И волны бушуют вдали - история одной песни

Михаил Лезинский

 
Песня — художественный документ эпохи. Она всегда была выразителем судеб народных. Я хочу рассказать о широкоизвестной песне « Раскинулось море широко » .
Во всех песенниках написано: « Музыка и слова народные ». Но ведь были же авторы.

... Жил такой русский поэт Николай Федорович 
Щербина. В 1850 году у него вышел сборник « Греческие стихотворения ». И были в этом сборнике стихи « После битвы » . В них автор воспел освободительную войну греческого народа против турецких поработителей:

Не слышно на палубах песен, 
Эгейские волны шумят.,. 
Нам берег и душен, и тесен, 
Суровые стражи не спят.
Раскинулось небо широко, 
Теряются волны вдали ...
Отсюда уйдем мы далеко, 
Подальше от грешной земли!..
Год 1843.

Прочитал эти строки Александр Гурилёв . 
Композитор Гурилев , песни которого исполняются и сейчас: «Вьется ласточка сизокрылая», «Однозвучно гремит колокольчик», «Не заре туманной юности»... Композитору по душе пришлись стихи Николая Щербины, и он написал к ним музыку. Так родился этот романс... Тогда он был романсом! Назывался «Кочегар»...
Но не прижились слова Николая Щербины, народ придумал новые. И музыку — тоже. Написал новые стихи севастополец , моряк-черноморец Георгий Зубарев.
Будем точны: о происхождении слов песни «Раскинулось море широко» существует несколько версий. С исключительной точностью определить сегодня, кому принадлежит то или иное слово в песне, почти невозможно. Скажем так: Георгий Зубарев — один из авторов известной песни. И я , естественно, пытаюсь исследовать эту версию, которая мне ближе.
Георгий Зубарев служил на торговом пароходе «Олег». Условия были на нем, как в песне «Раскинулось море широко...» На пароходе «Олег» и произошел тот случай, который положен в основу песни.
В 1967 году севастопольский журналист Владимир Шаламаев разыскал в Балаклаве сестру Георгия Зубарева, девяностолетнюю Тину Даниловну Зубареву-Орличенко и записал несколько неизвестных текстов песни.
В 1976 году я встретился с другой сестрой Зубарева, Марией Даниловной Зубаревой-Архипец.
У восьмидесятилетней Марии Даниловны была отличная память. И она подтвердила, что первоначальный текст песни, который читал ей брат — Георгий Зубарев, был длиннее. И прочитала эти стихи:

Я помню, механик вскричал: 
— Подлецы! Задам я ему притворяться! — 
И, ткнувши ногою в бок мертвеца, 
Велел ему тотчас убраться.
— Не смейтесь вы! —с ужасом доктор вскричал,—
Он мертвый, совсем застывает!
Механик смущенный тогда отвечал:
— А черт же их душу узнает!
Я думал, что он мне бессовестно врет, 
Он не был похож на больного... 
Когда бы я знал, что он в рейсе умрет, 
То нанял в порту бы другого.

За эти и подобные строки Георгию Зубареву 
пришлось покинуть Черноморский флот и эмигрировать за границу. Судьба забросила его в далекое Марокко. Оттуда он писал матери в Севастополь:

...За все грехи мои жестоко 
Наказан я своей судьбой 
Скитаться у брегов Марокко, 
Глядеть на мутных волн прибой, 
И постоянно вспоминая 
О Севастополе родном ...

Началась русско-японская война, и Георгий Зубарев вернулся в Россию. Служил на транспорте «Камчатка» и погиб в Цусимском сражении.
Позднее советский поэт Всеволод Азаров напишет об авторе строк «Раскинулось море широко»:

Ведь сочинитель песни той 
Был, говорят, моряк простой... 
Прошел он путь бесстрашный свой, 
И смыт безжалостной волной 
Он был в сраженье у Цусимы...

Грозный революционный 1905 год. Романс «Кочегар» стал песней «Раскинулось море широко» и превратился в матросский гимн. Ее запели на броненосце «Потемкин». Только слова Николая Щербины Георгий Зубарев изменил:

По бурным волнам Черноморья,
Чуть видно темнея вдали,
Товарищ, мы едем далеко,
Подальше от нашей земли...

Владимир Ульянов - Ленин назвал «Потемкин» «непобежденной территорией» революции. И к зубаревскому тексту дописываются новые строки :

На нем не видать офицеров, 
И нет командира на нем, 
Нет равной «Потемкину» силы, 
Все битвы ему нипочем...

Ноябрьским утром 1905 года на революционном крейсере « Очаков » взвыла сирена и был передан флажный сигнал: « Командую флотом. Лейтенант Шмидт ».
«Очаков» был зверски расстрелян. Над бухтами 
Севастополя , над черноморскими волнами, окропленными кровью матросов, зазвучал знакомый мотив... Мотив знакомый , но слова — новые:

...Старушка, любимого сына
Ты ждешь не дождешься домой...
Гордись им —за правду, за волю 
Погиб он в пучине морской...

25 октября 1917 года пал Зимний дворец — последний оплот самодержавия. И на Дворцовой площади Петрограда запели «Раскинулось море широко». 
В песне вновь зазвучали слова черноморского матроса 
Георгия Зубарева...
Началась Великая Отечественная война. И песня-ветеран, песня-воин надела на себя матросский бушлат и солдатскую шинель...
Над городом зазвучала песня:

Раскинулось море широко
У крымских родных берегов,
Живет Севастополь могучий,
Решимости полной готов.
И грудью прикрыл Севастополь родной
Моряк, пехотинец и летчик,
У крепкой стены обороны стальной
Могилу находит налетчик...

Дважды на своем веку Севастополь держал испытание на мужество и каждый раз поражал мир силой духа. Великий Лев Толстой писал:

«Не может быть, чтобы при мысли, что и вы в Севастополе, не проникло в душу вашу чувство какого-то мужества, гордости , чтобы кровь не стала быстрее обращаться в ваших жилах».

Через много лет, защищая Севастополь, пулеметчица Чапаевской дивизии Герой Советского Союза Нина Онилова «ответила» Льву Николаевичу Толстому:

«Да! И кровь стала быстротекущей, и душа наполнена высоким волнением, а на лице яркая краска гордости и достоинства. Это наш родной советский город — Севастополь. Без малого сто лет тому назад потряс он мир своей доблестью, украсил себя величавой, немеркнущей славой.
Слава русского народа — Севастополь! Храбрость русского парода — Севастополь! Севастополь — это характер русского человека, стиль его души. Севастополь — это героическая и прекрасная поэма Великой Отечественной войны.
: Когда говоришь о нем, не хватает ни слов, ни воздуха для дыха-
|ния...»

Герой Советского Союза Нина Онилова, защитница Одессы и Севастополя,— одна из первых, кто полюбила песню «Раскинулось море широко у крымских родных берегов», погибла в марте 1942 года.
Свидетель ее гибели, писатель Александр Хамадан писал:

«...Нина Онилова угасала молча... Мы развернули сверток. В нем лежала книжка Толстого «Севастопольские рассказы», ученическая тетрадь... Мы развернули тетрадь. Первые страницы ее были исписаны рукой Ониловой , Торопливые, неразборчивые строчки. Полностью записан текст боевой песни приморцев: «Раскинулось море широко у крымских родных берегов...»
Погибла Нина, а песня, которую она пела под гитару в перерывах между боями, осталась... Только после горького отступления, в ней появились новые слова:

Не в силах мы город родной отстоять. 
Мы ходим в крови по колено. 
Подкошенный пулей свалился мой брат, 
Никто не прибудет на смену... 
Пускай мы погибнем в неравном бою, 
Но братья победы добьются. 
Взойдут они снова на землю свою, 
С врагами сполна разочтутся...
Оккупанты вошли в Севастополь. 

И почти на всех фронтах зазвучала песня:

Раскинулось Черное море, 
И волны бушуют вдали. 
Внезапно нагрянуло горе — 
Враги в Севастополь вошли.

С песней «Раскинулось море широко» моряки пришли под Одессу и Севастополь:

Я встретил его близ Одессы родной, 
Когда в бой пошла наша рота...

В первые годы войны на Северном флоте на музыку «Раскинулось море широко» была создана песня о сторожевом корабле «Туман».
Песня «Раскинулось море широко» в различных вариантах пелась всюду: в боях и походах, на коротком привале и в госпиталях, в эшелонах, идущих на фронт... Песня помогала не только переносить лишения, она поднимала в атаку, звала на подвиг:

Товарищ, не в силах я злобу сдержать,— 
Сказал пехотинец танкисту,— 
За муки народа, за Родину-мать 
Отмстим ненавистным фашистам...

Матросская песня стала служить всем родам войск. Ее пели на сопках Мурманских и у Кимас-озера пехотинцы:

Раскинулись ели широко,
Как в белых халатах стоят,
Засел на опушке глубоко
В земле белофинский отряд...

Ее пели курские, орловские и брянские партизаны:

Разбились вагоны, слетел паровоз , 
Мы сделали то, что хотели, 
И танки, и пушки, и фрицы вразброс 
На воздух, как щепки, взлетели....

Песню пели «полонянки» — девчата с Украины, угнанные в рабство в чужедальние края:

Раскинулись рельсы широко, 
По ним эшелоны идут. 
В чужую краину далеко 
Девчат-украинок везут...

Авторы почти всех фронтовых текстов неизвестны. Вот уж когда можно сказать: песни эти создал народ и они — народные!