ее сопроводительной программой, в которую входят, к примеру, фильмы из разряда мировых шедевров: «Смешная девчонка» (США, 1968), «Канал Блаумильха» (Израиль, США, Германия, 1969), «Борат» (США, 2006), концертами ансамбля «Шолом Алейхем», докладом Стивена Коула «Еврейский юмор в американском мюзикле», дискуссиями, в которых принимают участие ученые, студенты и просто посетители.
Подарком любому из них стала 424-страничная книга «Каталог выставки Alle meschugge», которая, по выражению Даниэль Шпера, «скорее подарочное издание, чем книга, которую можно читать в постели перед сном». Книга, подготовленная коллективом в 40 авторов, содержит богатый набор иллюстраций, которые сами по себе – приглашение к путешествию по миру еврейских шуток и юмора, начиная с их европейских истоков и заканчивая Новым Светом.
Сегодня и Израиль – замечательное средоточие еврейского юмора. Это отражено в экспозиции на знаменитой улице Мамилла в Иерусалиме, где евреи потешаются и над выдающимися персонами вроде Альберта Эйнштейна, и передают забавные сценки безудержного веселья в быту.
Корни и ветви
Еврейский юмор имеет свои корни в еврейских местечках, небольших деревеньках Восточной Европы. Он создавался в устной форме, стал частью фольклорной традиции, передаваемых из поколения в поколение анекдотах, забавных историях. Поэтому большой пласт подобных шуток хорош именно в исполнении на языке идиш.
В Центральной Европе – в той же Вене – он нашел благодарных слушателей в литературном баре «Мариэтта» и в пивном кабаре «Симплициссимус», стал частью культурной традиции Австрии, которая транслировалась с подмостков.
«Анекдот позволял устранить политкорректность, забыть о рангах и положении в обществе, смеяться над любым недостатком», – подчеркивает в предисловии к книге один из ее составителей Франк Штерн. Он же указывает, что эстафету еврейского юмора, который ярко проявился в Вене 30-х годов, в 60-е годы подхватил Голливуд с его выдающимися комиками Вуди Алленом и Мелом Бруксом, и их традиции сегодня подхвачены Адамом Сандлером и его единомышленниками в телевизионных сериалах, где раскрывается самобытный еврейский характер. Нынче в США тема еврейского юмора – составная часть индустрии развлечений, как 80-90 лет назад в Австрии и Германии.
- Мы пытались представить еврейский юмор как пример разрушенного нацизмом разнообразия европейской жизни и возрождения ее в сегодняшнем формате усилиями новых поколений, – считает Даниэль Шпера. – Мне кажется, это у нас получилось.
Многие люди воспринимают иудаизм только в контексте Холокоста, на фоне великих жертв евреев. Поэтому они приходят к неправильным выводам, в частности, «евреи могут только скулить и грустить. Но это совсем не так». Это мнение раввина Хаима Айзенберга разделяют все организаторы передвижной экспозиции и десятки тысяч ее посетителей. В эти дни – жители Майнца.
Еврейская История / Jewish History,Европа / Europe,ЮМОР / HUMOR