Однажды все кончилось. Утром меня погрузили в машину и как я не пытался объяснить, жалобно поскуливая, что мне вовсе не хочется уезжать, меня никто слушать не стал. Мне ничего не оставалось, как облаять на прощанье вышедших на прогулку собак, а потом и вовсе завалиться на боковую. Эта дорога была мне хорошо знакома и я собирался проспать до первого привала. Ехали долго, машин было много, на заправках меня не выпускали из машины и это мне очень не нравилось. Правда один раз maman сжалилась и устроила мне небольшую прогулку вдалеке от всех собачьих площадок. Лишь к вечеру добрались до дома.

Что-то не очень приятное сразу вспомнилось мне, когда я побежал к забору на свой наблюдательный пункт. То ли сосед - маленький псих, облаивал всех проходящих мимо его дома, чем несказанно бесил и старых и малых, то ли воспоминания нахлынули - я зарычал и немедленно был загнан домой. Потом мне долго объясняли, что надо быть спокойным и не обращать ни на кого внимания. Все было бесполезно - меня просто всего трясло, на что maman заявила - у собаки травма, стресс и еще черт знает что такое и меня надо показать либо терапевту, либо хорошему тренеру.

В школу я уже был записан. В мою любимую - дожью. Я никак не мог туда попасть раньше из-за неудобного расписания, но с весны расписание поменяли и я сразу был определен в старшую группу, хотя на тот момент мне бы и младшей хватило. По причине затянувшегося пубертета я теперь иногда просто вставал в позу - т.е. " включал ослика", все команды игнорировал и вообще - делал, что хотел.
Maman стала обзванивать знакомых, расспрашивать про хороших тренеров, которые помогли бы мне преодолеть страх и ненависть к моим обидчикам, все советовали показаться Урсу Башунгу, известному, как " человек разговаривающий с собаками". Maman и раньше слыхала про него, а также и то, что уж очень он дорогой - 300 франков за час ! и то, что он этих денег стоит и что собак потом " прям не узнать". Двух таких собак maman знала лично и очень даже хорошо их узнавала, во всяком случае, ей показалось, что собаки какими были такими и остались, но хозяева прямо распинались от похвал (наверное хотели, чтобы и maman раскошелилась). Но я то знал, что для меня никаких денег не пожалеют, лишь бы результат был хороший.

Пока не сняли швы, решили в школу не ходить. Выгуливали меня теперь в саду, благо, есть где разгуляться, но мне хотелось на волю, а воли не было. Зато моих родителей сразу вызвали и в полицию и в управление по собачьим делам. Здесь за нами строго следят, правда не всегда им это удается, иначе - зачем держать целое управление?
Одно из писем - жалоба хозяйки моих обидчиков - так разозлило мою maman, что я подумал, что и она "с цепи сорвалась", но когда я понял, что во всем обвинили меня, т.е - это я напал на волкодавов, я покусал себя и их, да заодно и своего отца, причем делал это одновременно сзади и спереди. Кроме того я был "грозой всей округи, неоднократно нападавший на бедных псов, даже одного загрыз чуть не до смерти...." , но судя по письму - это случилось еще до моего рождения! Я был тоже вне себя.

Родителям пришлось писать свою версию случившегося, maman перерыла тысячи фотографий , прежде , чем нашла нужные, где были зафиксированы ранние нападения на меня. На следующий день родителям предстояло объясняться в полиции.