Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение

ФЕРЕНЦ ЛИСТ (1811–1886). Тема Данте

  «Божественная комедия» Данте уже века будоражит умы человечества и, видимо, вечно будет интересовать людей, так как затрагивает их самые глубокие, явные и потайные мысли, страхи и думы, мечты и надежды.

 

  Композиторы также неоднократно обращались к этому сюжету, но одними  самых значительных и широко известных музыкальных произведений, навеянных дантовскими образами, стали Фантазия-соната «По прочтении Данте» Листа и его же «Данте-симфония», связанные с одним и тем же фрагментом из пятой песни «Ада» (поэма состоит из 100 песен, разделенных на три части по 33 песни в каждой и одной песни – пролога), когда Данте, сопровождаемый тенью Вергилия, спускается во второй круг Ада:

Так я сошел, покинув круг начальный,

Вниз во второй; он менее, чем тот,

Но больших мук в нем слышен стон печальный.

[показать]

   Лист был одержим образами Гете и Данте; бесконечны были его поиски Истины, он даже принял малый постриг и жил в келье в Ватикане, сочиняя церковную музыку. Он боялся Бога, но его лицо было повернуто к дьяволу: Лист был первым — наряду с Достоевским, — кто вывел фигуру дьявола, «Мефисто», как оборотную сторону «богоугодной» личности, этим заложив основание современного искусства с его  иронией и метаниями.

  Величайшее творение Данте вдохновила молодого Листа, блестящего пианиста-виртуоза, на создание фортепианной сонаты-фантазии «По прочтении Данте» (1838)

  В картинах страшных мук грешников, помещенных в круги ада, разворачиваются истории преступлений, показываются жертвы пагубных страстей. Перед смятенным взором поэта проносятся призраки  тех, кто познал на земле чувственную любовь, причем Поэт с изумлением узнает некоторых: «То Нинова венчанная жена, Семирамида, древняя царица»; Дидона, изменившая памяти своего первого мужа Сихея; «Клеопатра, грешная блудница»; «Елена, тягостных времен виновница»; «Ахилл, гроза сражений, который был любовью побежден; Парис, Тристан». Короткий, но необыкновенно выразительный и взволнованный, этот эпизод из «Божественной Комедии», где в центре — горестная история Франчески да Римини, обреченной на посмертные муки за измену мужу: вечно мчится она в адских вихрях со своим возлюбленным Паоло, пленял композитора гуманностью, красотой высоких чувств, побуждая к воплощению в музыкальных образах.

   Фантазийность именно в сонатности Фантазии-сонаты «По прочтении Данте» Листа воплощаются через постоянную импровизационность, монотемность и, наряду с этим, многотемность; отсутствие четких граней между темами, партиями , структурными построениями; ярчайшие контрасты между образами и возможность выявления моноинтонационности, монотематизма при достаточно явно выраженной программной полижанровости.

   В «дантевской» сонате сопоставляются различные образы: вслед за грозно-неумолимым вступлением — вихревая, возбужденная, неуклонно нарастающая главная партия и ликующие «колокольные звоны» побочной.

   Почти 20 лет спустя, в 1855 году, руководитель музыкальной жизни Веймарского княжества, ставшего его усилиями одним из крупнейших культурных центров Европы, прославленный дирижер и фортепианный педагог, композитор-новатор, автор «Фауст-симфонии» и симфонических поэм, вновь обратился к «Божественной комедии» на этот раз в жанре программной двухчастной симфонии.

8 июля 1856 года Лист закончил «Данте-симфонию», которую посвятил своему ближайшему другу Вагнеру.

   Первая часть — «Ад» — открывается медленным вступлением, где низкие медные и струнные инструменты, сопровождаемые тремоло литавр и ударами тамтама, как бы интонируют в унисон грозную надпись на вратах ада:

Я увожу к отверженным селеньям, 
Я увожу сквозь вековечный стон, 
Я увожу к погибшим поколеньям, 
Входящие, оставьте упованья.

   Последняя строка особенно важна: валторны и трубы чеканят ее, действительно не оставляя никакой надежды. Из начальной хроматической темы рождаются вихри и, убыстряясь, втягивая в свое кружение все новые инструменты, создают обобщенный образ ада (сонатное аллегро). Крики отчаяния, проклятья — единый нерасчлененный поток, дикий, исступленный, достигает мощной кульминации. Замыкая развитие экспозиции, возвращается медленное вступление, в котором медные грозными аккордами фортиссимо повторяют роковую строку. И вдруг все резко меняется. Мягко переливаются пассажи струнных с сурдинами и арфы и, замерев, уступают место свободно льющемуся речитативу бас- кларнета, звучащему без сопровождения. Вслед за тем английский рожок на фоне арпеджио арфы поет экспрессивную мелодию:

Тот страждет высшей мукой, 
Кто радостные помнит времена 
В несчастии.

   Рассказ Франчески да Римини. Развертывается великолепная любовная сцена. Тема, варьируясь, расцветает в страстном упоении. Весьма выразительны полифонические переклички солирующих виолончелей и скрипок, словно голоса Франчески и Паоло сливаются в любовном дуэте. И этот эпизод замыкает роковая фраза: «Входящие, оставьте упованья». Тени влюбленных растворяются, исчезают, и в репризе возвращаются адские вихри, сметая все на своем пути. В последний раз роковая фраза утверждается в мощном звучании оркестра, обрамляя первую часть.

[показать]   Вторая часть — «Чистилище» — медленная, сдержанная, полная ожидания искупления. Дантевская картина восхождения к небесам передана постепенным повышением регистра (виолончели, альты, скрипки, арфы). На этом фоне звучат сосредоточенные неспешные напевные реплики духовых, завершающиеся, подобно припеву, мажорными трезвучиями. Хроматизмы, отдаленно напоминающие о мотивах первой части, подготавливают центральный эпизод — фугато с темой жалобной и неспокой­ной, с угловатым ритмом, обилием акцентов, — словно воспоминание о муках ада. На кульминации фугато внезапно возникают красочные мажорные аккорды, навсегда прогоняя скорбь и страдание. Повторение начального раздела части приводит к заключительному женскому хору «Магнификат», в котором Лист цитирует подлинный хорал, опубликованный в Германии в 1532 года. Здесь нет развития, смены настроений. Длительно варьируется одно эмоциональное состояние — блаженство. Завершается симфония мистическим просветлением «Аллилуйи» и истаивающими звучаниями в верхнем регистре, подобно видению горних высей рая.