Это цитата сообщения Seniorin Оригинальное сообщение

Собственный опыт Э.Толле (из книги “Сила момента сейчас”) : “… И самым отвратительным из всего этого был факт моего собственного существования. …. «Я больше не в силах жить сам с собой». Эта мысль настойчиво повторялась в моем рассудке. И вдруг совершенно внезапно я сообразил, насколько необычной и оригинальной была эта мысль. «Я один или нас двое? Если я не в силах жить сам с собой, то тогда нас должно быть двое: “Я” и тот самый “сам”, с которым я не могу больше жить. А что если только один из нас настоящий?» — подумал я. Я был так потрясен этой странной догадкой, что мой ум как бы застыл. Я оставался в полном сознании, однако при этом у меня не было ни единой даже самой крошечной мысли. Потом я почувствовал, будто втягиваюсь во что-то, похожее на энергетическую воронку. В начале движение было медленным, потом постепенно ускорилось. Меня охватил ужасный страх, и тело начало трясти. Я слышал слова “не сопротивляйся”, будто бы исходившие из моей груди. Я чувствовал, что меня засасывает в пустоту. Было такое ощущение, будто эта пустота находится скорее внутри меня, чем снаружи. Внезапно страх исчез, и я ощутил себя в этой пустоте. Больше я ничего не помню. И не помню, что было дальше. Я проснулся от пения птицы за окном. Никогда раньше я не слышал такого звука. Мои глаза оставались закрытыми, но воображение рисовало образ драгоценного бриллианта. Да, конечно, если бриллиант может издавать звук, значит, он и должен быть таким. Я открыл глаза. Сквозь занавеси просачивался первый свет утренней зари. У меня по-прежнему не было никаких мыслей, и я чувствовал, я точно знал, что существует нечто такое, что мне еще надлежит познать, нечто бесконечно большее, чем мы себе представляем. Этим мягким свечением, струящимся сквозь занавеси, была сама любовь. На глаза навернулись слезы. Я встал и походил по комнате. Я узнавал ее, однако теперь я понимал, что никогда прежде не видел эту комнату в истинном свете. Все было свежим и нетронутым, как если бы только появилось на свет. Я брал в руки вещи, карандаш, пустую бутылку, удивляясь их красоте и наполненности жизнью. В тот день я бродил по городу совершенно пораженный чудом земной жизни, будто я сам только что народился на свет. Следующие пять месяцев я прожил в состоянии глубокого покоя и непрерывного блаженства. Потом интенсивность этого состояния немного ослабла, или, может быть, просто мне так казалось, ибо это состояние стало для меня естественным. Я по-прежнему сохранял способность действовать в этом мире, хотя и понимал — что бы я ни сделал, это скорее всего ничего не прибавит к тому, что у меня уже есть. Разумеется, я понимал, что со мной произошло что-то чрезвычайно важное, глубокое и значительное, но совершенно не представлял себе, что именно. Так продолжалось в течение еще нескольких лет, пока из духовных писаний и от духовных учителей я не узнал, что со мной случилось именно то, к чему все они стремились. Я догадывался, что сильнейший прессинг страдания, пережитого в ту ночь, должен был подтолкнуть мое сознание к отрыву от своего отождествления с несчастным и безмерно напуганным «я», которое, в конечном итоге, является ничем иным, как созданной умом фикцией. Должно быть, этот отрыв был столь полным, что это ложное, страдающее “я” тотчас сжалось, как бывает, когда из надувной игрушки вытаскивают пробку. То, что теперь оставалось, было моей истинной, вечной сущностью Я есть, сознанием в чистом виде, каким оно и было до своего отождествления с формой. Позже, оставаясь в полном сознании, я научился входить в это внутреннее пространство, в котором нет ни времени, ни смерти, и которое поначалу ощутил и воспринял как пустоту. Я пребывал в состоянии такого неописуемого блаженства и святости, что даже первоначальное ощущение, только что мною описанное, меркнет в сравнении с ним. …”©

 

Один художник ранним утром …
Нарисовал букет из роз.
Он по годам был очень мудрый,
Вот только не любил всерьёз.

 

А тот букет как будто ожил,
Переливаясь на свету.
Но сам творец не верил всё же,
Что создал он картину ту.

Игра воображения

Глядя на чудное творенье,
Художник плакал от тоски.
Что Бог в тридцатый день рожденья,
Не подарил ему любви.

Утро счастливого дня

Он был добрее всех на свете
И всех несчастнее вдвойне.
Ни на какой другой *планете*,
Не тосковал он , как в Москве.

День рождения

Как часто долгими ночами
Ему мечталось о былом.
Глаза, которые молчали,
Не мог забыть он день за днём !

Розы. Осень

Глаза, которые любили,
И принимали всё всерьёз
А также губы в ревной пыли -
Всё отразил в букете роз.

Жаркое утро

И сердце, и печаль людскую,
И тот далёкий островок,
Ту девочку - уже чужую,
Напомнил сказочный цветок.

Осенние цветы

Смотрел он долго на творенье
Что этим утром создавал
И позабыв про день рожденья,
Смеялся, плакал и мечтал.

Буцефал Черёмуха, 2010

Карминовые розы

Запах лета

[показать]

Пробуждение

Летний роман

Наваждение 

В объятиях осени

Розы Зима

Проявление чувств

В утреннем свете

В солнечном окружении

За снегом

Арония

Апрельское утро

Весна. Лето

Воспоминание

Сирень повсюду

Весенний марш

В мерцании мая

Вспышка на солнце

Снежные розы

Чувственность. Розы

Горьковатый запах осени 

Дуновение  Акварель

С нежностью

Первый день года 

Яркий май  Акварель

Эмоции Акварель

Утро с розами

Из лета

В саду

После слёз

Дребезги лета

Розы. Лето