Наши мудрецы учили, что в Песах Суд Всевышнего решает судьбу урожая злаков – будет он богатым или нет. Судьба урожая, по существу – и судьба человека, поскольку жизнь его непосредственно зависит от количества продовольствия. Поэтому в Песах следует молиться о том, чтобы в мире был достаток и не было голода.

Говоря о празднике Сукот, Тора трижды использует слово симха – радость. В рассказе о Шавуоте это слово используется один раз, а в рассказе о Песахе оно не появляется ни разу. Поэтому наши мудрецы выводят заповедь радоваться в Песах лишь как гзера шава – по специальной аналогии. Естественно спросить, почему слово симха не появляется в рассказе о Песахе непосредственно?

Дело в том, что в течение года Всевышний собирает четыре суда, решающие различные вопросы. В Песах – судьбу урожая злаков, в Шавуот – судьбу плодов и плодовых деревьев. В Рош Гашана решается судьба всего мира, а в Сукот – судьба вод. В Песах все эти суды еще перед нами, так что радоваться их успешному завершению преждевременно. Поэтому радость в дни этого праздника как бы скрыта. В Шавуот, когда первый из судов, пасхальный, уже позади, мы начинаем радоваться открыто. Поэтому в рассказе об этом празднике симха упоминается один раз. А в рассказе о празднике Сукот, когда позади уже почти все суды (хотя последний суд, суд над водами, еще впереди), Тора употребляет это слово трижды.

Почему судьба урожая злаков решается в Песах – праздник освобождения? Потому, что злаки, растущие в полях, также нуждаются в освобождении, чтобы порвать свои путы. Зерна стремятся освободиться от оболочки колоса, с которой они связаны, и выбраться на свободу. Всякая скорлупа, всякая оболочка подобна рабству и изгнанию. Поэтому когда злаки вызревают, и с них спадают оболочки, происходит нечто, подобное Исходу из Египта. Песах – время, наиболее подходящее для того, чтобы тянуться к свободе, поэтому нет лучшего времени для суда над урожаем злаков. Именно в Песах им даруется освобождение – с тем, чтобы они, в свою очередь, дали жизнь миру. Так отвечает на этот вопрос Сфат эмет.

Благословение росы

В Песах мы перестаем молить Всевышнего о дожде, поскольку дожди в конце Нисана – не благословение, а проклятие. Приближается время жатвы, и дожди теперь только губят урожай в поле. Мы начинаем молить Всевышнего о благословенной росе, высыпающей на полях. Первый день Песаха как бы уготован для такой росы еще с времен Сотворения мира. Поэтому начиная с этого дня и вплоть до Шмини Ацерет мы не произносим во втором благословении молитвы Шмоне-эсре формулу: Машив га-руах и морид га-гашем – «Возвращающий ветер и Посылающий дождь». Вместо этого мы произносим: Морид га-таль – «Посылающий росу», или – согласно другому обычаю – не произносим ничего. А начиная с первого дня хол гамоэда мы заменяем в девятом благословении Барех алейну формулу «Даруй росу и дождь для благословения» на простое «Даруй благословение».

В сефардских общинах приняты два варианта девятого благословения: Бархейну и Барех алейну. Зимой там читают Барех алейну, упоминая в нем таль и матар – «росу и дождь». А с первого дня хол гамоэда там читают Бархейну и просят у Всевышнего тлалей район увраха – «росы благоволения и благословения», – и уже не упоминают дождь.

Тем не менее, мы продолжаем произносить формулу «Возвращающий ветер и посылающий дождь» в праздничной вечерней молитве в первый день Песаха. Ведь далеко не все евреи присутствуют во время этой молитвы в синагоге и не все знают, что произнесение этой формулы следовало бы прекратить. Поэтому если бы мы прекращали произносить ее уже в вечерней молитве, получалось бы, что одна часть еврейского народа просит у Всевышнего в пасхальную ночь росу, другая часть – дождь, и, таким образом, даже в эту ночь еврейский народ не един, а разделен на различные группы.

Не прекращаем мы произносить ее и в Шахарите, хотя на утреннюю молитву в йом тов в синагоге собирается вся община. Дело в том, что тот, кто приходит в синагогу утром, но не был там вечером, решит, что формулу о дожде перестали произносить еще в вечерней молитве, и именно так поступит в будущем году. В таком случае он произнесет формулу Морид га-таль в то время, когда большинство евреев еще читают Машив га-руах уморид га-гашем, и снова получится, что мы не едины и просим Всевышнего о разном. Поэтому мы прекращаем произносить формулу о дожде только в молитве Мусаф, читаемой после Шахарита, когда вся община находится в синагоге. Все те, кто читают Мусаф, читали только что молитву Шахарит и произносили в ней формулу о дожде, поэтому они знают, когда прекращается ее произнесение, и не происходит никаких недоразумений, – весь Израиль просит Всевышнего об одном и том же.

Но почему мы начинаем просить о дожде в последний день Сукот, а прекращаем в первый день Песах? Разве в дни Песаха наши поля уже не нуждаются в дожде? Дело в том, что наши мудрецы решили, что Израиль должен просить, как о великой милости, чтобы дожди не выпадали в праздничные дни. В эти дни они – знак проклятия, поскольку мешают радоваться празднику, и получается, что Всевышний не получает Своей «дани» – радости Израиля в праздник.

Молящиеся в синагоге не прекращают произносить формулу о дожде до тех пор, пока не услышат, что кантор, ведущий молитву, произнес вместо нее формулу о росе, или иное официальное объявление в синагоге. Если этого не произошло, молящиеся продолжают произносить (каждый про себя) формулу о дожде и в Мусафе. В таком случае замена формулы для каждого молящегося происходит только в Минхе – после того, он услышит, как кантор произнесет формулу о росе во время повторения Мусафа.

В некоторых общинах принято, что кантор и молящиеся вместе произносят благословение о росе со специальными стихотворными дополнениями еще до Мусафа. Принято также, что перед произнесением благословения кантор надевает белую одежду. Пасхальный Мусаф читается так же, как молитвы Десяти Дней Трепета. Его задача – пробудить милосердие Всевышнего к судьбе урожая злаков, которая решается в дни Песаха.

Тот, кто по ошибке благословляет дождь

Тот, кто по ошибке произнес Морид га-гашем и вспомнил о своей ошибке прежде, чем произнес слова «Благословен Ты, Г-сподь...», завершающие это (второе) благословение Шмоне-эсре, возвращается к началу благословения, либо (по другому мнению) – к началу молитвы. Если он уже произнес эти слова, включая Имя Всевышнего, то завершает это благословение словами ламдени хукеха и возвращается к его началу. Если он уже закончил это благословение, то возвращается к началу молитвы.

Тот, кто не уверен, что произнес формулу о росе, в течение первых тридцати дней после начала Песаха обязан предположить, что ошибся, и прочитать молитву или благословение снова. Начиная с тридцать первого дня мы считаем, что произнесение формулы о росе уже вошло в привычку, и ошибки не произошло.

Тот, кто произнес по ошибке слово гешем (дождь), должен вернуться к началу благословения или молитвы, даже если он сразу поправился и добавил: Морид га-таль («Посылающий росу»).

Тот, кто совершил ошибку в девятом благословении Барех алейну и упомянул там дождь, возвращается к началу благословения, даже если еще не дошел до его конца. К его началу он возвращается и в случае, если перешел к другому благословению, но еще не закончил молитву. Если он уже произнес слова Йегью ле-рацон – первые слова, следующие за молитвой Шмоне-эсре, – то возвращается к началу молитвы.

Законы Гавдалы в праздник

На исходе праздничного дня, будь то в обычный день, будь то в хол гамоэд, необходимо произвести Гавдалу, разделяющую праздник и будни. Мы добавляем в молитву Шмоне-эсре формулу Ата хонантану («Ты в милости Своей дал нам»), а затем, после окончания молитвы, делаем Гавдалу («разделение») над бокалом вина, как на исходе субботы. Принято начинать с благословения на вино, опуская все предшествующие формулы, произносимые на исходе субботы. Аналогично, мы благословляем свет свечи только на исходе субботы и Йом-Кипура, когда нам запрещается зажигать свет в течение всего дня. Не произносим мы и благословение на благовония – его мы оставляем для одного-единственного случая, исхода субботы, когда наша душа тоскует, разлучаясь со своим субботним двойником – нешама йетера. В йом тов у нас нет нешама йетера, поэтому мы и не произносим благословение на благовония.

Мы делаем Гавдалу, даже если на исходе субботы начинается йом тов, поскольку святость субботы больше святости праздника. Более того, формула Гавдалы (Ватодиэну)вставляется и в молитву Шмоне-эсре (в третье благословение Ватитен лану), и в Кидуш. Однако в этом случае мы завершаем Гавдалу не формулой «Отделивший святое от будничного», а иначе – «Отделивший святое от святого». Сама Тора подсказывает нам, что существует разделением «между святым и святым», как сказано: «И будет завеса отделять вам святое от святая святых» (Шмот, 26,33). Таким образом, мы произносим на исходе такой субботы несколько благословений над одним бокалом вина. Наши мудрецы составили аббревиатуру этих благословений, которая на иврите читается как ЯКНГЗ (ז"יקנה):

1. «Я» – благословение на вино (яин);

1. «К» – Кидуш;

3. «Н» – благословение на свечу (нер);

4. «Г» – Гавдала;

5. «3» – благословение времени (зман), в данном случае – Шегехеяну.

Если на исходе субботы начинается праздник, мы не произносим благословение на благовония, несмотря на то, что в праздник у нас нет нешама йетера, так как благовония заменяет нам праздничная трапеза.

В случае, если суббота наступает на исходе праздничного дня, в Гавдале нет необходимости, поскольку, как мы уже знаем, святость субботы больше святости праздника.

Вторая душа

Как мы уже отмечали выше, у каждого еврея в субботу (но не в праздник) появляется «вторая душа» – нешама йетера. Вот какое объяснение дают ей наши мудрецы.

Нешама йетера дана евреям самим Всевышним. Она даруется нам вместе со святостью субботы с тех пор, как установлено, что еврейский народ обязан соблюдать ее. Нам не дано удержать ее после того, как суббота заканчивается и вместе с ней уходит святость дня.

В отличие от святости субботы, святость праздника является как бы достоянием Израиля, поскольку Всевышний дал нам право устанавливать даты праздников и освящать их. Дополнительная святость, которой мы удостаиваемся в праздники, как бы принадлежит нам самим. Поэтому она не исчезает немедленно с окончанием праздника. Напротив, она остается с нами даже назавтра, в Исру хаг.

Нешама йетера дается нам в дополнение к той святости, до которой мы способны подняться сами, и источник ее – исключительно на Небесах. Это относится только к святости субботы, являющейся даром Всевышнего Израилю.

Счет омера

В Торе, в книге Ваикра, сказано: «И отсчитайте себе от второго дня праздника, от дня приношения вами омера возношения, семь полных недель. До дня после седьмой недели отсчитайте пятьдесят дней» (Ваикра, 23,15). А в книге Дварим добавлено: «Семь недель отсчитай себе; от нанесения серпа на жатву начинай считать семь недель» (Дварим, 16,5). Таким образом, заповедь обязывает нас отсчитать семь недель, начиная со дня принесения в жертву омера ячменя, то есть с 16-го Нисана, и до праздника Шавуот, который приходится на пятидесятый день от этого жертвоприношения. Считать мы начинаем со второй ночи праздника Песах. Счет продолжается семь недель, то есть 49 дней. Слова Торы «отсчитайте пятьдесят дней» наши мудрецы понимают как «до пятидесятого дня».

Эта заповедь обязывает каждого из нас вести этот счет – ведь в Торе сказано: «Отсчитайте себе». Поэтому заповедь обязывает каждого еврея.

Эта заповедь не отменяется и сегодня, когда Иерусалимский Храм разрушен, и мы не можем принести омер ячменя в жертву Всевышнему. Существует, правда, мнение, утверждающее, что на наше время заповедь Торы не распространяется, и мы исполняем ее лишь как постановление мудрецов.

Счет должен совершаться в ночное время, ибо в Торе сказано: «Семь полных недель». Полная неделя обязательно должна состоять из семи полных дней, то есть счет должен начинаться ночью 16-го Нисана. А поскольку счет в первый день должен совершаться в начале ночи, то в это же время следует осуществлять его и в остальные дни.

Тем не менее, мы начинаем ночь с вечерней молитвы, поскольку заповеди, обязывающие нас молиться, – заповеди о чтении Шма Исраэль и Шмоне-эсре, – мы исполняем чаще, чем заповедь о счете омера (а общее правило обязывает нам отдавать предпочтение чаще исполняемым заповедям и исполнять их прежде других). Сразу после завершения молитвы Шмоне-эсре мы переходим к счету омера.

Тот, кто не произвел этот счет в начале ночи, может сделать это в течение всей ночи, вплоть до самой зари – как только вспомнит о своем упущении. Тот, кто не сделал этого до зари, может произвести счет в течение всего дня, но уже без благословения.

Как производится счет омера? Вначале произносится благословение: «Благословен Ты, Г-сподь Б-г наш, Царь Вселенной, который... дал нам заповедь счета омера». Затем считающий говорит: «Сегодня столько-то дней счета омера» или просто: «Сегодня столько-то дней омера» – согласно принятому обычаю.

В первую ночь мы говорим: «Сегодня один день омера», во вторую: «Сегодня два дня омера», –и так далее – вплоть до седьмого дня. В седьмой день мы говорим: «Сегодня семь дней, то есть одна неделя омера». Согласно обычаю сефардских общин, принято говорить: «Сегодня семь дней омера, то есть одна неделя омера». Начиная с этой ночи считаются как дни, так и недели. В восьмой день мы говорим: «Сегодня восемь дней, то есть одна неделя и один день омера», а сефардские евреи: «Сегодня восемь дней омера, то есть одна неделя и один день». И так далее – мы называем поначалу общее число дней, а затем уточняем, сколько целых недель и дней в остатке оно составляет. Тот, кто совершил ошибку и назвал только число дней или недель, должен произвести счет снова, но уже без благословения.

Произнося формулу счета омера, необходимо тщательно соблюдать правила грамматики, правильно называть однозначные и двузначные числа, помнить, что на иврите слово «неделя» – мужского рода и следить за родом числительных.

Благословение на счет омера следует произносить стоя – как и сам счет. Это правило мы выводим из слов Торы: «Семь недель отсчитай себе; от нанесения (кама)серпа на жатву начинай считать семь недель» (Дварим, 16,5). Слово кама происходит от того же корня, что слово кима – «стоя». Однако тот, кто произнес благословение и произвел счет сидя, считается выполнившим заповедь и не должен исполнять ее еще раз. Принято ссылаться на правило, толкующее известную фразу из Танаха в таком «прикладном» духе. Эта фраза: «Мнение (эцат, עצת) Всевышнего всегда устоит». Слово «мнение» рассматривается в данном случае как аббревиатура трех слов: омер (עומר), цицит (צצית), тфилин (תפילין). Заповеди, связанные с этими предметами, мы, как известно, исполняем стоя.

После произнесения формулы счета принято говорить: «Да будет воля Всевышнего на то, чтобы святой Храм был построен в наши дни, в самое ближайшее время». Ведь сегодня мы выполняем заповедь счета омера, но лишены возможности выполнить другую заповедь, упомянутую в формуле счета – принести его в жертву Всевышнему, как сказано в Торе.

Мы уже говорили, что производить счет омера следует в начале ночи. Как известно, ночь начинается с момента выхода звезд. Тот, кто произвел счет до выхода звезд, еще в сумерки, считается выполнившим заповедь. Он не обязан выполнять ее еще раз, однако все же предпочтительно, чтобы он произвел счет повторно – уже без благословения.

Что произойдет, если один человек спросит другого, какой день счета омера сегодня? Если тот, кому задан вопрос, еще не произвел счет текущего дня, он должен остеречься и не давать прямого ответа на вопрос о сегодняшнем «номере», – в противном случае он тем самым выполнит заповедь и уже не сможет произнести полагающееся благословение. Однако он может ответить, например, так: «Вчера был такой-то день омера». Особенно следует остерегаться такой ошибки в Лаг баомер, потому что название этого праздника – всего лишь указание на номер его дня, «33-й день омера». Поэтому тот, кто просто скажет: «Сегодня Лаг ба-омер», тем самым произведет счет омера. Однако наши мудрецы постановили, что тот, кто произнесет эту привычную фразу непроизвольно, не имея в виду формулу счета, все-таки имеет право произвести счет омера еще раз и произнести благословение. Это постановление нельзя толковать расширительно, поэтому тот, кто скажет: «Сегодня такой-то день омера», или даже опустит слово омер и ограничится такими словами: «Сегодня такой-то день», уже не может в этот день производить счет заново, произнося при этом благословение. Слово «сегодня» является ключевым: тот, кто сказал только: «Такое-то число омера», опустив слово «сегодня», не выполнил заповедь счета и может произнести формулу снова, вместе с благословением, – ведь внутренний смысл заповеди – сосчитать сегодняшний день. Правда, некоторые авторитеты считают иначе. Они полагают, что тот, кто упомянул номер сегодняшнего дня, даже опустив слово «сегодня», уже не может в этот день произвести счет заново, произнося при этом благословение.

Тот, кто начинает произносить благословение на счет омера, должен знать уже в эту минуту номер сегодняшнего дня, который он затем вставит в формулу счета. Однако даже тот, кто произносит благословение, еще не сделав необходимых вычислений или, к примеру, решив, что он вставит в свою формулу тот номер, который услышит от соседа, который также исполняет сейчас заповедь счета, считается выполнившим заповедь.

Тот, кто (ошибочно) полагал, произнося благословение, что сегодня такой-то день омера, а произнеся его, спохватился или услышал правильный номер, производит счет, опираясь на уже произнесенное благословение, несмотря на то, что в момент его произнесения имел в виду ошибочный номер. Дело в том, что в этом случае, как и во многих других, наши мысли и намерения не имеют решающего значения (или, как утверждает знаменитая галахическая формула, дварим шебалев – эйнам дварим, буквально: «то, что у нас на сердце – ничего не меняет»).

Тот, кто произнес благословение и произвел счет, а затем обнаружил, что ошибся в номере, может немедленно исправить ошибку и назвать правильный номер, опираясь на произнесенное благословение, если он еще не «оторвался» от исполнения заповеди счета и не перешел к другим делам. Тот, кто по забывчивости пропустил один день счета (то есть не произвел счет ни ночью, с благословением, ни днем, без благословения), уже не должен произносить благословение и в последующие дни. Это значит, что в оставшиеся дни он производит счет без благословения. Однако этот запрет действует лишь если человек уверен, что действительно пропустил день. Если у него есть в этом сомнение, он продолжает исполнять заповедь счета с благословением.

Женщины свободны от заповеди счета омера. Если женщина все же хочет ее исполнить, она не должна, считая, произносить благословение. Однако существует обычай, согласно которому женщины, которые привыкли систематически молиться, исполняют заповедь счета омера, произнося при этом благословение.

После счета омера принято читать 67-й Псалом, выбранный потому, что в нем, согласно одной из традиций чтения, ровно 49 слов – по числу дней счета омера.

Затем читают молитву Ана, бе-коах еминха («Пожалуйста, силой Твоей правой Руки») вместе с Барух шем кавод («Благословенно славное Имя») в конце ее, так как в ней 48 слов – всего на одно меньше, чем дней счета. После этого добавляют несколько просьб Всевышнему, речь о которых ниже.

Согласно древнему обычаю, принятому в Эрец Исраэль и Египте, кантор производит счет после общины, чтобы никто не выполнил заповедь, услышав его счет. Однако во многих общинах решили иначе: для того, чтобы предотвратить почти неизбежные ошибки в счете, было решено, что представитель общины произведет его вслух, прежде чем члены общины сделают это каждый за себя.

В некоторых общинах вне пределов Эрец Исраэль, где проводится и второй Седер во вторую ночь Песаха, возник обычай производить первый счет омера после завершения второго Седера. Ведь второй Седер проводится из-за неопределенности в дате праздника, то есть как бы тоже 15-го Нисана. Так что если бы счет был произведен до начала Седера, и мы объявили эту ночь официально ночью 16-го Нисана, как мы могли бы справлять после этого Седер? Однако большинство общин не придает этому обстоятельству значения.

Вне пределов Эрец Исраэль среди праведников и людей, с особой тщательностью исполняющих заповеди Торы, возник обычай во вторую пасхальную ночь, после второго Седера, читать фрагменты Торы, посвященные омеру. Задача этого чтения – компенсировать невозможность исполнить заповедь принесения омера в жертву Всевышнему словесным служением Ему. Это служение имеет большое открытое и скрытое значение, – ведь в наше время у нас нет другой возможности служения.

В сефардских общинах также существует обычай читать главу об омере перед тем, как в первый раз произнести благословение о счете омера 16-го Нисана.

Не произносим Шегехеяну

Почему мы не произносим благословение Шегехеяну 16-го Нисана, приступая к выполнению заповеди счета омера? Еврейские мудрецы дали множество ответов на этот вопрос. Мы приведем лишь некоторые из них.

1. Потому, что заповедь о счете омера – лишь подготовка к исполнению заповедей праздника Шавуот, наступающего после завершения счета. Поэтому мы произносим Шегехеяну на наступление праздника, и это благословение «перекрывает» и заповедь о счете омера (Радбаз).

2. Потому, что счет омера лишь вспомогательная заповедь, сопутствующая принесению в жертву первых плодов урожая в Шавуот (Абудрагам).

3. Потому, что существует опасение, что мы пропустим день счета, и таким образом благословение Шегехеяну окажется произнесенным напрасно (Мате Моше).

4. Потому, что Шегехеяну произносится только перед заповедями, несущими в себе радость и удовлетворение, как например, радостная заповедь о лулаве, заповедь трублення в шофар – знак союза между Всевышним и еврейским народом, заповедь чтения Мегилат Эстер в память о спасении, посланном нам Всевышним, заповедь выкупа сына-первенца и т.д. Однако счет омера не приносит никакой радости – только сожаления о гибели Храма (Рашба).

5. Дни счета омера подобны дням, которые отсчитывает женщина после менструации, прежде чем снова очиститься. Мы считаем дни омера, семь «чистых недель», которые должны закончиться, прежде чем Всевышний допустит нас к служению Ему, к получению Торы. Это дни удаления, дни печали, поэтому мы не произносим перед их наступлением Шегехеяну (Акеда)

О смысле заповедей

Еврейский народ выполняет заповеди Всевышнего, не требуя объяснить их смысл и назначение. Для того, чтобы с готовностью выполнять их, нам достаточно того, что Создатель дал такой приказ. Однако наши мудрецы в некоторых случаях все же объяснили нам смысл заповедей. Почему? Потому, что углубление в заповеди, осознание их смысла до той степени, в какой человеческий разум в состоянии их осознать – и само по себе заповедь. Мы должны знать все то, что может быть познано! Не только сердце должно быть полностью поглощено служением Всевышнему, но и другие наши силы и способности, в том числе и разум, должны работать в унисон с сердцем. А в тех случаях, когда мудрецы не сообщили нам смысл заповеди, разум должен подчиниться сердцу и предаться исполнению ее, осознав, что все заповеди Торы – проявление высшего разума, проявление воли Всевышнего, и уже потому не могут быть полностью поняты нами. Это – высшее смирение разума, доступное человеку.

Рассказывают притчу о двух людях, один из которых жил в пустыне, далеко от людей, ничего не знал о мудрецах и их деяниях и самостоятельно, в меру собственных и способностей, пытался решить, какие дела и поступки полезны для его здоровья. Другой же жил среди людей, был знаком с мудростью ученых, располагавших собственным опытом, опытом своих коллег и опытом предшествующих поколений. От них он узнавал, в частности, что полезно и что вредно для его тела. Несмотря на то, что этот человек в большинстве случаев не знал, каким образом пришли ученые к своим выводам и какова внутренняя природа их рекомендаций, его познания были гораздо более ценными, чем познания человека, жившего в пустыне и до всего доходившего своим умом. Ведь тот все время находился в сомнении: верны ли его выводы и заключения? Не будут ли они опровергнуты опытом? А другой может быть уверен, что то, что он делает, уже проверено многими.

Поэтому так велика наша вера в то, что в Торе заключена величайшая мудрость, величайшая истина. Эта вера вселяет в нас уверенность, которая глубже и сильнее, чем любое интеллектуальное проникновение. В корне ее лежит убеждение, что источником нашей веры является сам Всевышний, мудрость которого безгранична и непостижима.

Тем не менее, наши мудрецы по упомянутым выше причинам дали многим заповедям объяснения, доступные человеческому разуму. Следует помнить, что мудрецы хорошо понимают человеческую природу и знают, что вера многих людей во Всевышнего недостаточно крепка, так что они нуждаются в рациональном объяснении того, что предписывает им Тора. Их восхищает возможность найти объяснение заповедям и, таким образом, они сильнее привязываются к ним и охотнее выполняют, проникаясь глубокой верой – самым ценным, чем может наделить нас разум.

Вот почему наши мудрецы дали объяснение многим заповедям, в том числе и заповеди счета омера.

О смысле заповеди счета омера

Рабейну Нисим в своем коммеяатарии к Трактату Талмуда Псахим приводит следующий рассказ мудрецов: «Когда Моше сказал евреям перед выходом из Египта: «Вы будете служить Всевышнему», – те спросили: «Когда же настанет это служение?» Моше ответил: «Через пятьдесят дней». Тогда каждый из евреев стал вести счет дней для себя. Поэтому и ввели наши мудрецы счет дней омера».

Это означает, что и в наше время, когда Храм разрушен и служение в нем невозможно, когда мы не приносим в жертву ни омер в Песах, ни первые плоды урожая в Шавуот, у нас все же осталась главная часть служения Всевышнему – принятие заповедей, предписанных Торой. Мы стремимся выполнять заповеди с такими же любовью и старанием, с каким выполняли их наши отцы, вышедшие из Египта. Ведь и они не могли по-настоящему выполнить заповедь счета омера, так как еще не вошли в Эрец Исраэль. Они только считали дни, оставшиеся до дарования Торы, которого они ожидали с нетерпением. Точно так же ожидаем и мы наступления праздника Шавуот, дня дарования Торы – и считаем оставшиеся дни.

С чем это можно сравнить? С притчей о вельможе, который шел по дороге и обнаружил человека, посаженного в яму, вырытую рядом с дорогой. Вельможа сказал заключенному: «Сейчас я вытащу тебя из ямы, а через столько-то времени выдам замуж за тебя свою дочь». Заключенный удивился и не совсем поверил: вельможа обещал не только спасти его, но и возвысить, выдав за него дочь! Но вельможа действительно вытащил его из ямы, одел его в дорогие одежды, дал золота и серебра. Когда бывший заключенный убедился, что вельможа уже выполнил часть своих обещаний, он начал считать, через сколько времени тот выдаст за него свою дочь.

В Сефер га-хинух сказано:

«В основе заповедей лежит та простая истина, что основой существования еврейского народа является Тора, и именно благодаря ей были сотворены небо и земля. Именно поэтому (и только ради этого) мы были избавлены от египетского рабства. Мы вышли из Египта для того, чтобы получить Тору на горе Синай и затем исполнять ее предписания. Тора олицетворяет все позитивное, что только есть в мире, она важнее и значительнее, чем даже освобождение от рабства. Именно потому, что Тора – основа нашего существования, и ради нее мы были освобождены и достигли величия, нам была дана заповедь считать дни, начиная со следующего за первым днем Песаха и до дня дарования Торы. Считая их, мы показываем, как жаждет наша душа этого дня – так же, как тот, кто работает под палящим солнцем, с нетерпением ждет момента, когда на него падет благословенная тень. Он беспрерывно повторяет: «Когда же настанет этот сладкий миг?» Ибо когда человек считает дни до заранее установленного срока, он показывает свое страстное желание поскорее дожить до него.

Мы считаем прошедшие, а не оставшиеся до праздника дни, по той же причине – из-за страстного желания, чтобы наступил день дарования Торы. Поэтому мы радуемся каждому прошедшему дню, уменьшающему срок расставания».

Абудрагам приводит еще два объяснения.

Счет дней омера был необходим, так как все евреи в это время года заняты жатвой и другими полевыми работами каждый на своем поле, и без этого они могли бы пропустить день праздника и паломничества в Иерусалим.

Кроме того, как известно, в период между Песахом и Шавуот весь мир серьезно озабочен состоянием посевов и плодовых деревьев, которые должны принести плоды, как сказано в первой главе Трактата Рош Гашана: «Для чего заповедала Тора принести (в Храм) омер в Песах? Чтобы посевы в полях удостоились благословения. Для чего заповедала Тора принести (в Храм) два хлеба в Шавуот? Чтобы получили благословения плоды деревьев. Для чего заповедала Тора проливать воду в Сукот? Для того, чтобы дожди этого года удостоились благословения». Поэтому и заповедал Всевышний считать эти дни, – чтобы мы помнили о проблемах, заботящих весь мир, и обращались к Нему с этими проблемами, просили Его сжалиться над землей и населяющими ее существами и дать им хороший урожай.

Из книги Зогар

Смотрите: когда евреи жили в Египте, они находились во власти других людей. Они были неотделимы от окружавшей их нечистоты, так же как женщина в период менструации (ибо нечистота ее исходит от нее самой). Но совершив обрезание, они вступили на «территорию» Всевышнего, имя которой – брит (союз). После того, как евреи прилепились к Всевышнему, нечистота «оторвалась» от них, как «отрывается» она от женщины, когда у нее прекращаются кровотечения. Что делает женщина в этот период согласно предписанию Торы? Она «отсчитывает семь дней»! Так и в нашем случае – после того, как евреи вступили на «территорию» Всевышнего, от них «отделилась» нечистота, и Всевышний сказал им: «Теперь вы должны вести счет дням, чтобы полностью очиститься». Поэтому в Торе сказано: «Сосчитайте себе...» Себе, именно себе – точно так же, как в случае с женщиной, о которой в Торе сказано: «И она считает себе семь дней». В обоих случаях человек совершает этот счет ради себя самого, ради собственного очищения в освященных водах. Только после этого еврейский народ может соединиться с Творцом и получить Его Тору. В первом случае речь идет о семи днях, во втором – о семи неделях. Почему именно семь недель? Чтобы получить возможность очиститься в «живой воде» реки (одно из названий Торы). Все «семь суббот» вытекают из этой реки (это указание на семь семилетий, установленных Торой – семилетний цикл шмиты и семижды семилетний цикл йовеля, а также на семинедельный счет дней омера).

В Торе сказано: «Отсчитайте себе от второго дня праздника». Эти слова указывают, что даже после того, как еврейский народ очистился в Песах и покинул мир нечистоты, он еще не достиг необходимой степени чистоты. Поэтому мы и не читаем в дни Песаха полный Галлель. Точно так же ведет себя женщина, начинающая период очищения – они «считает дни». То же самое сделали евреи после Исхода из Египта. Они порвали с египетской нечистотой, принесли пасхальную жертву и съели ее так, как велел им Всевышний. После этого им оставалось лишь пойти тем же путем, которым идет женщина, очищающаяся от нечистоты, чтобы получить право соединиться со своим супругом. Еврейский народ должен был сосчитать пятьдесят дней очищения, чтобы стать достойным вечной жизни и получить Тору. Сорок девять из этих пятидесяти дней представляют сорок девять различных лиц Торы, а пятидесятый – всю Тору в ее безмерной сложности. Эти пятьдесят дней соответствуют пятидесятилетнему циклу йовеля, состоящему из семи семилетних циклов шмиты.

Рав Меири добавлял, что эти семь недель соответствуют семи видам нечистоты, о которых рассказывает Тора. В бытность свою в Египте евреи сталкивались со всеми семью видами и не принимали против них никаких мер предосторожности. Поэтому, выйдя оттуда, им пришлось сосчитать эти семь недель.

Семь качеств счета омера

Знатоки тайного еврейского учения (Каббалы), ученики великого Ари, определили, что сорок девять дней счета омера должны способствовать исправлению «дефектов», от которых пострадали семь позитивных качеств, на которых зиждется правильно построенный мир. О мире, в котором все эти качества присутствуют в должной мере, Тора говорит так: «И увидел Б-г все, что Он создал, и вот – весьма хорошо» (Берешит, 1,31).

Вот эти семь каббалистических качеств-мер: хесед (милосердие), гвура (мужество), тиферет (красота, великолепие, слава), нецах (вечность), год (величие, сияние), йесод (основа), малхут (царская власть). (Речь идет о сложнейших понятиях, поэтому любой перевод или даже краткая интерпретация этих слов будут весьма приблизительными – прим. ред. пер.)

История человечества знает семь великих руководителей, которые направляли мир и «посеяли» в нем эти семь качеств после того, как грех Адама нарушил исходный порядок мироздания. Их влияние ощущается в мире и сейчас, несмотря на все грехи, совершенные Израилем после дарования ему Торы.

(продолжение следует)