Будто зашла я в небольшой, похожий на деревенский, магазинчик. Знаете, в таких магазинчиках всё-всё продаётся: и хлеб, и одежда, и хозяйственные товары… За прилавкам стоит типичная, что называется «совковая», продавщица: женщина лет сорока пяти, в белом халате, с ярко-красными накрашенными губами под медными начёсанными волосами, удерживающими при помощи невидимок накрахмаленный ажурный чепчик.
Становлюсь в конец небольшой очереди, затем, покупаю какие-то продукты. Кажется, хлеб, решётку яиц, конфеты…
Вы знаете, я обычно я никогда не пересчитываю сдачу. Во-первых, так и не научилась хорошо считать в уме, а во-вторых, никак не запоминаются постоянно меняющиеся цены на товар… (Грешна, крайне доверчива и беспечна не по средствам) А тут надо же: нестерпимо хочу всё пересчитать!
Отхожу в угол магазина и долго считаю бумажки и мелочь, шевеля губами и загибая пальцы. Так и есть! Не хватает рубля! Подумаешь, рубль» Наплевать бы и растереть! Ведь не та сумма, чтобы поднимать волну!
Но я решительным шагом возвращаюсь к прилавку и молча протягиваю на ладони полученную сдачу. Та, продолжая обслуживать очередного покупателя, бросила равнодушный глаз на мою ладонь, потом надменный на меня. Пауза. Хотя ситуация, с моей точки зрения, ясна как день и без объяснений.
- Не хватает, - робко говорю я. – Рубля не хватает.
Выкладываю деньги на прилавок. Мадам «Надменность», демонстрируя всё своё плохо скрываемое презрение, в полном молчании пересчитывает деньги. Потом, кивнув, добавляет в денежную кучку рубль и протягивает снова мне.
Каждой клеточкой я ощущала на себе неприязненное отношение людей из увеличивающейся очереди. Уставшие, они забежали сюда после работы и жаждали, наконец, прийти домой и отдохнуть. А тут я, со своей дурацкой недостачей! Всё это, было написано на их лицах и щедро сдобрено тихим ропотом…
С зажатыми в кулаке деньгами я, наконец, отхожу в сторону и…(не поверите!) начинаю снова пересчитывать! То никогда, а то дважды подряд! И это несмотря на то, что чувствовала необычайную неловкость, задерживая на себе дополнительное внимание продавца.
Считаю. Что такое? Рубля как не было, так и нет! Последним в пачке лежал маленький глянцевый календарик с месяцами текущего года…
Я не верила своим глазам! Надо мной что – издеваются? Мелькнула мысль, что продавщица, блестящая физиономист, ошиблась дважды, так как не могла даже предположить, что я захочу ЕЩЁ раз пересчитать деньги.
И я опять (не падайте со стульев!) направляюсь к прилавку. Опять возвращенные мною деньги невозмутимо ею пересчитываются. Затем мне предлагается сдача уже другими купюрами и какой-то небольшой свёрток впридачу. Под нарастающее недовольство очереди я всё беру и отхожу в свой угол.
И …опять считаю. И…опять рубля нет… В свёртке оказался женский домашний в синюю крапинку халат. Я машинально накидываю его себе на плечи и … уже привычно направляюсь к прилавку…
Меня там, похоже, уже ждут. Продавщица выходит из-за прилавка и направляется ко мне. Я напряглась, даже глаза зажмурила. Но не ухожу. Чувствую, как с моих плеч снимают халат. Терплю. Потом снимают моё пальто. «Допрыгалась, коза, - думаю я, - Чего добилась-то, борец за справедливость? Трусы бы оставили…Как домой-то пойду?»
Вокруг всё стихло. Странное ощущение: будто сон во сне. Открываю глаза. Я стою одна посреди магазина. Нет продавщицы, очереди, нового халата, моего пальто, равно, как и вожделенного рубля.
Слышу за спиной шаги. Бежать? Ну, нет! Дудки! Решаю упрямо стоять на своём до конца! И дождусь свой рубль!
И тут я понимаю, что непонятно откуда взявшаяся продавщица помогает мне надевать роскошную шубу.
Ах! Что это была за шуба! Её невесомость, лаская, обволакивали моё непривычное к ТАКОМУ комфорту тело. Меня подвели к зеркалу, из которого на меня смотрела шикарно одетая дама! Голова закружилась от ощущения такой приятной меховой пуховости.
Я повернулась к продавщице, которая едва успевала отвечать на выскакивающие из меня вопросы: «Это мне? А за что? Неужели это не шутка? Я ничего ни у кого не просила! Только хотела вернуть …своё! Можно уходить? Что-о-о происхо-о-одит?»
Из всего того, что говорила мне продавщица, провожая меня, обескураженную, до дверей, мне запомнилось лишь, что «получение мною шубки – это вовсе не ошибка, не недоразумение, что никто назавтра за ней не придёт, короче, что всё случившееся со мной правильно и… правда…
------------
Всегда пытаюсь понять свои сны. На мой взгляд, самое точное толкование может дать тот, кому приснился сон. Если захочет подумать, сопоставить факты. И будет честен с собой!
Итак, сон – урок. Сделанные выводы покажут, насколько был усвоен материал.
Вот некоторые выводы:
- Чтобы что-то появилось у тебя в шкафу (или ещё где), надо честно спросить себя: А что ты сам сделал для этого?
- Шуба – это награда за желание восстановить справедливость, за неуспокоенность, за целеустремлённость, наконец.
- Сон – это укор мне за мою обычную нерешительность, инертность, нерасторопность.
- Укор за то, что много интересного проходит мимо, когда не удосуживаешься просто руку протянуть, чтобы отодвинуть занавеску, чтобы вернуть неправильную сдачу…