Лаг ба-Омер

18-е Ияра – тридцать третий день счета омера, на иврите – Лаг ба-Омер – день (радостного) прославления рабби Шимона бар Йохая. Еврейский народ сделал этот день праздником, «вклинившимся» в череду печальных дней, начавшуюся до него и продолжающуюся после него. В этот день не читается Таханун, устраиваются свадьбы, и – согласно ашкеназскому обычаю – принято стричься. Согласно сефардскому обычаю, как мы уже писали, стригутся на следующий день. 18-го Ияра надевают новую одежду, хотя в остальные дни счета омера стараются следовать мнению меньшинства еврейских авторитетов, запрещающих надевать ее в дни счета омера (несмотря на то, что еврейский закон, следующий мнению большинства, этого не запрещает). В синагоге зажигают множество свечей, и еврейские дети вместе со своими учителями отправляются на прогулку за город, где дети веселятся и стреляют из лука – согласно обычаю, принятому вне Эрец Исраэль.

А в Эрец Исраэль, в ее священных городах, этот день празднуется еще радостнее. Лаг ба-Омер стал здесь настоящим праздником, днем, когда поют и пляшут, зажигают большие костры и т.д. – все это в память о великом мудреце рабби Шимоне бар Йохае.

Естественно, самое большое празднество устраивается на горе Мирон – в месте, где похоронены рабби Шимон бар Йохай и его сын рабби Элазар. Тот, кто не видел празднества на горе Мирон в Лаг ба-Омер, никогда не видел истинного веселья и воодушевления тысяч людей, никогда не видел настоящей радостной пляски. Очень многие освящаются и очищаются в этот день при помощи молитвы и изучения Торы, все присутствующие поют песни в честь рабби Шимона бар Йохая, и эти песни достигают Небес. Огни разжигаемых на Мироне костров видны за много километров.

Истинный смысл этого праздника, включающего радостное прославление рабби Шимона бар Йохая, гиллулу, которую сравнивают со свадебным обрядом, хупой рабби, также связанным с этим днем, окутан глубокой тайной, известной только великим каббалистам древних и новых времен. И действительно, эта гиллула устраивается не только в честь рабби Шимона бар Йохая, но и в честь Торы, которую он преподал своим ученикам. Свое учение он сформулировал в священной книге Зогар, книге, которая вся – святость и вся – тайна, книге, истинная мудрость которой скрыта от большинства людей и доступна очень немногим.

Однако существует простое объяснение смысла празднования Лаг ба-Омера, которое приводится в древних книгах, посвященных еврейскому закону. В этот день, как мы уже рассказывали, перестали умирать ученики рабби Акивы. Вот что писал рав Меири в своей книге Бейт га-бхира, в разделе, посвященном Трактату Талмуда Евамот: «Еврейская традиция, переданная нам поколением Гаонов (мудрецов VI-Х веков), да будет благословенна их память, рассказывает, что в Лаг ба-Омер прекратились смерти (учеников рабби Акивы), поэтому принято отменять в этот день все признаки траура».

В книге Гамангиг, авторство которой приписывают рабби Зрахии Галеви, сказано, что в очень древней книге, привезенной из Испании, написано, что ученики рабби Акивы начали умирать в Песах и умирали вплоть до «полумесяца перед наступлением праздника Шавуот», то есть до Лаг ба-Омера.

Однако Магариль объяснял, что гибель учеников рабби Акивы продолжалась в течение всех дней счета омера, то есть от Песаха до Шавуота, в прямом соответствии со словами Гемары.

Исключение составляли те дни счета омера, когда не читается Таханун (и запрещены все признаки траура) – в эти дни они не умирали. Вот перечень этих дней: семь дней праздника Песах (включая последний день праздника), два дня новомесячья Ияра, один день новомесячья Сивана и семь суббот – всего 17 дней. Вычтем число 17 из 49 дней счета омера и увидим, что ученики рабби Акивы умирали в течение 32 дней. В память об этом мы и отмечаем 33-й день счета омера как день, когда прекращается период траура.

Следует отметить, что все эти мудрецы не упоминают в своих объяснениях гиллулу в честь рабби Шимона бар Йохая.

Прославление рабби Шимона бар Йохая

Согласно приведенному выше объяснению Магариля, 33-й день счета омера сам по себе не принес никакого облегчения – ведь в это день ученики рабби Акивы продолжали умирать, так что только порядковый номер этого дня – 33 – заслуживает упоминания, ибо связан с прекращением траура (ведь траурных дней, согласно этому объяснению было 32). Почему же мы празднуем этот день?

Законы, связанные с этим днем, окутаны глубокой тайной, связанной с величайшими тайнами мироздания. Еврейские мудрецы открывают ее нам, непосвященным, только отчасти.

Древняя традиция донесла до нас, что рабби Шимон бар Йохай скончался в Лаг ба-Омер. В день его кончины мир наполнился ярчайшим светом, бескрайней радостью, ибо в этот самый день он открыл своим ученикам величайшие тайны, записанные в книге Зогар. Никогда ранее мир не был прекраснее, чем в этот день, когда величайшие тайны были открыты людям. Для рабби Шимона бар Йохая и его учеников это был радостный день, день гиллулы, подобный дню, когда жених радуется своему счастью под свадебным балдахином. Это день длился дольше, чем какой-либо другой день, ибо он закончился не прежде, чем рабби Шимон бар Йохай раскрыл перед своими учениками все тайны, которые имел право раскрыть – только после этого он разрешил солнцу зайти. Затем он скончался, и душа его поднялась на Небеса. Все это рассказывается в книге Зогар.

Несмотря на то, что обычно день смерти праведника объявляется днем поста, Лаг ба-Омер мы объявляем праздничным днем – ведь таково было желание рабби Шимона бар Йохая, и именно так установили мудрецы древних времен, из года в год отмечавшие годовщину его смерти как радостный и праздничный день – точь в точь как самый день его кончины.

Еще в древности был установлен важный обычай зажигать многочисленные свечи на могиле рабби Шимона бар Йохая в Лаг ба-Омер. Рабби Овадья из Бартиноры писал в письме к брату, написанном в 5249-ом (1489-ом) году: «18-го Ияра, в день кончины рабби Шимона бар Йохая, к его могиле приходят люди из самых разных мест и зажигают большие факелы – это вдобавок к обычной поминальной свече».

Когда великий Ари Гакадош и лучшие из его учеников поселились в Эрец Исраэль, они овладели всеми десятью ступенями тайного учения и объяснили всему народу важность празднования этой гиллулы. За ними пришли выдающиеся хасидские цадики, ученики Бешта (Бааль Шем-Това), которые пошли по пути каббалистов, и таким образом Лаг ба-Омер стал днем, в который весь еврейский народ чтит память великого мудреца рабби Шимона бар Йохая и молит Всевышнего о том, чтобы его заслуги помогли всему Израилю, и излучаемый им свет озарил всю страну.

Свечи, факелы и костры

Мы уже говорили о том, что день кончины рабби Шимона бар Йохая был наполнен светом как никакой другой день – так отмечено в книге Зогар. Именно поэтому и существует обычай зажигать в этот день множество свечей в синагогах и ешивах с тем, чтобы при свете их изучать учение рабби, рассказывать прославляющие его истории и петь песни, сложенные в его честь. В этот день принято изучать Адра зота, приведенную в книге Зогар.

В еврейских общинах Польши и России было принято посылать подростков обходить город и собирать по домам свечи для гиллулы, устраиваемой в бейт-мидраше. Во многих местах в этот день было принято зажигать большие костры под открытым небом.

Многие великие руководители хасидских дворов в Восточной Европе устраивали в Лаг ба-Омер настоящий праздник. Они надевали праздничную одежду, накрывали особый праздничный стол – Шульхан – за которым изучалась Тора – в точности как в субботу и йом-тов.

Рабби Барух из Межибежа, внук Бешта, устраивал каждый год в Лаг ба-Омер сиюм – праздничную трапезу в честь окончания изучения книги Зогар. После того, как завершался сиюм, присутствующие брали книгу Зогар в руки и плясали с ней в течение нескольких часов с огромным энтузиазмом. Этот день был для них подобен дню Симхат-Тора.

В еврейских общинах разных стран существуют различные обычаи чтить память великого рабби Шимона бар Йохая, включающие чтение фрагментов книги Зогар, пение пиютим, сложенных в честь рабби, зажигание свечей и светлую радость исполнения заповеди в день гиллулы.

Пиют, составленный рабби Леви и посвященный рабби Шимону бар Йохаю, – «Бар Йохай, помазанник» – получил распространение по всех еврейских общинах. Он читается и поется повсеместно в ходе гиллулы по рабби Шимону бар Йохаю. В Цфате принято читать этот пиют, содержание которого основано на величайших тайнах Каббалы и десяти Сфирот, каждую субботу вскоре после ее начала.

В Северной Африке и в Тунисе существовал обычай усаживаться группами по несколько человек и в течение всего дня и всей ночи изучать книгу Зогар с дополнениями, после чего устраивалась большая трапеза. Богатые евреи в этот день щедро наделяли всем необходимым знатоков Торы в своих домах. В синагогах выделялся и посвящался рабби Шимону бар Йохаю специальный угол. В домах зажигались специальные люстры, украшенные яркими цветами, а в послеполуденные часы каждый еврей приносил свой светильник в синагогу и изучал Тору при его свете.

Обычай зажигать костры в Лаг ба-Омер в честь рабби Шимона бар Йохая восходит к Ари Гакадош и относится прежде всего к горе Мирон, где находится могила рабби Шимона бар Йохая и его сына рабби Элазара. Этот обычай был установлен самим Ари и его учениками.

Великие еврейские мудрецы, которым довелось пасть ниц на могиле рабби Шимона бар Йохая, рассказывали, что испытали великое воодушевление и в ряде случаев удостоились совершить настоящие чудеса и принести спасение еврейским общинам.

О рабби Хаиме бен Атаре, авторе книги Ор га-хайим, рассказывают, что однажды он принял участие в гиллуле по рабби Шимону бар Йохаю. Когда он поднялся на гору Мирон и доехал до подножия холма, на вершине которого находится могила рабби Шимона бар Йохая, он сошел с осла, пал на землю и поднимался дальше ползком, громко крича: «Куда пришел я, ничтожный, – туда, откуда извергается священный огонь, куда спускается Небесная свита Всевышнего и души праведников!» Так рассказывается в книге Квод млахим.

Хида в книге Море бе-эцба отмечает: «В Лаг ба-Омер надлежит радоваться в память о рабби Шимоне бар Йохае, да защитят нас его заслуги, ибо это день его гиллулы, и нам известно, что он хотел, чтобы мы радовались в этот день. Существует также прекрасный обычай изучать в ночь Лаг ба-Омера фрагменты книги Зогар, прославляющие рабби Шимона бар Йохая».

Рабби Йосеф Софер, переселившийся в Эрец Исраэль в 5525-ом (1765-ом) году, рассказывает в одной из своих книг: «Три раза в году ученики Ари Гакадош посещают могилу рабби Шимона бар Йохая – в Элуле, в Нисане и в Лаг ба-Омер. День Лаг ба-Омер назывется днем гиллулы по рабби Шимону бар Йохаю. У учеников Ари существует древняя традиция радоваться в этот день, устраивать праздничные трапезы с музыкой и плясками». Рабби Симха бар Йегошуа из Злошица, переселившийся в Эрец Исраэль в 5525-ом (1765-ом) году, рассказывает в книге Агават Цион, повествующей о его путешествиях, об обычае зажигать огни в Лаг ба-Омер: «Наверху, у здания, построенного вокруг могилы рабби Шимона бар Йохая, стоит столб, являющийся частью стены, а на нем – нечто вроде большой чаши, в которую наливают масло, а затем погружают в него старую одежду, сделанную из хлопка или шерсти, и поджигают ее. Этот свет распространяется на много миль, ибо гора Мирон высока. Зажигание огня в Лаг ба-Омер, день кончины рабби Шимона бар Йохая, и называется гиллулой в его честь».

Именно этот рассказ и стал источником обычая, согласно которому простые люди от излишнего энтузиазма бросают в огонь в этот день дорогие одежды и шелковые шарфы, а также золотые и иные дорогие предметы. Многие выдающиеся авторитеты в различные времена протестовали против этого обычая, ибо тот, кто так поступает, нарушает заповедь баль ташхит, запрещающую напрасное уничтожение ценностей. Ведь «если бы эти люди продали уничтожаемые ценности и роздали вырученные деньги беднякам Эрец Исраэль, рабби Шимон бар Йохай радовался бы гораздо больше».

Поэтому многие великие раввины, в том числе автор книги При Хадаш и Хатам-Софер сомневались, правильно ли с точки зрения Галахи устраивать в Лаг ба-Омер большое празднество, ибо наши мудрецы не упоминают его среди праздничных дней.

Обычай стричь детей в Лаг ба-Омер

В этот день принято [впервые] стричь мальчиков, достигших трехлетнего возраста, оставляя пеот, чтобы приучить их исполнять заповедь: «Не стригите краев волос вокруг головы вашей» (Ваикра, 19,27). Эта церемония называется халка – «стрижка» по-арабски.

Рабби Хаим Виталь рассказывает о своем учителе, великом Ари, что он привел своего маленького сына на гору Мирон вместе с остальными членами семьи и там постриг его в соответствии с распространенным обычаем.

Один из учеников Ари, автор книги Мишнат хасидим и сидура, составленного с учетом советов и поучений самого Ари, также учит: «Тот, кто следует учению Ари, должен посетить его могилу и там обрести великие радость и веселье, тем более, если он делает это в первый раз и стрижет голову своего сына, оставляя пеот и исполняя таким образом заповедь».

Рабби Хаим Гурвиц, автор книги Хибат Йерушалаим, подробно рассказывает об исполнении этого обычая в 5595-ом (1835-ом) году: «Вначале приводят ребенка перед первой стрижкой на могилу рабби Йоханана Гасандлара с песнями и плясками, а оттуда возвращаются на двор, окружающий могилу рабби Шимона бар Йохая. Стрижка происходит у дверей бейт га-мидраша, при этом читают благословение Ми шеберах, Многие люди привозят своих сыновей из далеких стран, дав обет исполнить заповедь о пеа в этом священном месте. В таком случае им иногда приходится ждать очень много времени, пока ребенок не окажется в состоянии выдержать это путешествие, так что иногда он приезжает туда в возрасте существенно старше трех лет. Зачем это делается? Потому, что радостное исполнение одной заповеди влечет за собой исполнение других».

Лук и стрелы в Лаг ба-Омер

Обычай, в соответствии с которым еврейские дети в различных странах вне Эрец Исраэль играют в Лаг ба-Омер с луком (кешет)и стрелами, связан с рассказом наших мудрецов о том, что во все годы жизни рабби Шимона бар Йохая на небе не появлялась радуга (кешет). Таким образом, именно рабби защищал мир от различных бедствий – величайшая заслуга, которая может выпасть человеку. Поэтому мир в его времена не нуждался в «знаке радуги», посланном Всевышним в знак обещания, что новый потоп никогда не погубит его. Но сейчас, когда рабби Шимон бар Йохай уже не с нами, мы снова вынуждены опасаться того, что грехи нашего поколения переполнят чашу и, если бы не радуга – «знак союза с Всевышним» – мир будет разрушен.

В книге Бней Иссахар объясняется (методами Каббалы) еврейский обычай, связанный со стрельбой из лука в этот день. Он связывается со словами Танаха: «Следует научить сынов Йегуды владеть луком» (Шмуэль II,1,18). Существует древняя традиция, рассказывающая, что в будущем именно в Лаг ба-Омер в небе появится радуга необычного цвета и возвестит о грядущем избавлении. Поэтому мы и стреляем в этот день из лука.

Еще несколько слов о Лаг ба-Омере

Магарша в своем комментарии к Мидрашу так объясняет радость и веселье, с которыми мы встречаем Лаг ба-Омер. Дни счета омера сопоставляются с пятидесятыми годами жизни человека после того, как он достигает двадцатилетнего возраста. Если он не согрешил в течение первых 33 лет (из пятидесяти), он уже не согрешит и в будущем, ибо большая часть его жизни уже прошла. В память об этом мы и устраиваем небольшой праздник в Лаг ба-Омер – в память о том, что уже прошли две трети из 49 дней счета омера.

Рабби Яаков Амдин объясняет природу этого дня, пользуясь терминами Каббалы. Все дни счета омера – дни суда, а Лаг ба-Омер – год шебагод – день суда вдвойне. Поскольку мера суда удваивается в этот день, она изменяет свою природу и становится мерой милосердия. Ведь именно так принимал решение Сангедрин: если все его члены находили подозреваемого в убийстве виновным, он объявлялся невиновным.

Хатам-Софер доказывал, что ман начал выпадать в пустыне именно 18-го Ияра, то есть в Лаг ба-Омер. В самом деле, маца, принесенная евреями из Египта, закончилась 15-го Ияра, а затем в течение трех дней у них не было хлеба. Только 18-го Ияра впервые выпал ман, и в память об этом мы и отмечаем Лаг ба-Омер.

Другие авторитеты полагают, что именно в Лаг ба-Омер, 18-го Ияра, началось восстание евреев против римлян в конце периода Второго Храма, во время правления римского наместника Флора. Историк Иосиф Флавий рассказывает, что за день до этого, 17-го Ияра, Флор потребовал у руководителей еврейского народа в Иерусалиме передать ему 17 талантов золота как наказание за волнения в Кейсарии, где евреи выступили против римлян. Это требование вызвало волнения в Иерусалиме, где евреи собирались и публично проклинали Флора. Многие из них издевались над пристрастием Флора к золоту, ходили по улицам и собирали подаяние в его пользу. На следующий день началось открытое восстание.

Двадцатое Ияра

После того, как еврейский народ подошел в Рош Ходеш Сивана первого года после Исхода из Египта к горе Хорев (Синай), он не сразу ушел оттуда, а оставался там двенадцать месяцев без десяти дней. Именно во время этой стоянки евреи получили Тору, согрешили, создав золотого тельца, и искупили этот грех. Здесь же, у горы Синай, они построили Мишкан и впервые собрали и установили его 1-го Нисана следующего года, здесь спустилось на него облако Шхины, казавшееся огнем в ночи (вдобавок к Облакам Славы, окружавшим лагерь еврейского народа еще до того, как был построен Мишкан). Здесь же 14-го Нисана евреи принесли пасхальную жертву, получили заповедь о «Втором Песахе», а в Рош Ходеш Ияра по приказанию Всевышнего приступили к проведению переписи по родам и семействам, о которой мы говорили выше. Здесь был пересчитаны все военнообязанные евреи-мужчины с точно установленной родословной в возрасте от двадцати до шестидесяти лет, а также все мужчины-первенцы и мужчины-левиты в возрасте от одного месяца.

После того, как еврейский народ был поделен на установленные колена, роды и семейства, он был разделен на четыре дегеля (буквально: «флага») по три колена в каждом. Эти четыре дегеля окружали Мишкан с четырех сторон, а лагерь левитов (не входивших ни в один дегель)находился в середине. Отныне именно в таком порядке еврейский народ разбивал лагерь и в таком же порядке двигался в своих странствиях по пустыне.

Именно 20-го Ияра второго года после Исхода из Египта еврейский народ впервые – по указанию Всевышнего – совершил переход в порядке дегелей и колен, выполняя и все остальные заповеди, установленные Всевышним на период странствий, как сказано в Торе: «И было, во второй год, во второй месяц, в двадцатый день месяца поднялось облако от Мишкана откровения. И поднялись сыны Израиля в походы свои из пустыни Синайской. И остановилось облако в пустыне Паран» (Бемидбар, 10,1).

Как странствовали евреи

В Торе сказано: «Поднялось облако». Это и был знак сниматься с места. Ибо когда облако Шхины, окутывавшее Мишкан, поднималось и принимало другую форму – форму узкого цилиндра, евреи знали, что пришло время отправляться в путь. Они разбирали шатры, упаковывали свое имущество и грузили его на повозки или на спины вьючных животных – если они у них были. Те, у кого их не было, несли свои пожитки сами. В это время когены трубили в (две) свои серебряные трубы. Порядок трубления был следующий: Ткия, Труа, Ткия. Облако не трогалось с места до тех пор, пока Моше не произносил следующие слова: «Восстань, Г-споди, и рассеются враги Твои, и побегут ненавистники Твои от Лица Твоего» (Бемидбар, 10,35). После этого первым отправлялся в путь дегель Йегуды, в который входили колена Йегуды, Иссахара и Зевулуна.

После того, как отправлялся в путь дегель Йегуды, Агарон и его сыновья снимали занавесь Мишкана и покрывали ею арон, содержавший скрижали, на которых были записаны 10 заповедей. Арон и священная утварь (которые должны были нести левиты, входившие в род Кегата) – стол, золотой жертвенник, медный жертвенник и сопутствующая им утварь – все эти предметы уже были упакованы и прикреплены к шестам (при помощи которых их переносили).

Затем снова трубили в трубы в том же порядке – Ткия, Труа, Ткия, – и отправлялся в путь дегель Реувена, в который входили колена Реувена, Шимона и Гада. Левиты из родов Гершона и Мерари разбирали Мишкан, грузили составляющие его части на повозки и отправлялись в путь прежде, чем снимался с места дегель Реувена – вместе с дегелем Йегуды. После ухода дегеля Реувена снова трубили в трубы, и в путь отправлялся дегель Эфраима, в который входили колена Эфраима, Менаше и Биньямина. Тогда же снимались с места и левиты из рода Кегата, которые несли священную утварь, а вслед за ними – и дегель Дана, в который входили колена Дана, Ашера и Нафтали.

В том же порядке евреи и разбивали лагерь.

Как только они прибывали на указанное Всевышним место, облако Шхины поднималось, растягивалось и накрывало дегель Йегуды. Однако оно не принимало свои обычные размер и форму до тех пор, пока Моше не произносил следующие слова: «Обернись, Г-споди, к десяткам тысяч семей Израиля» (Бемидбар, 10,35). Тогда останавливался весь дегель Йегуды, а облако располагалось к западу от него. Левиты из родов Гершона и Мерари сразу же принимались за сборку Мишкана и стен окружающего его двора под покровом облака Шхины. В то время, как они были заняты этой работой, подходил дегель Реувена и разбивал свой лагерь к югу от Мишкана. За этим дегелем шли левиты из рода Кегата вместе с ароном и священной утварью, которые немедленно размещались в уже воздвигнутом Мишкане. Затем подходили дегель Эфраима, располагавшийся к западу от Мишкана, и дегель Дана, располагавшийся к северу от него. Затем прибывали Агарон и его сыновья, приводили в порядок всю утварь Мишкана и расставляли ее на своих местах. После этого лагерь Израиля оказывался полностью воздвигнутым.

«Дегели» Израиля

Наши мудрецы (в Бемидбар раба)учили: «Дегели Израиля были настолько священны и великолепны, что все народы мира смотрели на них с восхищением и спрашивали: «Что это, выглядывает как заря, прекрасное как луна, ясное как солнце, грозное, как войско со знаменами (нидгалот)!»(Шир га-ширим, 6,10) И отвечали сами себе: «Воротись, воротись, Шуламит, воротись, воротись, и мы наглядимся на себя» (Шир га-ширим, 7,1). Это значит: «Приблизься к нам, Израиль, соединись с нами, и мы сделаем тебя господином над нами». Но Израиль отвечал: «Что вам глядеть на Шуламит, словно на пляску в два ряда?» (Шир га-ширим, 7,1) То есть: «Какой смысл в величии, которое вы предлагаете нам? Разве это не «пляска в два ряда»? Разве можете вы дать нам то величие, которым оделил нас Всевышний в пустыне – дегель Йегуды, дегель Реувена и т.д.? Разве можете вы дать нам все это?»

Слова «Что вам глядеть на Шуламит?» означают: «Что в величии, которые вы нам предлагаете? Разве оно не «пляска в два ряда»? Разве можете вы дать нам величие, которое дал нам Всевышний в пустыне? Хотя мы и были грешниками, Он простил нас и сказал: «И да будет ваш стан святым» (Дварим, 23,15).

Даже Бил'ам, увидев Израиль, возненавидел его и понял, что не может причинить ему вреда, как сказано в Торе: «И поднял Бил'ам глаза свои, и увидел Израиль, расположившийся по коленам своим» (Бемидбар, 24,2) – то есть разделенным на дегели. И тогда он сказал: «Кто сможет причинить вред этим людям, каждый из которых знает всех своих предков и все свое семейство!» Ведь в Торе так и сказано: «Расположившийся по коленам своим». Отсюда мы учим, что расположение по дегелям послужило великой славе Израиля и защитило его.

Каждый под своим флагом («дегелем»)

Глава каждого колена имел свой опознавательный знак: собственное знамя, цвет которого совпадал с цветом соответствующего этому колену драгоценного камня, вставленного в нагрудник Агарона. Именно отсюда и позаимствовали различные царства обычай обзаводиться знаменем собственной расцветки.

Колену Реувена соответствовал рубин, камень красного цвета. Красным было и его знамя, на котором были изображены корни мандрагоры.

Колену Шимона соответствовал топаз, камень зеленого цвета. На зеленом знамени Шимона был изображен город Шхем.

Колену Леви соответствовал изумруд. Знамя Леви было трехцветным – на треть белым, на треть черным и на треть красным. На нем были изображены урим и тумим (нагрудник первосвященника с вставленными в него драгоценными камнями, позволявшими узнать волю Всевышнего).

Колену Йегуды соответствовал карбункул. Его знамя было небесного цвета, и на нем был изображен лев.

Колену Иссахара соответствовал сапфир. Его знамя было темносиним. На нем были изображены солнце и луна в память о словах Писания: «И из сыновей Иссахара, умеющих понимать времена» (Диврей га-ямим I, 12,32).

Колену Зевулуна соответствовал алмаз. Его знамя было белого цвета, и на нем был изображен корабль.

Колену Дана соответствовал опал. Цвет его знамени походил на цвет сапфира, и на нем была изображена змея.

Колену Гада соответствовал агат. Цвет его знамени был смесью белого и черного цветов. На нем был изображен лагерь Израиля.

Колену Нафтали соответствовал аметист. Цвет его походил на цвет прозрачного красного неяркого вина. На нем была изображена лань.

Колену Ашера соответствовал хризолит. Цвет его знамени напоминал цвет драгоценного камня, которым любят украшать себя женщины. На нем было изображено оливковое дерево.

Колену Йосефа соответствовал оникс. Цвет его знамени был абсолютно черным. Этот цвет принадлежал сразу двум коленам потомков сыновей Йосефа – Эфраима и Менаше, родившихся в Египте. На знамени Эфраима был изображен бык, на знамени Менаше – антилопа.

Колену Биньямина соответствовала яшма. Цвет его знамени был смесью двенадцати цветов. На нем был изображен волк.

Каждый со своим родом

В Торе сказано: «Каждый при знамени своем со значками отчего дома их...» (Бемидбар, 2,2) Но ведь достаточно было сказать просто: «Каждый при знамени своем со значками – да стоят сыны Израиля». Для чего добавила Тора эти слова: «Значками отчего дома». Дело в том, что когда Всевышний приказал Моше:

«Раздели Израиль на дегели, как они просят», Моше опечалился. Он сказал: «Теперь между коленами Израиля вспыхнут бесконечные споры. Если я скажу колену Йегуды, что оно должно разбить лагерь на востоке, оно ответит: «Это невозможно – мы готовы остановиться только на юге». Точно так же заспорят колена Реувена, Эфраима и все остальные. Что я буду делать?»

Но Всевышний ответил: «Моше, не волнуйся! Евреи вовсе не нуждаются в тебе для того, чтобы найти свое место в лагере. Они и сами превосходно его знают. В руках каждого из них находится традиция, восходящая к праотцу Яакову. Эта традиция точно указывает его место в дегеле. Даже Я не могу сообщить им ничего нового об их происхождении – они знают всю свою родословную вплоть до Яакова. Они окружат Мишкан в точно установленном порядке так же легко, как окружили когда-то ложе Яакова, на котором они несли его тело».

Рав Хама сын рабби Ханины говорил: «Когда для нашего праотца Яакова настало время покинуть этот мир, он позвал своих сыновей, благословил их и заповедал им идти дорогой, указанной Всевышним. В это час все они признали власть Небес. В самом конце своего поучения Яаков сказал сыновьям: «Когда вы будете нести меня – несите осторожно и бережно, позаботьтесь, чтобы ни один чужой человек не дотронулся до моего ложа, ни один египтянин и даже ни один из ваших сыновей, поскольку они родились у вас от кнаанеянок...» А затем он уточнил: «Сыновья мои: Йегуда, Иссахар и Зевулун понесут мое ложе, стоя у восточной его стороны, Реувен, Шимон и Гад – с южной, Эфраим, Менаше и Биньямин – с западной, Дан, Ашер и Нафтали – с северной. Йосеф не должен нести мое ложе, ибо он – властитель, и все вы должны относиться к нему с почтением. Леви также не должен его нести, так как ему (его потомкам) предстоит нести священный арон со скрижалями – ведь тот, кто несет ношу, данную ему Всевышним, не должен нести мертвое тело. Если вы поступите так, как я сказал, и понесете ложе с моим телом в указанном порядке, Всевышний установит разделение вашего лагеря на дегели».После того, как Яаков скончался, его сыновья положили его тело на ложе и несли его в точности так, как он им приказал, как сказано в Торе: «И сделали сыновья с ним (Яаковом), как он заповедал им» (Берешит, 50,12)».

28-е Ияра

28-е Ияра – это день, когда были разбиты армии арабских стран, намеревавшиеся поголовно уничтожить всех евреев, живших в Эрец Исраэль. В этот день была снята блокада, установленная врагами вдоль границ Эрец Исраэль, и похищенное вернулось к настоящему хозяину. Святой город Иерусалим, большая часть которого была отнята у еврейского народа, в этот день был воссоединен под еврейским контролем. Все святые для еврейского народа места в городе вернулись к нему.

В 5727-м (1967-м) году от Сотворения мира произошло это великое событие – через девятнадцать лет и еще двадцать три дня после 5-го Ияра 5708-го года, когда власть над частью территории Эрец Исраэль возвратилась к еврейскому народу.

Еще за два дня до того, 26-го Ияра, вся египетская армия, насчитывавшая около миллиона солдат, стояла у южных границ Эрец Исраэль. Иорданская армия стояла на ее восточной и юго-восточной границах, а также в Иерусалиме. Сирийская армия стояла на северной границе, а присоединившиеся к этой войне иракские соединения заняли позиции между иорданскими корпусами. Все эти армии были до зубов вооружены новейшими средствами уничтожения, большую часть которых бесплатно поставила им Россия. Арабские страны кричали на весь мир: «Мы уничтожим Израиль! Его постигнет тотальное уничтожение. Никто не ускользнет! Мы атакуем его с трех сторон – с севера, юга и востока. С четвертой стороны – с запада – находится море!» Враги заявляли: «Мы нападем на Израиль, разобьем его, сбросим его в море – и там он погибнет!»

Но произошло прямо обратное: евреи уничтожили своих врагов. 26-го Ияра началась оборонительная кампания израильской армии, закончившаяся 2-го Сивана. За шесть дней войны еврейские солдаты разбили врагов, защитили свой народ и отбросили врага далеко от прежних границ.

День 28-е Ияра был особенно радостным несмотря на то, что война еще продолжалась – ибо в этот день Иерусалим был воссоединен под еврейским контролем. А поскольку любовь к Иерусалиму объединяет весь еврейский народ, в этот день он чувствовал себя так, как если бы вся Эрец Исраэль была освобождена.

И поразил лагерь египтян

В день, когда армии арабских стран выстроились на границах Эрец Исраэль, вооруженные до зубов, все ждали страшной команды: «Огонь по городам Израиля и по его войскам!»

Но в этот самый день, 26-го Ияра, юные еврейские солдаты опередили врагов на один час. На рассвете израильские самолеты атаковали одновременно аэродромы и другие стратегические точки врага и разбомбили почти все его самолеты, стоявшие на земле как будто в ожидании этой атаки. Героические летчики совершали вылет за вылетом, поднимались и возвращались, оставаясь невидимыми и при вылете, и при возвращении, пока из огромных воздушных флотов арабских стран не уцелели лишь считанные самолеты.

Сразу после этого израильские сухопутные силы атаковали многочисленные арабские армии и нанесли им страшное поражение. Те были захвачены врасплох, их техника была уничтожена, а оставшиеся в живых солдаты, многие десятки тысяч, попали в плен. Множество врагов рассеялось по синайской пустыне. Они погибли – частью перебив друг друга, частью от голода и жажды, и тела их стали пищей для птиц. Многие командиры вражеских армий грабили своих подчиненных, отнимали у них провизию и автомобили, надеясь спастись, но и они попали в руки израильских солдат, окруживших врага со всех сторон.

Так началась война – с удара по египетской армии на южном фронте.

Тогда же израильская армия предупредила короля Иордании Хусейна: «Если Иордания не примет участия в войне, Израиль не причинит ей вреда. Если же вы выступите против нас, мы примем вызов и обрушим на Иорданию страшные удары!»

Но Всевышний ожесточил сердце короля, и он не внял предостережению. Король приказал своим войскам открыть огонь, ибо другие арабские властители, привыкшие обманывать друг друга, втянули его в войну лживыми росказнями о своих победах в то самое время, когда они терпели страшные поражения. Спасаясь бегством, они говорили друг другу: «Присоединяйтесь к нам, чтобы довершить разгром Израиля и получить свою долю добычи!»

Несомненно, именно Всевышний ожесточил сердце короля, и тот втянул свои войска в войну против Израиля – ибо таким образом Он передал нам все города, расположенные в восточной части Эрец Исраэль, и прежде всего, Иерусалим. В третий день войны, 28-го Ияра, мы услышали слова: «Весь Иерусалим в наших руках». На развалинах нашего Храма раздался трубный голос шофара, как бы утверждавшего: «Мы здесь, у Западной стены Храма, которую никогда не покидала Шхина. Отныне и мы никогда не уйдем отсюда». Наступил день великой радости, великого облегчения для всего еврейского народа, веселье и радость достигли Небес!

После того, как израильские войска очистили от врага все части правобережной Эрец Исраэль, они обратились на север, против армий Арама, то есть Сирии. Сирийские войска были наголову разбиты, израильские отряды на шестой день войны уже стояли в пригородах Дамаска. На этом война закончилась – ибо еще не наступило время исполнения обещания, данного Всевышним Аврааму. Ведь Он обещал нашему праотцу большую страну, простирающуюся «от реки египетской до великой реки, реки Прат».

Война закончилась в субботу, 2-го Сивана. Вся страна была очищена от врагов, грозивших посеять в ней смерть – от Суэцкого канала на южной границе с Египтом до горного массива Хермон на севере, включая всю границу с Иорданией по реке Иордан.

Из всех соседей Израиля не пострадал лишь Ливан, ибо его руководители не решились вступить в войну. Поэтому с ливанской армией ничего не случилось.

Нелегкие знаки Машиаха

С тех пор день 28-го Ияра и был объявлен Днем Иерусалима. Однако последующие дни войны не были отмечены по достоинству и не стали днями благодарности Всевышнему – хотя они принесли еврейскому народу настоящее спасение, размеры которого превышают чудеса, совершенные ради него в былые времена, спасение, память о котором навсегда останется в сердцах людей, спасение, после которого даже евреи Диаспоры вздохнули спокойно. Еврейские мудрецы не смогли прийти к общему мнению по вопросу о том, как следует отмечать эти дни. Единодушие, присущее их судам в былые времена, все еще к ним не вернулось.

И по этому вопросу продолжаются споры и разногласия, как и по всем вопросам, относящимся к событиям, начало которым было положено 5-го Ияра 5708-го года.

Все это является исполнением предсказания о том, что во времена, когда проявятся первые признаки прихода Машиаха, будут иметь место разногласия между еврейскими мудрецами. Они будут рассматривать происходящие события по-разному, причем один будет отвергать слова другого.

Эти разногласия отличаются от разногласий, возникавших между мудрецами по галахическим вопросам в прежние времена, когда обе стороны признавали, что слова оппонента также содержат истину, что все высказанные мнения суть «истинные слова Всевышнего». В нашем случае речь идет о совсем других разногласиях, так что нельзя сказать, что все стороны в одинаковой степени правы.

Эти разногласия – бедствия предмессианского периода, когда возникает настоящий антагонизм между мудрецами, когда одни из них полностью отвергают суждения других. Именно эти разногласия и лишили в наше время еврейский народ единого духовного руководства. Вместо этого появилось множество самых различных руководителей, так что почти каждый может найти себе учителя по вкусу и поступать так, как он считает правильным.

В защиту Израиля

Наши мудрецы сказали: «За что был наказан Хизкиягу, царь Иудеи? За то, что он не запел хвалебную песнь, когда Всевышний поразил перед ним царя Ассирии Санхерива».

Насколько же более обязаны мы воспевать разгром всех наших врагов вместе, врагов, намеревавшихся полностью уничтожить еврейский народ! Благодаря милости Всевышнего мы остались в живых, и наша страна стала больше, чем прежде!

Впрочем, необходимо отметить одно обстоятельство, несомненно, говорящее в защиту Израиля. Дело в том, что в прежние времена, когда Всевышний уже вынес приговор об изгнании еврейского народа из его страны, любое чудо, отдалявшее срок исполнения этого приговора, было настоящим и полным. Поэтому евреи в знак благодарности читали Галлель, благодарственные молитвы, и обязывались и в будущем воспевать это чудо и милость Всевышнего. Иначе обстоит дело в наше время, когда близится срок окончательного избавления. Теперь любое чудо, даже самое значительное, приносит лишь частицу грядущего избавления и потому является неполным – а мы не поем песнь в благодарность за неполное чудо.

Чтобы лучше объяснить это различие, приводят такой пример. Если для тяжело больного человека, от которого уже отказались врачи, совершилось чудо – нашлось лекарство, которое сохранило ему жизнь, но он еще не поднялся на ноги – он не должен произносить благословение Га-гомель («Избавляющий»). Даже если затем он продолжает выздоравливать и в конце концов начинает с трудом передвигать ноги – и тогда он все еще не должен произносить Га-гомель. Когда же, наконец, он произносит это благословение? Только когда его здоровье полностью восстановится и он обретет свою прежнюю силу – только после полного выздоровления он произносит благословение Га-гомель.

Так и мы, в нашем поколении, хотя и стали свидетелями множества чудес, знаем, что все они – лишь малая часть благ, ожидающих нас в будущем – как мы надеемся, самом скором.

Этих благ будет больше, чем тех, которыми был одарен еврейский народ после Исхода из Египта.

Мы молим Всевышнего о том, чтобы Он как можно скорее послал нам праведного Машиаха, ускорил наше избавление и связанные с ним чудеса и милости в точном соответствии с предсказаниями пророков, которые все – чистая и полная правда. Тогда мы и пропоем песнь в благодарность за полное и завершенное чудо – да совершится оно уже в наше время.

(продолжение следует)