В тебе живут мои черты.
Во мне твои порой всплывают.
Мы в нашем доме, том, что с краю,
в бесстрастном мареве звезды.

Звезды непризнанной и дальней,
безмолвной, бледной и седой,
что между мною и тобой
все тянет тонкий луч печальный.

В холодной вечной вышине
дрожит дитя больного света.
Плывет январская планета
в настороженной тишине.

А мы судьбе ее внимаем,
отринув вьюги забытье,
чтобы потом идти вдвоем
в дожде сиреневого мая.
[586x692]