С начала времен еврейский народ более, чем любой другой, заботился о соблюдении правил святости и благопристойности. Поэтому значение вступления в брак у Израиля всегда имело центральное значение, много большее, чем у других народов. Поэтому еврейская свадьба несет в себе столько радости. Ведь эта свадьба – олицетворение святости, ибо она совершается в соответствии с указаниями Торы и заповедей, как знак того, что вся жизнь Израиля проходит в атмосфере святости. Именно поэтому наши мудрецы учат, что жениху в день свадьбы прощаются все его грехи, чтобы он начал семейную жизнь в полной святости, не неся на своем горбу тяжести совершенных ранее проступков. Существует еще одно объяснение необходимости прощения жениху всех его старых грехов – а именно, ради поддержания мира в семье. Ведь если в дальнейшем в его семье произойдет то или иное печальное событие, каждый из супругов сможет связать его с грехами, совершенными другим супругом до свадьбы, и оттого затаить в сердце обиду на него.

Поэтому с древнейших времен не было для еврейского народа дней лучших, чем те, когда Всевышний прощал ему грехи – то есть Йом Кипура и 15-го Ава. И именно потому, что эти дни очищали от грехов, их предназначали для радостей бракосочетания или для событий, результатом которых становится бракосочетание.

Вот что писали наши мудрецы в последней Мишне Трактата Таанит:

«Не было для еврейского народа дней лучших, чем Йом Кипур и 15-е Ава, ибо в эти дни дочери Иерусалима выходили в белой (чтобы выглядеть равными между собой) одежде, которую они одалживали друг у друга. Дочь царя занимала одежду у дочери первосвященника, дочь первосвященника – у дочери его заместителя, дочь заместителя – у дочери когена, назначенного быть первосвященником в армии, дочь этого когена – у дочери простого рядового когена, а дочери всех остальных евреев (не когенов) занимали одежду друг у друга в случайном порядке, чтобы не смущались те, у кого ее нет.

Всю взятую взаймы одежду окунали в микву (ибо в те времена большая часть еврейского народа стремилась поддерживать состояние ритуальной чистоты, особенно в эти дни прощения грехов, и потому женщины полагались только на ритуальные очищения, которые производили они сами – потому-то они и окунали в микву всю взятую взаймы одежду).

Дочери Иерусалима выходили в виноградники (за пределы города) и устраивали там хороводы, и все те, у кого не было жены, также шли туда.

Что говорили дочери Иерусалима? «Юноша, подними глаза свои и посмотри, что ты выбираешь себе. Не обращай внимания на красоту, обращай внимание на происхождение. Ведь сказано: «Обманчива прелесть, и суетна красота: женщина, почитающая Г-спода, она будет прославлена!» (Мишлей, 31,30) И далее: «Дайте ей от плода рук ее, и да прославят в воротах города деяния ее». О юношах, избранных девушками в мужья, сказано: «Выходите и поглядите, дочери Циона, на царя Шломо, на венец, которым венчала его мать в день его свадьбы, и в день радости его сердца» (Шир га-ширим, 3,11). Слова «В день его свадьбы» относятся к Дарованию Торы; слова «В день радости его сердца» относятся к строительству Храма (которое да совершится в наше время как можно скорее). Поскольку вся жизнь народа Израиля основана на Торе и служении в Храме, жизнь в нашем доме также будет основана на Торе и этом служении».

«Вот что говорили красивые девушки: «Обращайте внимание на красоту – ибо жену выбирают ради ее красоты (которая умудряет человека в Торе и служении Всевышнему)».

«Вот что говорили девушки из знатных семей: «Обращайте внимание на происхождение, ибо жену выбирают ради будущих детей».

«Вот что говорили некрасивые девушки: «Выбирайте себе жену ради Небес – при условии, что осыплете ее золотом» (ибо все дочери Израиля прекрасны, но бедность делает некоторых из них некрасивыми)».

Из всего этого мы видим, сколь замечательны были эти два дня в году в том, что касается чистоты и благопристойности. Ведь во все другие дни года посланцы бейт-дина посещали общественные места и принимали меры для того, чтобы мужчины находились там отдельно от женщин и никто не вел себя легкомысленно. Однако в эти два праздничных дня в этом не было необходимости, ибо сами эти дни окружали Израиль святостью и защищали его от любой неблагопристойности.

Поэтому Мишна и говорит нам: «Не было для еврейского народа дней лучших, чем Йом Кипур и 15-е Ава, ибо в эти дни дочери Иерусалима выходили в белой одежде...» Ведь в эти дни не было ни малейшего сомнения в том, что правила чистоты и благопристойности будут тщательно соблюдаться, в то время, как в другие праздничные дни существовали такие опасения и потому дочери Израиля не выходили из дома, как сказано: «Вся слава царской дочери – в ее доме».

Поскольку за грехи наши Храм был разрушен, исчезла радость исполнения заповеди и была разрушена стена, ограждающая чистоту и благопристойность, была отменена и высокая радость 15-го Ава – вплоть до того дня, когда – как можно скорее, уже в наше время – не будет заново отстроен Храм.

Открытие дороги на Иерусалим

Когда Яровам бен Неват отделил Северное царство (Израиль) десяти колен от Южного царства (Иудеи) со столицей в Иерусалиме, он отлил двух тельцов и поместил одного из них в Дане, а второго – в Беэр-Шеве, и стал приводить к ним евреев, чтобы они поклонялись этим тельцам. Но поскольку многие из евреев, ставших его подданными, хотели служить одному лишь Всевышнему и только в Его Храме в Иерусалиме, Яровам поставил заслоны и сторожей на всех дорогах, ведущих в Иерусалим, чтобы евреи не могли попасть туда, не служили Всевышнему и не склонялись перед его соперником – царем Иудеи, жившим в Иерусалиме.

Эти заслоны оставались на дорогах в течение почти всего периода существования Северного царства, до воцарения Гошеа бен Эла. Сразу же после своего воцарения Гошеа снял эти заслоны и сказал: «Каждый, кто хочет совершить паломничество в Иерусалим, может это сделать».

Заслоны были сняты 15-го Ава, и снятие их стало причиной величайшей радости для народа.

Но несмотря на то, что Гошеа совершил этот значительный поступок и дал возможность паломникам посетить Иерусалим, он понес тяжелейшее наказание за то, что «снял вину со своей головы и переложил ее на голову всего народа». Ведь и после того, как он снял заслоны с дорог, очень многие евреи не отправились в Иерусалим, ибо за много поколений они уже свыклись с грехами, к которым приучил их Яровам. И Всевышний разгневался на всех евреев Израиля, в то время, как ранее Он гневался только на его царей. Ведь Гошеа не выполнил свой долг перед Всевышним тем лишь, что предоставил каждому из своих подданных возможность, если он того желает, служить Всевышнему. Нет, царь Израиля обязан принудить весь народ служить Всевышнему. Поскольку Гошеа не сделал этого, он вызвал гнев Всевышнего против всего Израиля и был за это наказан.

Вот что говорили наши мудрецы: «Чем отличался Гошеа от остальных царей Израиля, почему именно в его царствование десять колен были изгнаны из страны? Дело в том, что до него идолопоклонство в Северном царстве было вызвано поведением одного человека (царя), а Всевышнему нелегко принять решение об изгнании народа за грех одного человека. Но когда Гошеа снял заслоны на дорогах, он сказал: «Каждый, кто хочет совершить паломничество в Иерусалим, может это сделать», а не следующее: «Все без исключения отныне будут совершать паломничество в Иерусалим!» Поэтому о Гошеа Писание говорит так: «И делал он то, что было злом в глазах Г-спода, но не так, как цари Израильские, которые были до него» (Млахим II, 17,2). И далее: «И выступил против него Шалманесер, царь Ашшурский, и стал Гошеа рабом его».

День, когда прекращали заготовлять дрова для Храма

Когда Эзра и Нехемия вернулись в Эрец Исраэль из Вавилонии и построили Второй Храм и в нем – жертвенник, они нашли страну опустошенной и лишенной деревьев, выкорчеванных врагами. Поэтому пожертвование дров для произведения жертвоприношений считалось очень важным и почетным, и всякий, кто удостаивался чести совершить эту заповедь, приносил дополнительную специальную («дровяную») жертву – жертвоприношение большой важности, совершавшееся в радостной и торжественной атмосфере, сходной с той, которая сопровождала принесение бикурим – первых плодов, о чем мы говорили ранее. Ведь если бы не было дров – не было бы возможности совершать какие-либо жертвоприношения, и жертвенник Храма бездействовал бы. Поэтому все враги, пытавшиеся воспрепятствовать работе Храма в те времена, старались помешать подвозу дров. Они ставили заслоны на дорогах точно так же, как ставил их в свое время Яровам бен Неват. Однако те, кто хотели пожертвовать дрова для нужд Храма, готовы были подвергнуться любой опасности и приносили свои пожертвования из самых удаленных мест в заранее назначенное время. Принесение этих пожертвований сопровождалось радостными песнями.

Последний день, установленный мудрецами для рубки деревьев для нужд Храма – 15-е Ава. Дело в том, что сожжены на жертвеннике могут быть только сухие дрова, в которых не завелись черви. После 15-го Ава солнце светит и греет уже недостаточно сильно, не полностью (или недостаточно быстро) просушивает срубленное дерево и в нем заводятся черви – поэтому срубленные после этого дня деревья не могут быть использованы для жертвоприношений.

В Иерусалимском Талмуде прямо сказано: «15-е Ава – конец периода, когда заготавливают дрова для Храма».

Поэтому 15-е Ава, последний летний день, когда можно было исполнить заповедь заготовления дров для Храма на весь период вплоть до следующего лета, был радостным днем. Его называли «днем, когда ломают топоры», имея в виду, что в этом году в них уже больше не будет нужды – срок рубки деревьев для Храма завершился.

Кроме того, 15-е Ава был днем прославления тех евреев, которые во времена Второго Храма рисковали жизнью, чтобы перехитрить вражеские заставы и не допустить, чтобы прекратилась работа жертвенника из-за отсутствия дров, равно как и не допустить, чтобы прекратилось принесение бикурим в Храм.

Этих людей вспоминали и прославляли из поколения в поколение. За славные поступки их называли «сынами укрывавшихся пестом», поскольку они отвлекали внимание враждебных сторожей от бикурим пестами, которые они держали в руках, и «сынами укрывавшихся кругами инжира» – по сходной причине.

Этих же людей называли «сынами державших лестницы», ибо они проносили дрова для Храма, делая из них лестницы будто бы для собственных нужд.

Наши мудрецы учили (в Трактате Таанит, 28а):

«Кого называют «сынами укрывавшихся пестом» и «сынами укрывавшихся кругами инжира»? Рассказывают, что некогда управлявшая Эрец Исраэль держава запретила доставлять дрова в Храм и приносить бикурим в Иерусалим. Враги установили заслоны на дорогах там же, где некогда установил их Яровам бен Неват, чтобы воспрепятствовать евреям совершать паломничество в Иерусалим. Что сделали честные и боящиеся греха евреи? Они положили плоды бикурим в корзины, накрыв их разрезанными плодами инжира и понесли их, положив на плечи песты. Когда их остановили на заставах, на вопрос: «Куда вы идете?», они отвечали: «Изготовить пару кругов сушеного инжира при помощи этих вот пестов в ступе, которая находится в таком-то месте, куда мы и идем». Пройдя заставы, они клали песты в корзины и приносили в Иерусалим.

Кого называют «сынами державших лестницы»? Рассказывают, что некогда управлявшая Эрец Исраэль держава запретила приносить дрова в Храм и установила на дорогах заставы в тех самых местах, где установил их Яровам бен Неват, чтобы воспрепятствовать евреям совершать паломничество в Иерусалим. Что сделали честные и боящиеся греха евреи? Они принесли куски дерева и сделали из них лестницы, взвалили их на плечи и понесли в Иерусалим. На заставах их спросили: «Куда вы идете?» Они ответили: «Достать голубей из голубятни, находящейся таком-то месте, куда мы и идем, а заберемся мы туда по лестницам, которые мы несем». Пройдя заставы, они разбирали лестницы на части и приносили их в Иерусалим. Об этих и подобных им людям мы говорим: «Да будет благословенна память праведников».

Объяснение Виленского Гаона

Наши мудрецы учат: «Нет на свете ничего такого, на что не существовало бы хотя бы намека в Торе». Но где в Торе содержится намек на то, что евреям предстоит разжигать огонь на жертвеннике при помощи разобранных лестниц?

Виленский Гаон учил, что намек на это содержится в следующих словах Торы: «И пусть поджигает на нем (на жертвеннике) священник дрова каждое утро» (Ваикра, 6,5). Над словами «на нем священник» стоят мелодические знаки дарга и тебир, означающие в переводе с арамейского соответственно «лестница» и «сломанный». Таким образом мелодические знаки дополняют слова Торы до такой фразы: «И пусть поджигает на нем священник сломанные лестницы».

Умножать занятия Торой

Наши мудрецы учат (в Трактате Таанит, 31а): «Начиная с этого дня (15-го Ава и в течение всего осеннего и зимнего времени, когда идут дожди) исполняется правило: «Добавляющему – добавляется, у не добавляющего – отнимается». То есть: начиная с этого дня необходимо отводить время на изучение Торы не только днем, но и ночью, поскольку дни укорачиваются, а ночи удлиняются. Ведь существование мира оправдано лишь при условии продолжительного и серьезного изучения Торы. Тот, кто увеличивает число часов занятия Торой, умножает число дней своей жизни, тот кто не делает этого – укорачивает срок своей жизни и покидает этот мир до срока.

Ришоним (мудрецы приблизительно XI-XV веков) установили такое правило: между Шавуотом и 9-м Ава, когда дни длинные, нет необходимости вставать до рассвета для изучения Торы. Но между 9-м Ава и Шавуотом необходимо начинать изучение Торы еще до наступления дня. Это правило выводится из того обстоятельства, что в Шавуот мы читаем Книгу Рут, где, в частности говорится: «Лежи до утра» (Рут, 3,13), а 9-го Ава – Книгу Эиха, где сказано: «Вставай, взывай в ночи» (Эиха, 2,19). Мудрецы предложили такое сокращение: «Между «Лежи» и «Вставай» – лежи, между «Вставай» и «Лежи» – вставай».

Наши мудрецы связывают обязанность добавлять ночные часы к дневным для изучения Торы после 15-го Ава с тем уже упомянутым выше обстоятельством, что в этот день прекращали заготавливать дрова для жертвенного огня. Оно как бы указывает нам, что тот, кто изучает Тору зимой в ночное время при свете свечи, подобен тому, в чьи времена отстроен Храм. Он как бы изучает Тору рядом с жертвенником, на котором пылают дрова и занимается он при свете этого огня. Ведь во времена, когда Храм разрушен, мир существует ради одной только Торы, и изучение ее заменяет служение Всевышнему в Храме и жертвоприношения на жертвеннике. Ведь о нем сказано: «Вот Тора всесожжения: оно, всесожжение, на костре, на жертвеннике всю ночь до утра, и огонь жертвенника пусть горит на нем» (Ваикра, 6,1).

Евреи, убитые в Бейтаре

Наши мудрецы учат: когда Адриан разрушил Бейтар, он устроил там страшную резню и с беспримерной жестокостью издевался над телами убитых. Как он поступил? У него был огромный виноградник размером 18 на 18 милей (миль равен двум тысячам амот, локтей, то есть примерно километру). Он велел принести тела убитых и, взвалив одно на другое, построить из них забор вокруг всего виноградника – забор длиной в 72 миля. Для чего? Чтобы радоваться всякий раз, когда он увидит тела убитых героев.

Через некоторое время воцарился новый император, разрешивший предать эти тела погребению. Собрались все евреи, находившиеся в этих местах. Они позаботились о телах и похоронили их. Это событие – погребение евреев, убитых в Бейтаре – произошло 15-го Ава.

В этот самый день мудрецы добавили к благодарственной молитве после трапезы биркат га-мазон новое благословение – Га-тов вега-мейтив – «Он суть благо и создает благо». Слова «Он есть благо» – благодарность за то, что тела умерших не сгнили, слова «создает благо» – благодарность за то, что они были преданы земле.

Это же благословение (Га-тов вега-мейтив)произносит тот, кто пьет хорошее вино. Почему оно связано именно с благородным вином, а не с другими кушаньями и напитками? В память о чуде, происшедшем у упомянутого виноградника.

Мы пьем вино как в радостный час, так и в час печали. Поэтому мы должны благословлять Создателя за все, что Он посылает нам – какой бы мерой Он это нам не отмерял.

Конец «года посадок»

День 15-го Ава – последний день «года посадок» в том, что касается законов шмиты (седьмого, «субботнего» года) и орлы (запрета есть плоды молодого дерева в течение первых трех лет после его посадки).

Не сажают деревья, не делают им прививки и не делают отводки виноградной лозе перед началом года шмиты в течение последних 44 дней предшествующего года (то есть после 15-го Ава). Дело в том, что закон запрещает делать такие посадки, прививки и отводки, если новое дерево не успевает приняться за тридцать дней до начала года шмиты. А принимается дерево за 14 дней.

Этот запрет введен для того, чтобы тот, кто увидит такое молодое дерево, не решил по ошибке, что оно было посажено в год шмиты, что запрещено Торой. Поэтому посадки, сделанные менее чем за 44 дня до начала года шмиты, должны быть выкорчеваны. Однако если они не были выкорчеваны, их плоды не являются запрещенными.

Сходное правило действует и в том, что касается отсчета трех лет орлы. Дерево, посаженное до 15-го Ава включительно, относится как бы к текущему, а не будущему еврейскому году, который начнется в Рош Гашана, поэтому плоды его запрещены в течение лишь двух следующих полных лет. Почему? Потому, что тридцать дней года можно рассматривать уже как целый год. А дополнительные 14 дней требуются для того, чтобы вновь посаженное дерево принялось не менее, чем за тридцать дней до конца года. С другой стороны, если на дереве плоды завязались до 15-го Ава четвертого года его существования, плоды четвертого года также являются запрещенными.

Начало «дней суда»

В книгах Мусара (еврейской этической литературе) сказано, что 15-е Ава – начало и введение в период ежегодного суда, начинающегося в Элуле. Поэтому уже начиная с этого дня каждому из нас следует начать подводить итоги прожитого года и всех совершенных в этом году поступков.

Поэтому некоторые люди завершают письма, написанные после 15-го Ава, благословением: Ктива вехатима това («Доброй записи и печати») – как все без исключения поступают после 1-го Элула.

Существует интересная гематрия, являющаяся хорошим обоснованием этого обычая. В самом деле, гематрия слов חמישה עשר באב (15-е Ава) составляет 928, что в точности равно гематрии слов כתיבה וחתימה טובה (Ктива вехатима това – «доброго приговора [в Рош Гашана]»).

Существует еще одно поучительное указание, свидетельствующее о том, что дни суда и раскаяния начинаются 15-го Ава и продолжаются до последнего дня праздника Сукот – Гошана раба. В самом деле, в Торе сказано (устами Моше): «Все вы стоите сегодня перед Г-сподом, Б-гом вашим... от рубящего дрова твои до черпающего воду твою» (Дварим, 29,9). Слова «от рубящего дрова твои» указывают на 15-е Ава – последний день, когда разрешалось рубить дрова, предназначенные для жертвоприношений; слова «до черпающего воду твою» указывают на Гошана раба, день, когда завершалось праздничное черпание воды.

18-е Ава

18-е Ава упомянуто в Мегилат Таанит как день поста, ибо в этот день в Храме в царствование царя Ахаза погас западный светильник. Западный светильник Меноры ранее не гас никогда – ни в Мишкане, ни в Храме, построенном царем Шломо. Когда первосвященник входил, чтобы заправить светильники, западный светильник всегда горел, и именно от него первосвященник зажигал остальные светильники. Так продолжалось до времен царя Ахаза, который был большим злодеем, чем все цари – его предшественники и все те, что царствовали после него. Во время его царствования погас западный светильник Меноры, указывая, что глаза Израиля окутаны тьмой. Писание рассказывает об этом событии таким языком, как если бы Ахаз сознательно погасил светильник:

«И собрал Ахаз сосуды дома Б-жьего, и порубил сосуды дома Б-жьего, и запер двери дома Г-спода, и изготовил себе жертвенники во всех углах в Иерусалиме. И в каждом городе Иудеи устроил он высоты, чтобы кадить другим богам, и разгневал Г-спода, Б-га отцов своих» (Диврей га-ямим II, 28,24). И далее: «Также заперли двери притвора, и погасили светильники, и курения не воскуряли, и всесожжения не возносили в святилище Б-гу Израиля» (Диврей га-ямим II, 29,1).