Юрий Левитанский родился 22 января 1922 года в Черниговской области. Первые его стихи появились в середине 30-х годов в газетах Донбасса, когда мальчику было 13 лет. В 16 лет Юрий приезжает в Москву и поступает в знаменитый институт философии, литературы и истории.
Через 3 года начинается война и Юрий уходит на фронт добровольцем, сразу после сдачи экзаменов за 3-й курс. Поэт прошел путь от солдата до офицера, был награжден многочисленными орденами и медалями. При обороне Москвы в сорок первом он лежал на снегу, на льду за пулеметом рядом со своим другом и поэтом Семеном Гудзенко.
Я неопознанный солдат.
Я рядовой. Я имярек.
Я меткой пули недолёт.
Я лёд кровавый в январе.
Я прочно впаян в этот лёд –
я в нём, как мушка в янтаре…
Но он не был поэтом-фронтовиком, хоть и был военным фотокорреспондентом какое-то время. Война для него не закончилась в 1945 году, он еще воевал на сопках Маньчжурии.
Юрий Левитанский мало писал о войне в молодости, возможно потому что хотел забыть страшные мгновенья, а возможно, хотел осознать – чем стала война для миллионов людей.
…Ну, что с того, что я там был.
Я был давно. Я всё забыл…
Война для Левитанского всегда была незаживающей раной. Вплоть до его смерти. И если в дальнейшем поэт и писал стихи о войне, то с высоты своего духовного более позднего опыта.
…Я медленно учился жить.
Ученье трудно мне давалось.
К тому же часто удавалось
урок на после отложить…
В мае 1995 года ветеран Великой Отечественной отметил 50-летие Победы, а в июне был удостоен звания лауреата Государственной премии России за поэтическую книгу «Белые стихи».
Его позиция по многим вопросам даже в те либеральные времена многим казалась неожиданной. Особенно это касалось его оценки итогов прошедшей войны.
«Все эти годы меня ужасно раздражает канун 9 мая, когда начинается волна подготовки ко Дню Победы, — рассказывал он. — Я вижу, как власти стараются снять дивиденды с этого праздника. Мне очень обидно за ветеранов: на всю эту шумиху по поводу полувекового юбилея затрачены какие-то сумасшедшие миллионы. А что получат ветераны? Бесплатный обед?..»
В 1948 году выходит первый поэтический сборник стихов Ю. Левитанского «Солдатская дорога», а в 1963 году его книга «Земное небо» принесла поэту известность. Самая же популярная книга стихов «Кинематограф» была написана, когда поэту было уже 50.
«Жизнь моя, кинематограф, чёрно-белое кино!
Кем написан был сценарий? Что за странный фантазёр
этот равно гениальный и безумный режиссер?
Как свободно он монтирует различные куски
ликованья и отчаянья, веселья и тоски!
Он актёру не прощает плохо сыгранную роль –
будь то комик или трагик, будь то шут или король.
О, как трудно, как прекрасно действующим быть лицом
в этой драме, где всего-то меж началом и концом
два часа, а то и меньше, лишь мгновение одно…»
У него все было позднее, поздние стихи, поздняя любовь, поздние дети. Причем, удивляются критики, его лирика с возрастом становится прозрачней, как будто душа его не старела, а молодела. Его стихи – это размышление, это строки, пропущенные через сердце, тонкие, лиричные и очень личные. Стихи про одиночество, про место в этом мире. Все стихи – это «мои мгновенья, мои годы, мои сны».
Иногда стихи ироничны, но как-то мягко и застенчиво ироничны. Его стихи негромкие, как и он сам. И в этом – особое очарование. Но в то же время, отмечают его друзья, при всей своей интеллигентности и мягкости, он мог пойти на многое, отстаивая свои ценности, доказывая и убеждая со всем пылом и неожиданной страстностью.
В Москве Левитанский появился в середине пятидесятых, где и жил до конца жизни, писал стихи, работал переводчиком, обладая удивительным языковым чутьем и слухом.
И мы уходим в переводы,
идём в киргизы и казахи,
как под песок уходят воды,
как Дон Жуан идёт в монахи.
Прокормиться на собственные стихи трудно и Юрий Левитанский много переводит с немецкого, чешского, португальского, польского и других языков. Юрия Левитанского любили коллеги и выбирали ему стихи для перевода. Знали, что хорошие стихи в оригинале в переводе Левитанского становятся очень хорошими, он вдыхает в них свою жизнь..
У Юрия Левитанского много стихов о времени, об уходящем времени,
…Все проходит в этом мире, снег сменяется дождем,
все проходит, все проходит, мы пришли, и мы уйдем.
Все приходит и уходит в никуда из ничего.
Все проходит, но бесследно не проходит ничего…
О ценности каждого мгновения..
….Мы себя убеждаем — ну, что там печалиться
попусту,
но подстреленной птицей клокочет и рвется
в груди
этот сдавленный возглас — как вслед уходящему
поезду —
о мгновенье, помедли,
помешкай,
постой,
погоди!…
о вечной суете, убыстряющейся спешке нашей жизни
«Нету времени друг друга пожалеть,
от несчастья от чужого ошалеть.
Даже выслушать друг друга — на бегу —
нету времени — приедешь? — не могу!».
об уходящих друзьях и одиночестве.
….Что-то случилось, нас все покидают.
Старые дружбы, как листья, опали…
Его поэзия – это поиск добра, красоты, правды, смысла жизни. Его стихи стремятся расшевелить и пробудить, и напомнить, что жизнь – всего мгновенье. И надо быть чуть участливее, чуть добрее, чуть сострадательнее, чуть нежнее друг к другу. Хотя бы чуть..
Что для этого надо? Всего лишь вглядеться… вглядеться в лицо близкого, любимого, друга, просто прохожего..
Всего и надо, что вглядеться,— боже мой,
всего и дела, что внимательно вглядеться,—
и не уйдешь, и никуда уже не деться
от этих глаз, от их внезапной глубины…
Многие стихи Левитанского стали популярными песнями. Особенно в исполнении Камбуровой или дуэта Никитиных, столь любимых студенческими аудиториями. Помните «Диалог у Новогодней Елки» из «Москва слезам не верит» ( “Что происходит на свете? А просто зима”) да и другие песни из этого фильма?
“Кто-нибудь утром проснется и ахнет,
и удивится – как близко черемухой пахнет,
пахнет влюбленностью, пахнет любовным признаньем,
жизнь впереди – как еще нераскрытая книга…”
Он не был бунтарем, он был неравнодушным человеком, подписавшим десятки писем в защиту диссидентов. В годы распада СССР он был весь погружен в события и «вбирал в себя волны времени, его напасти, ужасы, катастрофы»
Это общество — словно рояль, безнадежно
расстроенный,
весь изломанный, весь искорябанный, весь
искореженный —
вот уж всласть потрудились над ним исполнители
рьяные,
виртуозы плечистые, ах, барабанщики бравые.
Как в беспамятстве, все эти струны стальные и медные,
лишь вчера из себя исторгавшие марши победные, —
та едва дребезжит, та, обвиснув, бессильно качается,
есть отдельные звуки, а музыка не получается.
И все так же плывет над пространством огромной страны
затянувшийся звук оборвавшейся некой струны.
В 1995 году Юрий Левитанский был удостоен Государственной премии Российской Федерации за сборник «Белые стихи».
Слухи о возможном присуждении Юрию Левитанскому Государственной премии России начали циркулировать еще зимой. Когда положительное решение уже стало фактом, поэт вдруг настойчиво заговорил о том, что принимать эту премию ему неловко, совестно: как же так, он, видите ли, непрестанно критикует власти в печати, а тут ни с того ни с сего примет от них «подарок» — это, мол, напоминает чуть ли не взятку!
В июне во время церемонии вручения Государственной премии в Георгиевском зале Кремля Левитанский произнес в лицо президенту России горькие слова, которые у многих вертелись на языке, но почему-то никогда не произносились во время торжественных мероприятий, подобных этому.
Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже – как умею.
Ни к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.
«Наверно, я должен бы выразить благодарность также и власти, но с нею, с властью, тут дело обстоит сложнее, ибо далеко не все слова ее, дела и поступки я сегодня разделяю. Особенно все то, что связано с войной в Чечне,— мысль о том, что людей убивают как бы с моего молчаливого согласия,— мысль эта для меня воистину невыносима».
….Что происходит на свете? – А просто зима.
Просто зима, полагаете вы? – Полагаю.
Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю
в ваши уснувшие ранней порою дома….
В трагический день 25 января 1996 года он чувствовал себя неважно. На улице лютовал мороз, и выходить из дома ему не следовало. И все же он пошел...
«Круглый стол» московской интеллигенции проходил в городской мэрии на Краснопресненской набережной. Среди выступавших был и Юрий Левитанский. Он опять говорил о чеченской войне.
Он брал слово дважды, горячился, нервничал, несколько раз высказывался с места...
Больное сердце не выдержало. Поэт остался верен себе, своим принципам до конца.
Это случилось на 3-й день после его 74 -летия
….На зыбучий этот снег
осторожно ставлю ногу,
и помалу, понемногу
след теряется вдали.
В белый морок, в никуда
простираю молча руки —
до свиданья, мои други,
до свиданья,
до свида……