Это цитата сообщения liudmila_leto_-Stella_Polaris Оригинальное сообщение

Сергей Прокофьев.Великан ритма

[700x480]

Сегодня мы будем слушать запись – Пятый фортепианный концерт Сергея Прокофьева в исполнении Владимира Ашкенази. Будем слушать и делать то, чего нельзя делать: читать чужие письма.
Но сначала – краткая предыстория.
Пятый концерт был написан Прокофьевым в 1932 году. Концерт вышел свежим по музыке, по музыкальным конструкциям, мелодиям и ритму. Недаром Прокофьева называли «великаном ритма». Прокофьев был необычайно популярным и модным в те годы композитором в Европе.Но вот исполнять музыку его соглашались далеко не все.

Четвёртый фортепианный концерт для левой руки он сочинил специально для австрийского пианиста Пауля Витгенштейна, ставшего инвалидом в Первой мировой войне. И что вы думаете? Получив партитуру концерта, Витгенштейн написал Прокофьеву: "Я не понимаю ни одной ноты и играть не буду".

Поэтому Пятый фортепианный концерт Прокофьев уже «примерял» только на себя, на свои собственные возможности

Концерт № 5 соль мажор для фортепиано с оркестром ор.55 (1931)
I. Allegro con brio

II. Moderato ben accentuato

III. Toccata: Allegro con fuoco

IV. Larghetto

V. Vivo

Исп. Владимир Ашкенази

А сейчас несколько его юношеских летних писем к соученице Вере Алперс. 18-летний Прокофьев отдыхал в Сонцовке, Вера – в Павловске. Она предложила ему переписываться.
[370x530]
Вера Алперс в юности, в годы учебы в консерватории

Вот его первое письмо, датированное 1-м июня по старому стилю (по новому стилю – 14-м июня) 1909 года:
«Многоуважаемая Вера Владимировна! Целый день вожусь с роялем, сочинением и шахматами. Я играю очень много и без всякого толку: сначала упражняюсь с полчаса, а затем валю самую разнообразную музыку, начиная с «Золотого петуха» и кончая сонатами Скрябина, Глазунова, «Исламеем» и «Божественной поэмой», которую разыгрываю по четырёхручному переложению. Когда к вечеру голова разболится от шахмат, а пальцы от Скрябина, любуюсь нашими ночами, которые действительно очаровательны, с ярким белым месяцем и тёмным садом, и только злят меня орущие вовсю соловьи, которым вторит из соседнего ручья целый хор лягушек».

Ещё одно письмо 18-летнего Прокофьева к Вере Алперс. В своём письме из Сонцовки в Павловск он сообщает ей о нечто таком!..
«Недавно в наше захолустье проникла цивилизация, выразившись тем, что один богатый мужик купил себе граммофон. И вот под вечер это дьявольское изобретение устанавливается на вольном воздухе перед хатой и начинает хрипеть свои ужасные песни. Собравшаяся толпа галдит от удовольствия и фальшиво подпевает, собаки лают и воют, идущие из поля коровы мычат и бегут в разные стороны и, в довершение всех мук, кто-то начинает не в тон подыгрывать на гармошке! Я сначала закрываю все окна, затем сажусь играть на рояле, но, наконец, выхожу из себя и уезжаю на велосипеде в поле, спасаясь от этой отчаянной какофонии»...

Вот видите, друзья, какофония для разных людей имеет разное значение. Для Прокофьева какофонией была граммофонная пластинка, которой не в лад подпевают любители, а для многих – музыка Сергея Сергеевича. Но это раньше.

Отношение к музыке Прокофьева давно изменилось в лучшую сторону.

http://www.radiorus.ru/brand/episode/id/57109/episode_id/1567096/

P.S.Дружеские отношения Веры Алперс и Сергея Прокофьева сохранялись едва ли не до конца жизни композитора. Она приезжала к нему в Москву и как-то была у него на даче. Здесь на Николиной горе в 1951 г. был сделан любительский снимок двух старых друзей.
[393x525]
Сергей Прокофьев и Вера Алперс на даче Прокофьева на Николиной горе. 1951 г.
А в 1977 г. пианистка и педагог Вера Владимировна Алперс (1892–1982) передала в РНБ семейный архив Алперсов, включающий ее собственные документы, материалы ее отца – железнодорожного инженера, пианиста, композитора и музыкального критика Владимира Михайловича (1863–1921), и брата – пианиста Сергея Владимировича (1896–1936). В этом архиве целый ряд документов имеет отношение к Сергею Сергеевичу Прокофьеву.

http://expositions.nlr.ru/ex_manus/prokofev/alpers.php