Это цитата сообщения Кери24 Оригинальное сообщение

«Я просто живу»

[700x505]
Микаэл Таривердиев родился 15 августа 1931 года в Тбилиси,в армянской семье, которую в городе хорошо знали.
Его дед Гришо Акопов был авторитетным человеком.
Землевладелец, в городе у него был большой кирпичный дом в три этажа в районе Дидубе.
Владел большими фруктовыми садами на берегу Куры, занимался торговлей.
Сато, мать Микаэла Таривердиева, была одной из шестерых его дочерей.
Вышла замуж за Леона Таривердиева, приехавшего в Тбилиси из Баку, где он окончил финансовую академию. Но родом он был из Карабаха.
Когда родился сын, Сато Григорьевна всю себя посвятила ему.
Это был долгожданный ребенок, единственный.
И если говорить о главном, что сформировало Микаэла Таривердиева как человека, его восприятие мира, людей, его характер, это была любовь.
В детстве эта любовь матери сочеталась со строгостью воспитания и со всем укладом «хорошего дома».
Он и внешне похож на мать, удивительной красоты женщину.
Он композитор необычной судьбы.
Его имя было популярным на протяжении всей его жизни в искусстве.



Для многих он так и остался автором музыки к кинофильмам «Семнадцать мгновений весны» и «Ирония судьбы».
Широко известные работы в кино заслонили огромный пласт творчества Микаэла Таривердиева.



Вокальные циклы, сочинения для органа, оперы, балеты, инструментальные концерты .
Микаэл музыкальными способностями смахивал и на Верди, и на Моцарта, в шесть лет пошел в музыкальную школу при Тбилисской консерватории, в восемь лет уже был автором серьезных камерных произведений, а в десять замахнулся на масштабное симфоническое полотно.



Как все художественно одаренные натуры музыкант был чувствителен и влюбчив.
Он полтора года занимался в Ереванской консерватории, но решив учиться в Москве, взял штурмом Гнесинское училище.
И попал… ну да, в класс маэстро Хачатуряна, который, к счастью, оказался выше житейских неурядиц…
Таривердиев пришел в кинематограф рано и, казалось бы, случайно.
Он неоднократно вспоминал и описал в своей книге появление в Институте имени Гнесиных ребят из ВГИКа, которые искали композитора для своей курсовой работы. Шла сессия, всем было некогда.
Но жадный на новое Микаэл Таривердиев был такому предложению страшно рад.
Так он стал автором музыки к своему первому фильму - «Человек за бортом». Режиссерами картины были Эльдар Шенгелая, Эдуард Абалов и Михаил Калик. Главную героиню играла Людмила Гурченко, тоже студентка ВГИКа, но уже знаменитая своей главной ролью в «Карнавальной ночи».
Так завязались первые кинематографические связи. Так появился в жизни Микаэла Таривердиева Михаил Калик.
Именно с ним рождается феномен его работы в кинематографе, именно с дуэта Калик-Таривердиев в картине «Человек идет за солнцем» начинается подлинная популярность и востребованность в профессии.
За первыми работами последовали другие.
Кино было пересечением главных дорог и общений в искусстве.
Первым из композиторов Микаэл Таривердиев обратился к поэзии Б.Ахмадуллиной, А.Вознесенского, Е.Евтушенко.
И именно он запечатлел их поэзию в музыку, навсегда слившись в единый, неразрывно сегодня живущий текст.
Работа в кинематографе, востребованность, дружба с «Современником» и его основателями (Микаэл Таривердиев написал музыку к двум спектаклям, в фильмах его песни исполняли О.Табаков, О.Ефремов, другие знаменитые актеры) рождало огромный круг знакомств.
Многие из этих знакомств стали почвой для многолетних отношений.
Но стиль этих отношений менялся от десятилетия к десятилетию.
Женщины играли в его жизни чрезвычайно важную роль.
Его отношение к ним меняется в разные годы диаметрально.
Он их боготворит, потом он их презирает, но он невероятно от них зависил.
И не мог без них жить.
Он был женат несколько раз. Каждый раз ненадолго.
В последние годы он признавался, что искал в браке «тихую пристань».
Но каждый раз вновь найденная «тихая пристань» оказывалась очередным вулканом и заканчивалась разрывом отношений.
История действительно была в жизни Микаэла Таривердиева.
Речь идет о романе с Людмилой Максаковой, в которую он был влюблен.
Роман этот закончился трагически.
Они ехали в машине ночью, она сидела за рулем его машины.
Из кустов выскочил прямо под колеса человек.
Микаэл Таривердиев пересел за руль и взял ответственность за случившееся на себя. Человек погиб.
Начались судебные разбирательства.
Процесс длился около двух лет.
В результате Микаэла Таривердива осудили.
От тюрьмы его спасла амнистия.
В один из критических моментов, когда решалась судьба дела, Максакова уехала из Москвы.
У него отнимались ноги.
Отношения с Максаковой он порвал, хотя это стоило ему огромных душевных усилий.
Эта история перевернула его мир.
Он столкнулся со смертью. Пусть не по своей вине.
И еще он не мог пережить боли и унижения.
Весь мир как будто отдалился от него, а он – от мира.
Самым страшным, непереносимым для него были унижение и предательство.
Мог ли он поступить по-другому? Нет, не мог. Это его поступок.
После этой истории он отдаляется от друзей, от тех артистических блестящих компаний.
Да и компании изменились.
Они становятся гораздо более светскими, в них нет уже того водоворота идей, которые бродили в компаниях 60-х. Каждый начинает жить сам по себе.
Он, уходит в свое одиночество, выстраивает карьеру.
Нет, он не перестает любить и восхищаться своими многочисленными теперь уже знаменитыми друзьями.
Но он проводит черту между собой и внешним миром, словно очерчивает вокруг себя границу, за которую он мало кого допускает.
Он не становится циником, скептиком.
Он по-прежнему непрактичен и по-прежнему романтик.
Возможно, он разочарован в любви.
Но, опасаясь женщин и не переставая ими увлекаться, он все же внутренне стремится к идеальной любви, в которой ищет возможность преодолеть свое одиночество.
Пик популярности Микаэла Таривердиева приходится на 70-годы.
Именно в эти годы появляются самые знаменитые фильмы с его музыкой – «Семнадцать мгновений весны» и «Ирония судьбы».
Премьера «17 мгновений» состоялась в сентябре 1973 года и имела оглушительный успех.
Наступило время испытания популярностью.
В этой популярности было много приятного.



Вообще, Микаэл Таривердив был неординарен во всем, поступал только так, как считал правильным, непримиримо отстаивал свои взгляды и никогда не делал того, чего не хотел.



Вера — история любви
13 лет они были вместе. Но так и не переступили обращения на «Вы».
Чтобы на людях не показывать захлестывающую нежность друг к другу.
К моменту нашей встречи Микаэл Леонович был женат несколько раз.
Я тогда работала в газете «Советская культура», была музыкальным обозревателем.
Я защищала справедливость. В музыке. И мне очень нравилось это делать.
Я была первым человеком, кто написал о Шнитке в газете ЦК КПСС, и это был первый положительный отзыв о нем в советской прессе.
Это тогда считалось скандалом.
Несколько лет назад я окончила Гнесинку, защитила диплом по французской музыке ХН! века и была очень увлечена своей работой в газете.
Я была замужем, у меня был ребенок.


Таривердиев М. - Не исчезай
Хотя мне уже было понятно, что брак исчерпал себя.
Когда вы познакомились с Таривердиевым, вам было двадцать шесть, ему — пятьдесят два. А как произошло само знакомство?
Как-то так сложилось. что Микаэл Леонович меня знал по публикациям.
Я его, естественно, знала, как публичного человека.
Хотя не могу сказать, что тогда была знатоком его музыки.
Узнав, что он хочет написать статью о Родионе Щедрине, позвонила, мы договорились встретиться.
Микаэл Леонович пригласил меня на репетицию.
Собственно, так и познакомились.
Потом он позвал на свой концерт.
Потом мы еще раз с ним встретились.
Потом мы поехали на камерный фестиваль симфонической музыки, который Щедрин устраивал в Вильнюсе.
На этом фестивале исполнялся скрипичный концерт Таривердиева.
« … Вера оказалась там тоже. Вильнюс, туман, странное ощущение, что мы знакомы давно.
Ощущение страха что-то спугнуть. Желание приручить … у меня было много женщин. Осталась одна.


Впервые я был не одинок.
И впервые у меня появилось ощущение страха.
Я никогда ничего не боялся. Так хотелось продлить ощущение радости и nолета … », (Из книги Микаэла Таривердиева «Я просто живу»).
~ Чувства недоверия не возникло?
Абсолютно не было. Я наивный и доверчивый человек. И он такой же. А потом, скорее, его обольщали, чем он.
~ Я имела в виду его репутацию донжуана?
О нем очень точно Андрей Вознесенский сказал: смесь Дон Жуана с Дон Кихотом. Конечно, он женщин чувствовал и понимал.
И женщинам он очень нравился.
Он же такой яркий, красивый, необыкновенный … ~
Что вы почувствовали тогда, в первый момент знакомства?
Когда мы встретились, появилось такое теплое ощущение не-одиночества.
Но ощущение близости, не случайной близости — оно разворачивалось постепенно ….
Он же сам считал, что он одиночка, и все вокруг тоже так думали.
Во мне он ценил не просто женщину, но близкого человека.
~ Из Вильнюса вы вернулись в Москву, и еще несколько лет у вас ведь был тайный роман, так?
Я стала жить двойной жизнью.


Микаэл Таривердиев Сонеты Шекспира
Жуткий страх, что я могу потерять своего ребенка, буквально преследовал меня.
Я боялась, что его отберут.
Что потом, в каком-то смысле, произошло.
«Мы придумали свой мир. И закрыли его тайной. Нам было так хорошо. У нас даже Новый год свой. Еще когда мы не могли его встречать вместе, 31 декабря мы переводили все часы в доме на четыре часа вперед. Ставили видеопленку «Иронии судьбы … », и наступал Новый год. Это и был настоящий Новый год … », (Из книги Веры Таривердиевой «Биография музыки»)
Впервые я вышла «на свет Божий» в Сухуми.
Ашот, водитель катера, договорился, что мы поживем в его недостроенном доме на окраине города, у маяка.
Из московской слякоти я прилетела в теплую нежную ночь.
Октябрь, угасающее абхазское лето.
Маленький блестящий одинокий баклажан в огороде.
Полосатые матрасы, привезенные из Дома творчества.
Солнце по утрам бесцеремонно заглядывает в окна без занавесок.
Мы больше не хотели расставаться …
Но надо знать Микаэла Леновича! Он человек, который категорически не принимал давления.
И он сопротивлялся.
И если не принимал, мог поступить ровным счетом наоборот — из чувства протеста. Это приводило к не всегда хорошим для него последствиям.
Мог натворить что-нибудь сгоряча.
У него был совершенно бешеный темперамент.
Представляете, какой силой волей он должен был обладать, чтобы так блестяще внешне сдерживать свою сверхчувствительную натуру?!


Микаэл Таривердиев - Я принял решение
«В семье виноватым может быть всегда только один. Неужели ты не понимаешь, что это очень удобно? Не нужно разбираться, выяснять отношения …
Так мы выводим формулы нашей совместной жизни.
Виновата всегда я.
И никогда с этим не спорю.
(Из книги Веры Таривердиевой «Биография музыки»).
— Такая формула взаимоотношений чрезвычайно комфортна.
Он стал тем мужчиной, который меня сформировал.
После него для меня другие мужчины — ненормальные.
Я женщина его формата.
И для меня существование в другой структуре просто невозможно.
В семье он, безусловно, был главным.
Но это для меня как раз самое естественное состояние.
Мне очень нравилось быть его женщиной.
Мне чрезвычайно нравился наш быт. Мне нравилось готовить, ухаживать за ним. Женщина, если она любит, получает от этого удовольствие.
Если не любит, ее быт раздражает.
Это закон.
В каком-то смысле он был моим подопечным, как и я его.
У нас был свой мир, мы были настолько сконцентрированы друг на друге, что нам совершенно не нужен был третий.
Нам действительно это было не нужно. Нам очень хорошо было вдвоем.
~ Вера, насколько понимаю, вы были готовы к тому, что он уходит, он долго болел …
Этого никогда не ждешь и в это не веришь.
Но эта тема уже у нас была … Теперь я знаю, что он чувствовал свой уход.
После операции в Лондоне он шутил, что теперь сердце у него из обшивки «Шаттла», такое прочное.
Где-то в апреле ночью он стал играть на рояле.
Я так удивилась, потому что на рояле он в последнее время не играл.
И он как-то особенно посмотрел на меня и сказал: прощаюсь со своим роялем.
Летом мы полетели в Сочи на «Кинотавр».
Приехали в аэропорт, нас там встречают близкие люди.
Мы вместе с Олегом Янковским поднимаемся по трапу, а Микаэлу Леоновичу так тяжело даются ступени этой лестницы.
И я так остро помню, как Олег на него посмотрел … немного испуганно, потому что ему уже тогда было очень плохо.
Прилетели в Сочи, а там сплошной дождь, и грустно так, и мы никуда не выходим, один раз — на пляж.
А потом Сережа Урсуляк отвез нас в «Актер», куда у нас была путевка, оставаться на «Кинотавре» было неуютно.
Обратные билеты у нас были на 25 июля, я купила их за месяц.
И на 16 часов у нас был рейс, а в 6 утра это случилось …
И мы на этом самолете улетели. Вместе.
Альтовый концерт, который он написал в 1993 году, за три года до смерти, это концерт ухода. Это прощание, это о том, как душа расстается с телом.
Эта музыка всегда производит очень сильное впечатление.
Концерт — уход, а Трио — самое последнее произведение Микаэла Леоновича .
«В последние годы ему часто снился один и тот же сон.
Как будто он плывет в море.
Море уносит его далеко.
И берег не виден. Это был грустный сон.
Море было веселым днем. Ночью, когда оно снилось, оно становилось грустным. Потому что это было другое море.
В его музыке, время которой еще не наступило, он одинок.
Впрочем, он всегда одинок, человек, самоопределившийся внутри самого себя.
Потому что он один на один с миром … ».



[650x483]

[600x600]