I. РАССЕЯHИЕ: Чтобы понять географию расселения еврейского народа в интересующий нас период, нам придется вернуться ко времени Вавилонского пленения (587 — 538 г. до н.э.). Первое, что нужно отметить, это то, что не все уведенные в плен евреи, возвратились в Иерусалим. Некоторые из них остались в Вавилоне, где многие семьи умножились и разбогатели.
Эта еврейская община позже стала важным, если не основным фактором, в формировании через несколько столетий талмудического иудаизма. Нам об этом напоминает само название: «Вавилонский Талмуд». В попытке спастись от вавилонских захватчиков некоторые евреи убежали в Египет (Иер. 43-44), быть может оттого, что там уже жили их родственники и знакомые. В любом случае египетское рассеяние по возрасту ничуть не уступает вавилонскому. Под благосклонной властью Птолемеев, египетские евреи — особенно в Александрии — превратились в большую и влиятельную общину, настолько большую, что в первом веке до нашей эры они составили большинство в двух из пяти районов города, да и в трех других также можно было встретить еврейские жилища.
В эпоху эллинизма евреи воспользовались возможностью поселиться в новых для них местах. Источники не дают достаточно материала, чтобы подробно проследить весь их путь, к тому же это выходит за рамки нашей темы. Результат, однако, для нас очень важен: в начале нового тысячелетия евреи жили в больших и малых общинах, начиная с Персидского Залива на востоке, далее по побережью Средиземного моря до Испании и, возможно, до Марокко на западе. Это положение дел хорошо выразил римский историк Страбон, который писал во времена Августа: «Этот народ уже поселился в каждом городе; трудно найти такое место во всем мире, где не чувствовалось бы их влияние» (цитата: Иосиф, «Евр. др.» XIV 7:2) (115). Следует подчеркнуть, что постепенное расселение евреев в Месопотамии и на побережье Средиземного моря произошло не потому что их вынуждали покидать Израиль. Вынужденное изгнание образовало вавилонское и египетское рассеяния, но дальнейшее расселение евреев по всему древнему миру происходило в основном по их собственной инициативе. древние историки удивлялись быстрому росту новых еврейских общин. Казалось, что жизнеспособность нации больше проявлялась в рассеянии, чем в их собственной стране.
II. ИЗРАИЛЬ: Большую часть времени после Вавилонского плена положение в Иерусалиме и Иудее оставалось неутешительным. Персы разрешили создать вокруг Иерусалима некоторое подобие еврейской провинции. На остальной части территории жило смешанное население, которое Ездра повелел народу Иудеи не признавать евреями. Кстати, именно в это время, название «евреи», первоначально принадлежавшее жителям Иудеи, а позже обитателям южного Царства, включило в себя весь израильский народ. Таким образом, еврейская нация долгое время оставалась крошечным народом, живущим на крошечной территории, затерянной в Иудейских горах. Это была «полунезависимая провинция, нечто вроде расширенного храмового хозяйства, управляемого первосвященником» (М. Ави-Иона). Евреи жили и вне своего крошечного государства. Ко второму веку до нашей эры они, видимо, составляли большинство в Галилее, но не входили в политическую организацию евреев.
Хасмонеи расширили территорию Иудеи во всех направлениях. На юге они покорили идумеян, которых заставили принять иудаизм, а также захватили прибрежные районы к западу и северу от Иерусалима. На севере они захватили политическое господство над Самарией и Галилеей и даже над частью Заиорданской стороны. В Новом Завете также говорится о двух центрах еврейского населения: Иудее с Иерусалимом и Галилее. Между ними помещалась Самария. С тех пор, как Хасмонеи уничтожили самарийский храм на горе Гаризим и город Шхем, евреи и самаряне относились друг к другу с враждебностью и недоверием (Иоан.4:9). Когда жители Галялеи ходили в Иерусалим на праздники, они обычно избегали проходить через Самарию (но срав. Иоан.4:4). Вместо этого они шли по дороге к востоку от реки Иордан (Мк.10:1), снова переходили реку у Иерихона (Лк.19:1), а оттуда поднимались к Иерусалиму (Лк.19:28; Мк.10:32-34). Эту дорогу избрал Иисус в последнее посещение Иерусалима
III. ГАЛИЛЕЯ: Галилея была самой плодородной частью Израиля "Ибо страна эта так плодородна и так богата великолепными пастбищами и отличается таким разнообразием деревьев, что даже наиболее ленивым жителям кажется заманчивым заниматься сельским хозяйством. И воистину там возделана каждая пядь земли, нигде не видно пустоши. Городов там множество и даже в деревнях благодаря плодородию почвы столько жителей, что в наименьшей из них больше пятнадцати тысяч жителей" (Иосиф «Иудейская война» III 3:2, 42-43).
В этом описании встает перед нами Галилея времен Иисуса: плодородный, чудесный край, пестреющий деревнями, где жили земледельцы и ремесленники; с озером Киннерет, по берегам которого раскинулись рыбачьи поселки. Не все эти поселки были еврейскими. Хотя Хасмонеи употребили жестокие меры против нееврейского населения Галилеи, там попрежнему жило большое количество неевреев. В то время население составляло примерно 150 — 175 тысяч жителей, большая часть которых жила в двухстах деревнях Галилеи (Назарет был крошечной деревушкой с населением около 200 человек; в Капернауме было 1700 жителей). Во времена Иисуса в Галилее было два больших эллинистических города: Сепфорис и Тивериада. Сепфорис считался столицей Галилеи, пока не был разрушен во время восстания, последовавшего за смертью Ирода. Его сын, Ирод Антипа отстроил Сепфорис и в 3 г. до н.э. сделал его столицей провинции. до правления Траяна (117 г. н.э.) большинство жителей Сепфориса были евреями. Архитектура города отличалась эллинистическим стилем: это был второй после Иерусалима город по красоте и величине (примерно 18 тысяч жителей).
Назарет отстоит от Сепфориса лишь на пять километров. Можно почти с уверенностью утверждать, что юноша Иисус бывал в этом городе и наблюдал жизнь деловой метрополии. Ремесленники из Назарета вероятно участвовали в строительных работах Ирода Антипы; может бьпь, среди них были и плотник Иосиф с Сыном. Речи Иисуса показывают, что Ему была знакома жизнь большого города, также как и Его разношерстным слушателям. Вспомните, например, слова Иисуса о царях, их правлении и жизни при дворе: Лк.7:25; 14:31-32; Мт.18:21-35; 22:1-14; 25:31-46.
Одной из женщин, следующих за Иисусом, была Иоанна из Сепфориса, жена Хузы, управителя Ирода Антипы. Эти женщины ходили с Иисусом по Галилее и оказывали Ему денежную помощь (см. Лк.8:1-3; 24:10). Сепфорис был столицей Галилеи примерно до 20 г. н.э., когда честь называться столицей перешла к незадолго до того основанной Тивериаде, городе названном в честь императора Тиберия. Тивериада, в которой больший размах получили эллинистические тенденции, вскоре могла соперничать с Сепфорисом по величине и по значению. По некоторым оценкам ее население достигало 24 тысяч человек. В этой связи заметим, что Киннерет иногда называют «морем Тивериадским» в Иоан.21:1. Во втором веке Тивериада стала основным центром талмудического иудаизма.
В Иорданской долине и в Заиорданье находилось десять эллинистических городов, которые составляли Десятиградие еще со времен Помпея (63 г. до н.э.). Евреи из городов десятиградия поддерживали тесные деловые отношения со своими сородичами из Нижней Галилеи. Евреи Галилеи не были отделены от мира неевреев — этот мир был совсем рядом. Некоторые галилейские деревни, включая Назарет, располагались вблизи основного торгового пути, соединявшего Виа Марис, «приморский путь», с Сепфорисом и Тивериадой. Только одна часть Галилеи избегла этого влияния — область, называемая Верхней Галилеей. Здесь не было эллинистических городов, и весь регион был настоящим рассадником еврейского национализма крайнего толка. Самые воинственные вожди и солдаты зилотского движения происходили из Верхней Галилеи. Другие экстремисты были родом из Гамлы на Голанских Высотах, которая с 4 г. до н.э. находилась под властью Ирода Филиппа.
Обзор географических названий в Евангелиях от Матфея и Марка показывает, что родина Иисуса и большая часть мест, где протекало Его служение, находились в Нижней Галилее (Мк.1-9, особенно 1:14, 39; 3:7; Мт.4:12-17. 23). Создается впечатление, что во время Своего служения Иисус избегал больших городов и поселений националистически настроенных евреев. Это обстоятельство свидетельствует о том, как Иисус понимал Свое мессианское служение: Галилея была залогом Его обещания, что неевреи тоже унаследуют Царство Божие (Сравн. Мт.8: 5-13; 28: 16-20; Марк 16 7. 15). Евангелия от Луки и Иоанна больше говорят о Иерусалиме.
Сношения между религиозными властями Иерусалима и евреями рассеяния были очень оживленными. Из Иерусалима прибывали посланцы с письмами к общинам рассеяния по вопросам соблюдения обрядов, религиозных праздников и новых ересей (Деян.9:2; 22:5; 28:21), и т.п. Это положение продолжалось и после разрушения Храма: в талмудической литературе рассказывается о многочисленных путешествиях ведущих раввинов второго века нашей эры к евреям рассеяния. Толпы паломников из рассеяния ежегодно приходили в Иерусалим на три великих праздника. Они приходили не только, чтобы уплатить пошлину на Храм и принести полагающиеся жертвоприношения, но и послушать знаменитых учителей Закона, чтобы дома с удвоенным усердием соблюдать предписания веры отцов.
Современные научные исследования справедливо подчеркивают тесную связь, существовавшую между Иерусалимом и евреями рассеяния, тогда как прежние исследователи зачастую отвергали всякую связь между ними.
V. «ПАЛЕСТИНСКИЙ»(24) ИУДАИЗМ ПРОТИВ «ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОГО»?: Эти традиционно используемые названия как бы подчеркивают, что иудаизм Израиля не носил следов эллинизма, поэтому «палестинский» в этом смысле практически означает «неэллинистический». Эллинистический иудаизм, с другой стороны, выдается за религию евреев рассеяния, которые говорили по-гречески и в гораздо большей мере подвергались эллинистическим веяниям, чем евреи Израиля, говорящие на арамейском или древнееврейском языках. Важность этого различия для нас объясняется тем, что христианство (как оно описано в книгах Нового Завета и трудах отцов церкви) признают возникшим именно на почве «эллинистического», а не «палестинского» иудаизма.
В РАЗДЕЛЕ 1 мы познакомились с некоторыми причинами, заставившими современных ученых усомниться в этом. Все возрастающее число данных убеждает в том, что в интересующий нас период греческий язык широко использовался в Израиле. Однако греческое влияние шло гораздо дальше. Невозможно провести различие между иудаизмом в Израиле и в рассеянии, просто сказано, что первый был эллинистическим, а второй нет. Неверно было бы также утверждать, что «палестинский» и «эллинистический» иудаизм были двумя, совершенно отличными друг от друга системами. Этого не было. В Израиле, также как в рассеянии мы видим разнообразие течений внутри иудаизма.
Мы хотим подчеркнуть, что некий «эллинистический» иудаизм, как религия всех евреев рассеяния, просто не существовал. Если поинтересоваться, что же объединяло всех евреев рассеяния и давало им чувство принадлежности к еврейству, ответ был бы: их верность Закону и иерусалимскому Храму. Поэтому если вообще употреблять слово «эллинистический» то лишь для обозначения иудаизма в целом в интересующий нас период, а вовсе не для описания веры евреев рассеяния. Выразимся еще яснее: именно их преданность Пятикнижию заставляла евреев рассеяния отвергать служение идолам и культ императора, именно их преданность Иерусалиму и Израилю поддерживало в них чувство обособленности, заставляло их совершить, хотя бы раз в жизни, паломничество в Иерусалим. Это нельзя назвать «эллинизмом». «палестинский» иудаизм в некоторых отношениях отличался от иудаизма рассеяния. Условия жизни в Израиле и вне его были совершенно различны. Трудно предположить, чтo это не могло отразиться на религиозной литературе. И действительно, такие различия существуют. Рассмотрим некоторые из них.
1) Естественно, что евреи рассеяния чаще и больше общались с языческим миром, чем их израильские сородичи. В этом причина выражено пропагандистского характера литературы евреев рассеяния по сравнению с большинством произведений, написанных в Израиле. Удивительным примером такого «евангелического» произведения являются «Сивиллины книги», писавшиеся на протяжении длительного периода: первоначально в Александрийской общине во времена Хасмонеев, а потом на протяжении десятилетий, последовавших за разрушением Храма. В этих книгах Сивиллы — легендарные языческие пророчицы — провозглашают основные догмы иудаизма. Читателей — язычников увещевают оставить поклонение ложным богам и идолам и обратиться к единому и единственному Богу, который сделал Своим местопребыванием Иерусалимский Храм (ТЕКСТ 9). Более изощренный миссионерский подход можно найти в великолепном романе «Иосиф и Асенаф (также 1 века до н.э. или н.э., написанном в Египте), где рассказывается история Асенаф, дочери египетского священника, которая, приняв иудаизм, вышла замуж за Иосифа. Асенаф изображена идеальной новообращенной, призванной показать путь истины другим язычникам. (ТЕКСТ 10).
Нигде в литературе рассеяния нам не встретить длинных обсуждений галахического закона, каких множество в талмудической литературе. Видимо, в рассеянии жили не так уж много ученых раввинов а может статься, чтo сталкиваясь с повседневными заботами своих маленьких раздробленных общин, у них просто не хватало сил сражаться друг с другом по поводу частностей галахического закона. Насколько позволяют судить имеющиеся источники, евреи рассеяния мало участвовали в различных религиозных ceктax. Известное из произведений Иосифа деление на четыре «секты» иудаизма: саддукеев, фарисеев, ессеев и зилотов относится, по-видимому, лишь к Израилю, где к ним принадлежало лишь меньшинство жителей. Как мы увидим дальше, саддукеи жили в Израиле, в основном, в самом Иерусалиме. Что касается фарисеев, то их основная цель — соблюдение в полной мере ритуальной чистоты — была трудновыполнима даже в Израиле; о рассеянии же и говорить не приходится. Фарисейство как движение, таким образом, оказывается ограниченным Израилем, невзирая на пример Павла из Тарса. В Египте имелись общины, схожие с ессейскими (Филон называет их «терапевты»), но ессейство в строгом смысле, как это показывают Свитки Мертвого моря, чисто израильское явление. То же можно сказать о зилотах как о партии, хотя их революционная идеология находила отклик в некоторых общинах рассеяния. Характерно, чтo когда некоторые зилоты, оставшиеся в живых после Великой иудейской войны (66-70 гг. н.э.), укрывшись в Александрии, попытались склонить своих еврейских сородичей к бунту против римлян, александрийские евреи, схватили их и передали римским властям.
Короче говоря, евреи рассеяния гораздо меньше стремились образовывать партии и течения, чем их израильские братья. Они в первую очередь были не фарисеями или ессеями, а просто евреями. Главным религиозным авторитетом для них была не доктрина какой-то партии, а Закон и Храм. Каждую субботу Закон читали и изучали в местных синагогах, а положение общины в целом было таково, что думать приходилось об основном и насущном. Поэтому иудаизм в рассеянии оказался менее раздробленным и фанатичным, чем иудаизм различных израильских партий.
СИHАГОГИ И ЦЕРКВИ: Евреев рассеяния называли предшественниками Павла. Этим хотели показать, что деятельность церкви была подготовлена евангелической деятельностью евреев рассеяния. В этом есть большая доля правды, хотя выражение «предшественники» вовсе не означает, что они сами так о себе думали, или что они прекратили «шествовать» с появлением на сцене Павла и других христианских миссионеров. Источники скорее описывают совсем другое явление, а именно: «соревнование миссионеров». Чтобы лучше понять, что скрывается за этим выражением, рассмотрим обычную синагогу еврейского рассеяния. Посещавшие синагогу составляли две различные группы. Во-первых, соблюдающие обряды евреи, которые каждую субботу приходили в синагогу слушать слово Божие и молиться. Вероятно, это они построили синагогу на собственные средства, поэтому понятно их преданное отношение к ней. Они надеялись, что синагога привлечет к себе многих неевреев, которые в конечном счете примут иудаизм.
Основанием для этой надежды была другая группа посещающих синагогу. Это были неевреи, уверовавшие, что Бог Библии — единственный истинный Бог. Они пытались жить по этическим законам Библии, с которой были немного знакомы; многие предполагали совершить полный переход в иудаизм, хотя только некоторые действительно делали этот шаг. В Новом Завете и других древних источниках их называют «боявшимися Бога». Вот эти-то богобоязненные люди, имеющиеся в каждой синагоге рассеяния, необходимы, чтобы понять суть деятельности и размеры распространения первых церквей. Когда благая весть впервые была обращена к язычникам, именно эти люди стали ее внимательными слушателями.
Из сказанного следует, что географическое распространение христианства должно совпадать с размещением синагог рассеяния. Из книги деяний св. Апостолов нам известно, что сказанное справедливо в отношении путешествий Павла. Рассмотрим же внимательнее карту, чтобы увидеть, насколько это подтверждается в более широком масштабе. На имеющихся картах изображены все города Средиземноморья и Месопотамии, в которых, согласно письменным или археологическим источникам, в начале нашей эры имелись еврейские колонии. Легко заметить, что еврейские колонии (и синагоги) неравномерно распределены по всей площади: некоторые районы, особенно в Малой Азии, отличаются большой плотностью еврейского населения. Можно также заметить, что вокруг Александрии и Рима образовались целые группы еврейских поселений, а также сильное еврейское присутствие в Сирии и Греции. А теперь обратимся к карте, на которой изображены христианские общины около 100-300 гг. н.э. Совпадение поразительное: обе карты практически совпадают.
Из этого следует, что обычаи Павла отнюдь не были исключением. Миссионеры-христиане долгое время продолжали трудиться в верную очередь среди посещающих синагогу богобоязненных язычников. Здесь слушатели лучше всего были подготовлены к принятию благой вести о спасении — не ритуальным соблюдением Закона — но именем Иисуса Христа. География показывает нам, что между иудаизмом и ранней церковью существовала тесная длительная связь.
РАЗДЕЛ 4: «ИЕРУСАЛИМ - ГОРОД ХРАМА»
ЦЕЛЬ: в этом разделе вы узнаете о роли Храма и паломничества для превращения Иерусалима в религиозный центр всего еврейства. Этот раздел послужит также вступлением к РАЗДЕЛУ 7, посвященному первой христианской общине Иерусалима. В этом разделе также описывается высший еврейский орган власти в Иерусалиме — Синедрион, его происхождение, состав и функции.
ПРЕДИСЛОВИЕ: Некоторые исследователи придерживаются точки зрения, что на становление ранней церкви в основном повлияли события, которые произошли не в Иерусалиме или Израиле, но в эллинистических городах Восточной Империи, Сирии, Малой Азии, даже в Греции и самом Риме. Далее они считают, что иерусалимская церковь в скором времени потеряла значение и что книги Нового Завета отражают взгляды христиан эллинистической культуры, почти не соприкасавшихся с Иерусалимом и верующими тамошней общины.
Чтобы обосновать эту теорию, необходимо было объявить сведения из книги Деяний св. Апостолов исторически ненадежными, что и было сделано многими исследователями Нового Завета в прошлом. Однако в последние годы появились веские причины пересмотреть отношение к исторической достоверности «Деяний». Важность иерусалимской общины и ее центральное положение «матери — церкви» дня всего христианского мира, как об этом говорится в «Деяниях», подтверждается важными свидетельствами из пасторских посланий апостола Павла (подробнее об этом дальше).
Христианская церковь родилась в Иерусалиме: там были приняты первые решения по вопросам веры, там впервые была разработана структура церкви, там в первый раз было определено, что есть церковь. Поэтому уместно посвятить некоторое место описанию Иерусалима, каким он был во времена самых первых христианских общин.
I. ХРАМ И ПАЛОМНИЧЕСТВО: Ключом к пониманию огромного значения Иерусалима с библейских времен является Храм. Без Храма Иерусалим был бы всего лишь провинциальным городом в Иудейских холмах, удаленном от основных торговых путей и других населенных пунктов. В то время с севера на юг протянулись два основных торговых пути, оба на значительном расстоянии от Иерусалима: один вдоль побережья, Виа Марис, как его называли крестоносцы, а другой — из Дамаска, ведущий на юг через возвышенность восточнее Иордана. Вторую дорогу в древние времена называли «Царским путем». Основная дорога с востока на запад проходила гораздо севернее, через Изреельскую долину. И в географическом отношении положение Иерусалима было ничуть не лучше: город был окружен со всех сторон горами и только на юго-востоке имелся единственный проход.
С востока на запад дороги не было. Путешественники и купцы Заиорданья предпочитали дорогу по Изреельской долине и не проходили через Иерусалим. Более того, окрестности Иерусалима бедны природными ресурсами и запасами воды. Единственным материалом, доступным в неограниченном количестве, был знаменитый по сей день иерусалимский камень. Из природных ресурсов, кроме камня, можно, пожалуй, назвать лишь оливковые деревья, которые хорошо растут на иерусалимской почве. Название «Масличная гора» — отголосок тех времен, когда в окрестностях Иерусалима процветало производство оливкового масла, но даже оно имело сугубо местное значение. Действительно, «доказательством того, как невыгодно расположен Иерусалим в торговом отношении, является тот факт, что на протяжении всей истории этого города нет ни одного местного изделия, которое бы прославило его имя» (Дж. Джеремия). И невзирая на это, Иерусалим был бесспорно центром не только Иудеи, но и всей еврейской нации, как в Израиле, так и в рассеянии. Важность Иерусалима признавали не только евреи. Римский писатель Плиний Старший считает, что Иерусалим «самый замечательный город не только Иудеи, но и всего Востока» («Естест. история» 5:14). Этому было только одно объяснение: Храм и паломничество.
«Три раза в году должен являться весь мужеский пол твой пред лице Владыки, Господа» (Исх.23:17). Это повеление Пятикнижия — приходить в Иерусалим три раза в год на праздники опресноков, жатвы первых плодов (Шавуот), кущей (Суккот) и приносить положенные по Закону жертвы в Храм — ключ к пониманию жизни Иерусалима в период Второго Храма. Это повеление не требовало, чтобы каждый израильтянин совершал паломничество три раза в год. Большинство и не могло бы исполнить это, так как такое паломничество требовало больших расходов и много времени, особенно для тех, кто жил в рассеянии. Это повеление понималось как «не имеющее границ», т.е. как повеление, поощряющее выполнение некоторых действий без всякого ограничения. Для жителей Иерусалима и округи трехразовое участие в праздниках, хотя и стоило дорого, но было возможным; благочестивые евреи из других районов Израиля обычно совершали паломничество один раз в год (как это делали родители Иисуса, см. Лк.2:41) или реже. Евреи, жившие в рассеянии, конечно, приходили еще реже — может быть раз в жизни — все зависело от личной религиозности, расстояния и материальных возможностей.
Ученые считают, что в первом веке еврейское население в Израиле составляло примерно 1.5 — 2.5 миллиона человек (плюс примерно миллион неевреев); в рассеянии жило примерно 5 миллионов евреев. Таким образом, большинство евреев жило, как и сегодня, вне Израиля. Число постоянных жителей Иерусалима (внутри стен) оценивается примерно в сто тысяч. Во время праздников количество людей в Иерусалиме почти удваивалось, а это означало, что примерно 1% населения рассеяния каждый раз прибывало на праздники в Иерусалим. Древние источники, которые в этом случае сообщают надежные, соответствующие действительности данные, называют число паломников «десятками тысяч». Таким образом, паломники составляли самую основу экономического процветания города.
II. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ: Давайте внимательнее приглядимся к паломникам — с чем приходили они в город? Во-первых, с деньгами, которые они намеривались истратить в Иерусалиме. Отправляясь в путешествие, они брали у своих родственников подать на Храм. Каждый еврей был обязан раз в год платить эту подать, называемую «полушекелевой» (она равнялась двум римским динариям; см. Мт.17:24-27). Эти полшекеля поступали в сокровищницу Храма и использовались на жертвоприношения за все Израильское общество ежеутренне и ежевечерне — в виде «постоянного всесожжения». Подать более чем покрывала эти расходы, и храмовая сокровищница располагала крупными средствами. Благочестивые люди часто хранили в сокровищнице и свои личные средства. Таким образом, Храм в некотором роде выполнял функции банка: камеры его сокровищницы считались самым безопасным местом для хранения денег. Однако экономическая значимость Храма этим не исчерпывалась. Паломники приносили с собой деньги на покупку животных, пищи и вина для жертвоприношений.
Жертвоприношения в Храме служили причиной оживленной финансовой деятельности как в самом городе, так и вокруг его, как то: животноводство и выращивание злачных в сельской местности вокруг города, многочисленные лавки пекарей, мясников и продавцов вина в самом городе, менялы, которые были необходимы, чтобы обменивать деньги паломников на твердую валюту, единственную, годившуюся для покупки храмовых жертвоприношений. Эту валюту, так называемый «храмовый шекель» — шекель а’кодеш (25) — чеканили в Тире, так как римляне не разрешали еврейским властям чеканить собственную монету. Были и другие статьи расхода на Храм: ежегодно нужно было содержать около 18 тысяч священников и левитов (700 в неделю от каждой из 24 черед, которые служили по два раза в году); изготавливать священные одеяния для службы в Храме; шить или чинить храмовые занавеси; переписывать свитки священных книг; чинить или заменять священные сосуды и т.д. Таким образом, на Храм работали целые цеха врачей, писцов, кузнецов, строителей, ткачей и т.д. И конечно нужно было удовлетворять ежедневные нужды тысяч паломников — отсюда необходимость в гостиницах и обширной системе для их обслуживания. Паломники, кроме того, хотели увезти с собой что-нибудь на память. В древних источниках рассказывается о двух таких изделиях: о женской диадеме под названием «золотой город» (иp шель захав) и о замысловато гравированных кольцах-печатках.
Разного рода ремесленники и торговцы различным товаром селились на своих собственных улицах и вокруг своих рынков. Древние источники упоминают о платяном рынке, о птичьем рынке, о шерстяном рынке, о мучном рынке, об улицах ткачей, сыроваров и пекарей, о кузнечном рынке и т.д. Эти «рынки» были по большей части крытыми торговыми улицами, по обе стороны которых находились мелкие мастерские, выходящие на улицу. Сами дома обычно представляли собой маленькие одноэтажные или двухэтажные строения. Между примерно 20 г. до н.э. и 64 г. н.э. экономическое значение Храма еще более возросло, благодаря грандиозному дорогостоящему проекту его перестройки, предпринятому Иродом (текст l2). В начале работ на строительстве постоянно были заняты 10 тысяч рабочих и 1000 особо подготовленных священников, когда же через 80 лет строительство было завершено, около 18 тысяч рабочих внезапно оказались безработными. Можно до сих пор видеть обтесанные ими камни в нижних частях стен, окружающих Храмовую гору (включая и Стену Плача). Храм Ирода считался одним из самых замечательных святилищ древнего мира и, глядя на огромные превосходно обтесанные камни храмовой стены, понятным становится удивление Иисусовых учеников: «Учитель! Посмотри, какие камни и какие здания!» (Марк 13:1). А раввины говорили: «Тот, кто не видел Храма Ирода, во всю свою жизнь не видел прекрасного здания» (Баба Батха 4а).
III. РЕЛИГИОЗНОЕ ЗНАЧЕНИЕ: Мы уже рассказали о том, как Храм и паломники способствовали тому, что Иерусалим стал важным и цветущим городом. Настало время бросить более широкий взгляд на Храм и рассмотреть его как религиозное учреждение. Здесь нужно сделать два важных замечания. Во-первых, Храм считался местопребыванием Бога на земле. Считалось, что Бог Израиля незримо пребывает в Святая Святых; это набрасывало на весь Храм покров несравненной святости, а служителей Храма наделяло особой властью. С незапамятных времен священники и левиты считались признанными учителями Закона и даже фарисеи, несмотря на то, что находились в оппозиции по отношению к саддукеям-первосвященникам, признавали, что Храмовая гора — верховная инстанция толкования Закона. Освященные традицией свитки Закона, с которых снимались копии, хранились в Храме.
На Храмовой горе помещалась школа (бейт мидраш) по изучению Закона, там же заседал Синедрион, высший орган религиозной и политической власти. Йоханаан Бен Заккай, знаменитый раввин, возродивший талмудический иудаизм после разрушения Храма, некогда «сидел в тени святилища, наставляя учеников» (Песахим 26а.- Попытайтесь найти сходные места в книгах Нового Завета!).
Второе важное понятие, объясняющее религиозную значимость Храма, это понятие искупления через жертвоприношения в Храме (ТЕКСТ 13). Симон Справедливый, бывший первосвященником около 200 г. до н.э., сказал: «Мир зиждется на трех вещах: на Законе, службе в Храме и на деяниях любви и доброты» (М. Авот 1:2). Совершенно очевидно, что этот ученый человек считал искупительные жертвоприношения в Храме необходимыми для правильных отношений Израиля с Богом. По свидетельству талмудических и христианских источников, самым жгучим вопросом после падения Храма в 70 г. н.э. был вопрос о том, как теперь народу получать отпущение грехов.
Прежде чем покончить с вопросом о Храме и паломничестве, укажем на следующие два пункта. Во-первых, попытаемся вообразить возбужденное, возвышенное состояние духа, которое преобладало среди толп паломников, спешащих в Иерусалим и особенно во время их пребывания в Святом городе. «Иосиф рассказывает, что возмущения против римских властей часто возникали именно во время праздников. Дело было не только в том, что десятки тысяч паломников собирались в городе, что способствовало возникновению восстаний и возмущений: сам факт присутствия такого количества народа в Иерусалиме усиливал их религиозный и националистический пыл и обострял неприятие чужеземной власти. Круглый год Иерусалим привлекал учителей Закона, проповедников и пророков, которые неизменно могли рассчитывать там на заинтересованных слушателей из числа паломников.» ( 26). Все это можно очень живо представить себе, стоя на недавно открытой в результате раскопок лестнице на южном склоне Храмовой Горы. В праздничные дни по ней поднимались тысячи и тысячи паломников, омывшись в одной из многих «микв» округи. Можно легко представить как Петр и другие апостолы, стоя на этой лестнице, обращались к медленно поднимающейся толпе и как 3000 уверовавших приняли крещение там же, в одной из микв (см. Деян 2:41).
Второй пункт относится к продолжительности пребывания паломников в Иерусалиме. Паломники, жившие в Израиле, обычно возвращались домой после окончания праздника (см. Лк.2:43). Но паломники из отдаленных мест рассеяния, разумеется, старались получить как можно больше выгоды от своего дорогостоящего и трудного путешествия. Поэтому можно вообразить с большой долей вероятности, что они часто оставались в городе неделями и даже месяцами, чтобы захватить несколько праздников подряд. Некоторые паломники, умышленно или нет, оставались жить в Иерусалиме; многие пожилые паломники рассчитывали умереть и быть похороненными в Святом городе. В талмудической литературе упоминаются синагоги выходцев из Александрии и Тарса, а в Деян.6:9 мы читаем о «так называемой синагоге Либертинцев и Киринейцев и Алексавдрийцев и… из Киликии и Асии.»
В 1913 году во время раскопок Р. Вайля в районе Офела на южном склоне Храмовой Горы были обнаружены остатки синагоги, построенной для благочестивых евреев из рассеяния и, возможно, на их средства. Вайль обнаружил развалины синагоги, построенной или перестроенной в 65 г.н.э., и следующую надпись на греческом языке «Теодот, сын Ветена, священник и предводитель синагоги, сын предводителя синагоги, внук предводителя синагоги, построил эту синагогу для чтения Закона и изучения заповедей, а также гостиницу с комнатами и водопроводом для бедных путешественников из чужих земель. Эта синагога была основана его предками, старейшинами и семьей Симонидов.»
Ветен — имя латинское, поэтому возможно, что члены семьи Теодота были евреями, прибывшими в Иерусалим из Рима. Некоторые ученые полагают, что они были рабами, которые, получив свободу, поселились в Иерусалиме. Если это так, то найденная синагога может вполне оказаться той самой «синагогой Либертинцев», о которой говорится в Деяниях. Однако отсутствие материальных доказательств делает эту догадку всего лишь заманчивой гипотезой. Что действительно интересно в приведенной надписи, так это нарочитое упоминание о комнатах, предусмотренных для прибывших из рассеяния. Это дает нам основание предположить, что так обычно делали в иерусалимских синагогах.
IV. СОЦИАЛЬНОЕ РАССЛОЕНИЕ В ИЕРУСАЛИМЕ: Господствующий класс: 1) двор Иродов, помещавшийся в Царском дворце и вокруг него. дворец был выстроен Иродом к югу от Крепости (возле нынешних Яффских ворот); 2) Первосвященник (см. следующее занятие)*; 3) Аристократические богатые семьи, которые вместе с первосвященниками составляли старую правящую верхушку Иерусалима. Многие из них были землевладельцами или банкирами. К ним принадлежали Никодим и Иосиф из Аримафеи, упоминаемые в Новом Завете.*
Средний класс: 1) Самыми характерными представителями были купцы и ремесленники, которые имели в Иерусалиме собственные лавки, а также хорошо оплачиваемые храмовые служители. Сюда же относятся содержатели гостиниц и таверн, принимавших паломников. Очень вероятно, что именно к среднему классу принадлежали и уверовавшие, с которыми мы встречаемся в Деян.2:45; 4:32-37; 5:1-11. Большинство обычных священников принадлежало к среднему классу — представителем такой семьи был Иосиф Флавий, см. также Деян.6:7.
Бедняки: 1) Рабы и наемные рабочие. Рабы обычно бывали слугами в богатых домах. Если они происходили из язычников, их обычно обрезали и делали евреями. Еврейские рабы в рассеянии иногда выкупались на свободу родственниками и поселялись в Иерусалиме. Согласно Деяний 6:9, у них была своя синагога.
Нищие: а) Многие писцы жили полностью или отчасти на дары от благочестивых горожан см. Лк 20:47. Некоторые из них жили в крайней бедности. * б) Были также нищие, просившие подаяние у приезжих, часто выставляя напоказ физические увечья, чтобы побудить паломников подавать милостыню (см. Мишна Пэа 8:9). Обычно нищие находились неподалеку от Храма, см. Деян.3:2 и сл.; Иоан.9:1 и сл.
V. ПЕРВОСВЯЩЕННИКИ И СИНЕДРИОН: После возвращения из Вавилонского пленения в 538 г. до н.э. делались попытки восстановить трон Давида в Иерусалиме, но все они были безрезультатны. При отсутствии царя главой теократии в Иудее стал первосвященник. Когда Хасмонеи провозгласили себя правителями независимого Иудейского государства, они вначале получили титул «первосвященника» (Йонатан в 152 г. до н.э.), затем титул «первосвященника и князя Иудейского» (Симон в 140 г. до н.э.), и лишь начиная с 104 г. до н.э., титул «царя» (Аристобул и Яннай). Даже после прекращения династии Хасмонеев и римского завоевания в 63 г. до н.э. первосвященник по-прежнему оставался высшим официальным представителем еврейского народа. Ему помогал исполнять обязанности совет старейшин, в который первоначально входили главы первых семей Иерусалима. Происхождение этого органа не совсем понятно, но, вероятно, его возникновение относится ко времени персидского владычества (538 — 332 гг. до н.э.). В эпоху эллинизма (начиная примерно с 300 г. до н.э. и далее) значение совета возросло. Иосиф называет его Герусией, советом старейшин. Председательствовал в нем первосвященник, получавший свою должность по наследству. Совет имел решающее влияние на внутренние дела страны в течение всего периода эллинизма и, по-видимому, удержал за собой некоторые права даже в период правления Хасмонеев. В первые годы римской эпохи его стали называть Синедрионом; под этим именем он упоминается в Новом Завете, у Иосифа и в талмудической литературе. Во время эпохи Маккавеев и сразу же после нее совет претерпел важное изменение: он стал включать новую группу — писцов. Во время царствования Ирода Великого (37-4 гг. до н.э.) власть Синедриона значительно уменьшилась, но он вскоре возвратил себе прежнее влияние, когда династию Ирода сменили римские губернаторы.
Другому нововведению Ирода была суждена долгая жизнь: он упразднил правило, по которому должность первосвященника была наследственной и давалась на всю жизнь. Вместо этого Ирод назначал и снимал первосвященников, повинуясь собственным капризам, как в свое время поступал Антиох и его наследники. Сыновья Ирода и римляне продолжали поступать таким же образом (что объясняет замечание Иоанна о Каиафе в Иоан.11:49: «будучи на тот год первосвященником»). Единственное, что мог сделать первосвященник, чтобы повлиять на выбор своего наследника, это рекомендовать на это место способных кандидатов, которые продолжили бы его политику. Зачастую этот вопрос решался, что говорят, по — семейному», как можно видеть в Иоан.18:13, где Анна назван бывшим первосвященником и свекром первосвященника «на этот год», Каиафы в Барайте 27 и Тосефта «Песахим» 57а говорится: «Это первосвященники: сыновья их — казначеи, зятья их — стражники, слуги их избивают народ». И действительно, Анна, который был первосвященником с 6 по 15 гг. н.э., смог обеспечить своим пяти сыновьям, зятю (Каиафе) и внуку место первосвященника. Не вызывает сомнения, что Анна и подобные ему продолжали пользоваться большим влиянием еще долгое время после своего ухода с подмостков. У Иоанна 18:13 и сл. читаем, что Иисуса сначала приводят к Анне, которого по-прежнему называют «первосвященником» даже после того, как он сложил с себя эти полномочия (сравн. Деян.4:5-б).
Вплоть до 70 г. н.э. первосвященник был одновременно и председателем Синедриона, который вместе с ним насчитывал 71 члена. (28). Этот орган заседал на Храмовой Горе в зале, называвшемся «Зал из тесаных камней» (Лишкат а’Газит). (29). Синедрион выполнял три основные функции:
1) Это была самая высокая инстанция в Израиле, которая представляла народ в отношениях с римскими властями. В Иоан.11:53-54 описывается эта функция Синедриона.
2) Синедрион был высшим органом религиозной, судебной и законодательной власти в Израиле (ТЕКСТ 14). В меньших городах существовали местные суды, но их решения всегда могли быть опротестованы в Синедрионе. Римляне дали Синедриону почти полную свободу чинить суд, за исключением преступлений, наказуемых смертной казнью; право выносить и исполнять смертные приговоры они оставляли за собой. Авторитет Синедриона в религиозных делах был непререкаем, иной раз он улаживал разногласия между саддукеями и фарисеями (см. ниже).
3) Синедрион был высшим судьей в вопросе правильного отправления храмовой службы. Чтобы иметь возможность приводить в исполнение свои решения и поддерживать порядок и спокойствие на территории Храма, Синедрион располагал охраной из левитов. Левиты стояли на страже в различных важных точках территории Храма; они также обходили непосредственно прилежащие к Храму места, а кроме того, могли принимать участие в особых операциях вне территории Храма. Именно такой отряд, находившийся в распоряжении Синедриона, был послан в Гефсиманский сад арестовать Иисуса, от чего делаются понятными Его слова: «Каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук» (Лк.22:53; Mк.14:49) (30). Такие же отряды действовали против апостолов, когда те проповедовали в Храме (Деян. 4:1, 5-12; 5:17-18, 22-24,40).
В качестве введения в следующую главу, посвященную религиозным партиям, кратко рассмотрим основные группы, составлявшие Синедрион. В Новом Завете часто упоминаются три такие группы: первосвященники, старейшины и писцы. Можно сказать еще, что члены Синедриона принадлежали к двум партиям: саддукеев и фарисеев. Как соотносились между собой эти разные категории членов Синедриона?
Когда мы говорим о первосвященниках, старейшинах и писцах, речь идет о социальной принадлежности членов Синедриона. Группа первосвященников состояла из действующего первосвященника, его предшественников и других видных служителей Храма:
1) Предводитель («сган» или «нагид») Храма. (31). Он был следующим по чину после первосвященника и мог в случае необходимости заменять его.2) Глава еженедельной команды (обычных) священников (рош а’мишмар).3) Глава ежедневной смены (рош бейт ав).4) Семь надзирателей Храма (амаркаль)5) Трое или более казначеев Храма.
Это и есть «первосвященники», о которых говорится в древних источниках. Так как в группу входил первосвященник, ясно, что она пользовалась большим влиянием, особенно в вопросах, связанных с ежедневным ведением дел по управлению Храма. Это была «священническая аристократия», отличная от обычного священства. Священники жили по всей стране и приходили служить в Храм каждую 24-ю неделю, когда наступала очередь их «череды»(см.lПар.24:1-19).
Таких священников было много. Дж. Джеремия подсчитал, что каждый день в Храме служили 56 священников, к которым по субботам присоединялось еще 28. Каждый священник в течение недели своей череды нес службу лишь один день, значит, каждая из 24 черед должна была насчитывать около 300 священников, следовательно, всего 7200 человек. За исключением двух недель в году эти священники жили в своих городах и селах как обычные горожане. Их происхождение и род занятий, конечно, способствовал тому, что они были более богобоязненными, чем их соседи, а некоторые из них были к тому же и образованными людьми.
В то время как священническая аристократия в Иерусалиме, опасаясь потерять свои привилегии, старалась сотрудничать с римлянами, обычные священники в гораздо большей степени разделяли с большинством благочестивых евреев дремлющее до поры до времени чувство недовольства и противления римскому владычеству.
Интересно отметить, что большинство обычных священников стало на сторону зачинщиков Великого восстания против Рима в 66 г. н.э., тогда как первосвященники яростно выступали против восставших (Иосиф, «Иудейская война» П, 17:2-5; 408 и сл). Вероятно именно среди обычных священников, а не аристократического священства, следует искать тех «многих священников», которые, согласно Деян.6:7, стали верующими.
Второй группой в Синедрионе были старейшины. Они составляли иерусалимскую знать и хранили традиции Герусии, из которой образовался Синедрион (см. выше). Это были главы богатых и влиятельных иерусалимских семей. В Евангелии от Луки 19:47 они названы «старейшинами народа». Иосиф из Аримафеи, богатый землевладелец (Мт 27:57) и член Синедриона (Мк.15:43) — типичный представитель этой группы. Из Мт.27:5-8 следует, что он мог обратиться к самому римскому прокуратору. Мишна (Таан.4:5) сохранила ценный список видных семей, чьи привилегии включали поставку древ для сжигания жертв на алтаре. Этот факт указывает на возможность того, что городская знать была связана с Храмом и священнической аристократией: ниже мы увидим, что дело обстояло именно так.
Третья группа, писцы, были новичками в Синедрионе, в прежней Герусии их не было. Они заняли место в Собрании не по наследственному праву — как священники, — не по своему богатству и общественному положению — как старейшины, — но благодаря приобретенному собственными силами глубокому знанию Галахи. Писцы представляли в Иерусалиме новый класс, класс знатоков иудаизма: авторитетом и влиянием они были обязаны своей учености. Писцы Нового Завета стали предтечами раввинов современного иудаизма. Старейшина Гамалиил и его ученик Павел — всем известный пример писцов времен Нового Завета.
Конечно, и среди первосвященников и среди обычных священников во все времена бывали выдающиеся ученые. Но в последние двести лет до нашей эры влиятельное фарисейское движение посвятило свои усилия одной цели — сделать знание Закона доступным для всего израильского народа. Знание Закона и жизнь согласно его заповедям отныне не должны быть привилегией священников: они должны быть, доступны всем, а осуществить это можно через изучение Закона. В результате этого движения образовался новый класс писцов, который составил особую группу в Синедрионе. Они стремились содержать себя самостоятельно честным трудом, но некоторые убедились, как трудно совмещать эти две вещи. Многие писцы жили в бедности, перебиваясь кое-как на редкие даяния от благочестивых людей, которые ценили их ученость. Знаменитый Гиллель — хороший пример именно такого писца нового типа, который не принадлежал к влиятельной и богатой аристократии Иерусалима. (32). В первом веке нашей эры эта группа приобрела наибольшее влияние в Синедрионе — исключительно благодаря отличному знанию Закона. Эти люди стали «учителями Израиля» (Иоан.3:10).
Выше мы говорили о Синедрионе, пользуясь понятиями социальными. Если вместо этого мы воспользуемся в качестве критерия религиозными взглядами, то получим две партии: фарисеев и саддукеев. В Деяниях св. Апостолов читаем: «одна часть саддукеев, а другая фарисеев» (Деян.23:6, см. также Деян.23:1-10), третьей партии там нет.
Как же соотносятся между собой рассмотренные группировки? Не погрешив против истины, можно предположить, что первосвященники и старейшины разделяли взгляды саддукеев, а писцы были фарисеями. (33). Были и исключения из этого правила. Обратимся к приведенному выше отрывку из Деяний св. Апостолов. Лука пишет о саддукеях и фарисеях (Лук.23:1-10), но в Лук.23:14 вместо «саддукеев» стоит «первосвященники и старейшины». До 70 г. н.э. саддукеи составляли правящее большинство в Синедрионе.
Оставив в стороне вопрос о членстве в Синедрионе, необходимо тщательно отличать название «писец», которое означает профессию, и название «фарисей», относящееся к религиозным воззрениям. Не каждый фарисей был ученым — хотя к этому полагалось стремиться — и не все ученые были в священниках — может быть, некоторые из них и были настоящими саддукеями по своим взглядам. Но партию саддукеев составляла в основном религиозная и светская аристократия Иерусалима — Иосиф ясно говорит, что она была очень немногочисленна.
Для того чтобы лучшие разобраться в положении и понять, из кого состоял Синедрион, следует внимательнее присмотреться к религиозным взглядам разных религиозных партий.
(27)»Барайтами» назывались высказывания «Танаим», раввинов 1-го и 2-го века, которые не вошли в Мишну.
8) Некоторые современные ученые считают, что одновременно существовало три разных Синедриона, члены которых входили иногда сразу в несколько. См. книгу программы Телем «Деяния св. Апостолов», с. 44.
(29) Во время раскопок 1980 года на Храмовой Горе ученые установили, что Лишкат а’Газит находился под Царским колонным залом на южном склоне горы, где нынче находится мечеть Аль Акса.
(30) Согласно Иоан.18:3, на этот раз храмовая стража была усилена отрядом римских солдат. Это как будто указывает на существование предварительного договора по поводу ареста между первосвященником и Пилатом.(31) по-гречески «стратег». См. Деян.4:1; 5:24,26.
32) Дж. Джеремия, стр. 116: » Родившись в рассеянии в бедной семье, пешком прошел он путь из Вавилонии в Иерусалим. Здесь он нанимался на день за полдинария: из них ему приходилось платить школьному привратнику, так что на пропитание семьи и его собственное оставалась всего четверть динария.» См. ВТ «Йома» 356.
(33) Х. Штегеманн выдвинул теорию, по которой в Новом Завете «писцы» -это новое название ессеев. Он аргументирует свою теорию тем, что для того, чтобы быть принятым в ессейскую общину, следовало в течение трех лет изучать Пиcaниe, а потом ежедневно упражняться в знании Библии. Это, видимо, и сделало ессеев более сведущими в Писании, чем другие евреи. Возможно это и так, но это отнюдь не означает, что довольно немногочисленная элита писцов состояла исключительно, или хотя бы в основном, из ессеев.
ПЕРВОСВЯЩЕННИК СОВЕРШАЕТ ЕЖЕДНЕВНОЕ ВСЕСОЖЖЕНИЕ: (Мишна, Тамид 7:31)
Когда первосвященник должен был принести всесожжение, он поднимался на возвышение, имея помощника по правую руку от себя. Достигнув половины пути, помощник брал его за правую руку и вел его наверх. Первый священник протягивал ему голову и заднюю ногу жертвы, и он возлагал на них руки и бросал их в огонь на алтаре. Затем второй священник давал первому две передние ноги, а тот давал их первосвященнику, который возлагал на них руки и бросал их. Второй священник затем незаметно уходил. Подобным образом ему подавали остальные члены жертвы, и он возлагал на них руки и бросал их. Когда он хотел, он лишь возлагал на них руки, в то время как другие бросали их. Затем он обходил алтарь. Откуда он начинал? От угла в юго-восточной части, и затем на северо-восток и на юго — запад. Они давали ему вино для приношения, и помощник стоял у каждого рога жертвенника с полотенцем в руке, и два священника стояли у стола с жиром, держа в руках серебряные трубы. Они подавали долгий, короткий и снова долгий сигнал. Затем они подходили и становились подле Бен Арца, один справа от него, а другой слева. Когда он наклонялся, чтобы налить винное приношение, помощник махал полотенцем, и Бен Арца ударял в кимвал и левиты начинали пение. Когда в пении наступал перерыв, они трубили в трубы, и народ падал ниц; при каждом перерыве в пении звучали трубы и народ простирался на земле. Таков был порядок ежедневного всесожжения в доме Господа нашего, да будет Ему благоугодно, чтобы он снова отстроился вскоре, в наши дни. Аминь.
Вот какие песнопения левиты пели в Храме.
В первый день они пели «Земля Господня, и все, что в ней, весь мир и все народы»;
во второй день они пели «Велик Господь и воспоем славу Ему в городе нашего Господа, на святом Его холме»;
на третий день они пели «Господь стоит в собрании богов, Он им судия»;
на четвертый день они пели «Господь Бог, кому принадлежит отмщение, яви себя»;
на пятый день они пели «Пойте с веселием Господу, силе нашей, радостно пойте Богу Иакова»;
на шестой день они пели «Господь наш царь, облекся Он в великолепные одежды».
А в день субботний они пели Псалм: «Песнь на день субботний»; Псалм: «песнь грядущего времени, на день, который станет вечной субботою, отдыхом в жизни вечной.»
РЕЛИГИОЗНЫЕ ПАРТИИ (1) — САДДУКЕИ И ФАРИСЕи
ЦЕЛЬ: В этом разделе описывается происхождение и характер двух основных религиозных партий иудаизма в первом веке: эти партии также играют важную роль в Новом Завете. Поясняется происхождение и значение службы в синагоге.
ВВЕДЕНИЕ: ТЕРМИНОЛОГИЯ И ИСТОЧНИКИ
Что мы понимаем под иудаизмом первого века? По мнению некоторых -религию фарисеев. Но в таком случае, что сказать о саддукеях и ессеях? Следует ли считать их вне иудаизма? Это было бы анахронизмом, так как тогда еще не существовало понятия «иудаизм». А просто существовал еврейский народ, отдельные члены которого принадлежали к различным религиозным партиям. Можно было принадлежать к какой угодно партии, не теряя при этом своей еврейской принадлежности.
Какие же партии существовали в то время? Здесь мы зависим от сохранившихся источников, и не можем с уверенностью сказать, полон ли наш список. На основании имеющих данных, вероятно, что в то время существовало по крайней мере пять религиозных группировок: саддукеи, фарисеи, ессеи, зилоты и последователи Иисуса (Йешуа).
Может быть, читателю покажется странным, что в подобный список включены верующие в Йешуа, тем более что современная церковь в подавляющем большинстве состоит из неевреев. Однако христианская община возникла именно среди евреев и несколько десятков лет состояла преимущественно из них. Еще более важным было мнение, бытовавшее в те давние времена, что еврей, уверовавший в Иисуса, никоим образом не терял своей еврейской принадлежности (см. РАЗДЕЛ 9 «Иудео-христиане в Израиле»). В те времена еще не существовало понятие христианства, поэтому совершенно бессмысленно говорить о противопоставлении христианства иудаизму. Также неверно было бы говорить о том, что первые верующие в Иисуса выступали против иудаизма или отмежевывались от него. Вместо этого первые еврейские верующие в Иисуса отмежевывались от саддукеев и зилотов, а также вели постоянные страстные споры с фарисеями.
Лишь две еврейские партии, существовавшие до 70 г. н.э. оставили после себя письменные документы : ессеи (Свитки Мертвого моря) и христиане (книги Нового Завета). Нет ни одного письменного документа, который можно было бы безоговорочно отнести к саддукейскому, фарисейскому или зилотскому источнику I века н.э. Мы располагаем лишь произведениями двух «бывших» фарисеев — Павла и Иосифа. (34). Отсюда становится ясна огромная ценность книг Нового Завета как источника сведений о еврейской жизни, верованиях и мнениях в первом веке.
Читатели — христиане и даже ученые часто думают, что Новый Завет нуждается в дополнениях из еврейских источников. Они забывают, что обратное также верно: еврейские источники первого века грешат избирательностью (Филон и Иосиф), а другие принадлежат к гораздо более позднему периоду (Талмуд). В любом случае они могли бы с пользою для себя изыскать важные сведения в Новом Завете. (35). Каждому читающему Новый Завет следует помнить, что перед ним первоклассный источник сведений по иудаизму первого века, написанный современниками.
(34). В своем «Жизнеописании» (10-12) Иосиф говорит, что будучи взрослым он придерживался правил фарисеев, но нигде не говорит, чтo принадлежал к фарисеям. См. Штембергер, 1995, с.5-7.(35). См. ценное исследование Д. Флюссера: «Еврейские источники в раннем христианстве» (Тель-Авив: 1989).
(продолжение следует)