Смысл случайный, но принятый мной,
ничего не меняет по сути.
Я хочу обойтись тишиной,
не являясь на солнце и люди.

Я хочу в полумраке гардин
утешать белоснежность тетради.
И продлить утомительный сплин
мелких строчек трепещущих ради.

В тишине прорастают слова,
вопреки здравомыслию скуки.
Их лелеют, касаясь едва,
утомленные бледные руки.

И рассвет, заглянувший извне,
полумрак у гардин не меняет.
Я люблю пребывать с тишине
моего незавидного рая.