27 ФЕВРАЛЯ 2014, АЛЕКСАНДР ПОДРАБИНЕК



То ли заразились манерами от Януковича, то ли зэковская культура, успешно вытеснив язык дипломатического протокола, сама завоевала высотку на Смоленской, но факт налицо: МИД России возмутился «беспределом» на Украине. Так и пишут в своем официальном комментарии: «Мы требуем от новой украинской власти остановить этот беспредел». По-моему замечательно: президент «мочит в сортире», МИД рассуждает о «беспределе»!
В чем же беспредел? Рискуя испытать терпение читателя, приведу комментарий полностью: «В России возмущены продолжающейся на Украине кампанией по сносу памятников. Вчера очередная варварская русофобская акция имела место в Львовской области, где демонтировали памятник русскому полководцу Михаилу Кутузову.
Мы требуем от новой украинской власти остановить этот беспредел».
Коротко и выразительно. Демонтаж памятника Кутузову — это варварская акция. Вот установка мемориальной доски Л.И. Брежневу — это цивилизационный прорыв и шаг по пути прогресса. Возвеличивание Сталина, истребившего значительную и лучшую часть русского народа — это, конечно, не русофобия. Русофобия — это демонтаж памятника одному из покорителей Польши и борцу с польской Конституцией.
Поднявшая несусветный визг прокремлевская пресса в подробности не вдается. И понятно почему. Подробности этой истории совсем не красят генерала Кутузова, будущего героя Отечественной войны 1812 года.
3 мая 1791 года в Польше была принята Конституция, которая установила правила государственного устройства, основанные на принципе разделения законодательной, исполнительной и судебной власти. (У нас такая конституция была принята через 202 года.) Это уже тогда до глубины души возмутило российскую монархию. Поднявшийся в Европе ветер революционных перемен грозил устоям Российской империи. Идея Конституции могла показаться заманчивой кому-то и в России. Этого нельзя было допустить. Выражаясь современным кремлевским языком, польские экстремисты дестабилизировали ситуацию в стране, приняли Конституцию без учета российских интересов и подвергли испытанию российско-польские отношения дружбы и сотрудничества.
Сейчас было бы сначала много нот, взаимных демаршей и переговоров, а тогда время было попроще — в 1792 году Российская империя двинула на Речь Посполитую свои войска. Двум российским армиям надлежало вторгнуться вглубь Польши, разбить польскую армию, войти в Варшаву, а там захватить и разогнать Сейм, позволивший себе неслыханную дерзость — принять в своей стране собственную Конституцию. 18 мая 1792 года 64-тысячная русская армия под командованием генерал-аншефа Михаила Каховского, двинулась в польскую Украину. Одним из четырех ее корпусов командовал генерал-поручик Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов.
Польская армия была меньше и слабее, к тому же в Польше нашлись политические силы, которые пошли на союз с Россией ради подавления реформ и отмены Конституции. 5 августа 1792 года русская армия вошла в Варшаву. Сторонники Конституции бежали, а польский король и Сейм приняли российские условия. Знакомая картина российской военной экспансии.
Среди других польских соединений во время этой войны русской армии противостояла дивизия под командованием генерал-майора Тадеуша Костюшко, будущего национального героя Польши. Костюшко и Кутузов не были первыми лицами в той военной кампании, но впоследствии оба вошли в историю. Тадеуш Костюшко — как защитник польской независимости, Михаил Кутузов — как победитель Наполеона Бонапарта.
Про роль Кутузова в усмирении Польши у нас вспоминать не принято. Он просто национальный герой, поэтому памятники ему ставили по всей стране. Особенно в советское время. В том числе и во Львовской области, которая в XVIII веке была частью Польши. И скажите теперь на милость, с какой стати жители Львовской области, которые в разные исторические времена были ближе то к Польше, то к Украине, но никак не к России, должны считать Михаила Кутузова своим национальным героем? Почему они должны чтить его память и молча взирать на памятники ему в своих городах?
Жители города Броды решили, что Кутузов — не их герой. Их можно понять, уж не говоря о том, что они вправе сами решать, памятники каким героям должны красоваться на площадях их города. Для русского патриотического сознания это, возможно, не очень приятно, но ничего не поделаешь — такова история и оставленная потомкам память о победах русского оружия.
Поэтому, возвращаясь к комментарию МИД РФ и новой мидовской лексике, я бы посоветовал министру Лаврову и его сотрудникам на понятном им языке не гнуть пальцы и отвечать за базар — никакого беспредела не было. Не надо звенеть монистой и парафинить безпонтово. И вообще, хватит восьмерить, а то попадете в непонятки — придется ломиться за пределы.