Покатились слезы, как горошины,
по твоим обиженным щекам.
Ты их тихо трешь, моя хорошая,
краешком помятого платка.

И глядишь с немою укоризною,
держишься за краешек стола...
В той моей,давно ушедшей жизни,
в той, в которой ты еще была.

Я смотрю в глаза твои печальные,
зная, что нельзя тебе помочь.
Собралась уехать в дали дальние
я, твоя единственная дочь.