Травушка

Велесов день
11 Февраля

Как во царство во Зимнее,
Что над всею землёй простиралося,
Снегом белым оно покрывалося
Да Морозом трескучим ковалося,

Всё ходила по нём да всё маялась
Сама Мара-Смерть, думу думала,
Думу тёмную, невесёлую.
Все про люд честной непочтительный.

Ох, не ценят людишки жалкие!
Ой, не любят её люди слабые!
Не хотят почтить её славой первою,
Всё Весну Красну дожидаются.

Надо всех наказать их, негодников!
Надо всех проучить их, охальников!
Чтобы знали они, окаянные,
Кто в земле этой нонича властвует!

Приходила к ней Лихоманка ползучая
Да на белый свет всё просилася.
Чтобы люд честной злою хворью бить,
Хворью гиблою, хворью чахлою.

Не пустила её Мара-Смерть, не отправила
Да сама уже всё напридумала,
Как над людом дурным ей потешиться
Да себя притом не обидети.

- Коль самих людей мне не трогати.
Чтобы злого о мне не подумали.
Угоню я Бурёнок да Зорюшек,
Их кормилиц - Пеструшек да Доюшек!

Угоню их в луга свои дальние!
Да умножу стада свои тучные!
Вот и пусть тогда с голода маются
Да меня денно-нощно пугаются!

Говорил ей на то грозный Кощный царь,
Что над Миром ушедших владыкою:
- Ой не то ты, Марена, задумала!
Не на лад сие дело затеяла!
Не повинны Бурёнки в людских делах,
Пред тобою ничем не виновные!
Знать, понять их тебе не по совести,
Так и дело сие да не почести!

Отвечала ему Зима-Мара-Смерть,
Брови тонкие грозно хмурила:
- Али я в своём царстве не властвую?
Али силы во мне не достанется?

Как задумала, так и сделаю!
А как сделаю, так и станется!
Накажу я люд непочтительный,
Уведу их коров на луга свои!

Обернулася Мара коровою,
Будто шкуру на кости набросила.
И глаза её тьмою наполнились,
И рога её хищно загнулися.

Потекла она сизою дымкою
По лесам, по долам да овражками!
Ох, достанется люду, припомнится
Непочтение их да гордынюшка!


Мезгирь бежал по сугробам, и лыжи скользили легко и быстро! Вспомнилось ему, как он в конце лета в этих местах волчат от рыси спас. Волк матёрый на охоте был, далеко, видать, ушёл, а волчица волчат выгуливала. Те большенькие уже, смешные. Всё себя показать хотят, любопытничают. А тут, как назло, рысь объявилась, здоровенный кот, видно, полакомиться решил. Кинулся с дерева на одного, да не успел, волчица на него стрелой бросилась да грызть стала, а тот тоже воин, да оружный сильнее волчицы будет. Стал он её когтями острыми рвать да зубами кусать, покатились они клубком по траве! Мезгирь лук натянул, да куда там стрелять, когда и не поймёшь, где кто мелькает? Но вот поднялся кот, а волчица уж дух испустила. На волчат глянул и идёт к ним, в своей силе уверенный. Те в логове замерли, дружка к дружке прижалися. Тут Мезгирьи пустил стрелку калёную, да и пришиб кота как стоял. И только он вышел к логову, шкуру рысью снять, как из лесу выскочил здоровенный волчище да между ним и волчатами своими встал, ощетинился, пасть ощерил, вот-вот бросится! Застыл Мезгирь будто столп и нож вперёд выставил, а как тот в руке оказался, и не понятно вовсе. Волк всё медлил да смотрел злым глазом.
- Не собирался я волчат бить. Лишь за подругу твою отомстить смог. Сам смотри, - развёл руками охотник.
Обнюхал волк подругу, рысь, следы вокруг да к волчатам в логово сунулся и оттуда глянул так, что заныло сердце у Мезгиря. Столько тоски в его глазах было! Отступил он назад, ну её, шкуру. Нечего чужому горю глаза мозолить, хоть волчат спас, и то ладно. Повернулся да своей дорогой дальше отправился. А ночью долго заснуть не мог, всё вой тоскливый слушал.
Охотник Мезгирь хоть куда, места знакомые, не раз он тут раньше бывал, лес редкий, а потому бежать легко. Сейчас через овражек перескочим, и осинник пойдёт, а там зайцев много, есть кого на обед подстрелить.
Выскочил он, как раньше делал, из за кустов, на край оврага, а края и нет вовсе! Видно, осенью водою бережок подмыло, он и обвалился, Всего-то ничего, аршина два, да для Мезгиря хватило, так и махнул головой вперёд да на коряги суковатые, что внизу копьями острыми торчали, и рухнул. Пропороли его сучья в нескольких местах насквозь. Боль по телу метнулась да и исчезла, а его потянуло куда-то. Видно, Мара-Смерть забирает, в царство Кощеево. Но вдруг остановилось все, и застрял он между Мирами, и в Нави, и в Яви всё как есть видит.
Вот стоит сама Мара-Зима да с Кощеем о чём-то спорит. Ну, ясно дело, не до Мезгиря ей пока. А об чём спор-то?.. Ухты! Надо же! Вон что она задумала! Коровьей смертью к людям прийти! Ну, тогда помирать мне пока не след, тем более что и ей меня забирать некогда. Надо людей предупредить, вот только как? Вернулся он в Явь, тут же боль стрелами пронзила, да что уж там, и раньше всякое терпеть приходилось, так и сейчас потерпим.
Скосил он глаза в одну сторону, в другую, никого вокруг, только две вороны прилетели и рядом на ветках уселись. Ворона не ворон, она хоть и умная, да с Богами не близка, и говорить с ней толку мало, но рядом-то и нет никого больше. Хоть так попробуем, решил Мезгирь. Подвинулся он поближе к Нави - от боли отдохнуть надо, а то аж в глазах от неё темнеть стало. Глянул он оттуда на ворон, а одна и говорит:
- Ну, чего уставился? Давай помирай, что ли, быстрее.
- Да, а то сейчас другие налетят, - подхватила вторая.
- Как же мне теперь помирать? - возразил Мезгирь. - Мне теперь людей надо предупредить, чтобы они скотину берегли да Маре-Зиме её погубить не дали! Может, вы поможете?
- Вот ещё, чего выдумал! - возмутилась первая. - Мы лучше тут посидим, тебя подождём.
- А коли Мара до коров доберётся, так нам же лучше! Ох, падали прибавится! Мы ж до самого лета пировать будем! - поддакнула вторая.
- Ты давай не отвлекайся, а то у нас терпение хорошее, да и его может не хватить.
- И чего вы сделаете? Волка позовёте? Зовите, а то у меня у самого никак помереть не получается.
- Зачем он нам нужен? После него тебя и половины не останется, - хохотнула одна.
- Затем, что так побыстрее будет, а то у меня уже в животе урчит, - сказала вторая.
Вдруг они встрепенулись и сорвались с места:
- У-у, накаркал,.. - донеслось до Мезгиря.
Вороны улетели, и рядом появился здоровый волчище:
- Вот оно что здесь! А я-то думаю, чего они тут раскаркались? Эй, ты как, живой ещё или нет?
- А кто его знает? Вроде и живой, а вроде и нет. Сам не пойму!
- Э-э, да я тебя знаю. Ты летом рысь убил.
- Было дело. А это твои волчата были?
- Мои. От четверых только двое и осталось, сейчас в стае охотятся.
- А ты чего ж не в стае?
- Старый, наверное становлюсь, всё одному побыть охота.
- Подругу забыть не можешь? Бывает.
- Ты, это. Может, помочь чем? Ну там, подсобить, чтобы не мучился, или передать кому что? А может, попробовать привести кого, чтобы тебя выручили?
- Да не меня уж выручать надо, а коров наших. Их Мара погубить хочет, коровьей смертью прийти!
- И что? Что мне ваши коровы?
- А то, что от наших и лесные падут.
- Ну, падут и падут, мне еды вдоволь будет.
- Эх ты, живность лесная. До весны будет тебе еда, а потом? В следующем году что жрать будешь? Вот не будет в следующем году коров да туров, что есть будешь? Одних зайцев или, как наша кошка Мурка, на мышей перейдёшь?
- Зайцев на всех не хватит, а мышей... маленькие они.
- Вот об том и разговор. Спасать надо коров.
- Да что ты меня уговариваешь? Надо так надо! Чего делать-то?
- Сбегай в деревню, приведи кого-нибудь из наших, Я им всё и обскажу. Только торопиться надо.
- Ага, сбегай-приведи. Гонца нашёл. Туда-то я добегу, а оттуда, со стрелой в боку да собаками порванный, много не набегаешь.

продолжение http://bastiliya.com/skazki-slavyanskii/travushka-velesov-denx-skazka-t2991.html

Серия сообщений "Для души":

Серия сообщений "Боги славян":