Рудольф Нуриев – легендарный артист балета, который был востребован и на советской сцене, и за рубежом. Он считается самым значительным танцовщиком XX века, а техника и особенно прыжок Рудольфа Нуриева – хрестоматийными.
Нуриев Рудольф Хаметович— имя, известное всему миру. 'Человек-легенда'' — этот великий танцовщик, кажется, весь состол из противоречий и загадок. Мальчик, выросший в нищете, стал обладателем состояния, точных размеров которого никто до сих пор не знает. Владелец нескольких роскошных домов в разных частях света, никогда не живший в них долее нескольких недель. Великий танцовщик, заставивший мир вновь восхититься русским балетом.
Ни точного написания его фамилии, ни отчества не может назвать никто. Фамилия его пишется по-разному — Нуриев или Нуреев, поскольку, когда его дед получил ее, он не умел писать; а отца его назвали при рождении не Хаметом, а Мухаммедом, и лишь впоследствии он сам изменил свое имя. Нуриев не знал даже точного места своего рождения — он родился в поезде, где-то неподалеку от Иркутска. Самому ему этот факт его биографии очень нравился, и он охотно о нем рассказывал, объясняя, таким образом, свою страсть к перемещениям по всему свету с необычайной легкостью. Он был воистину всемирным бродягой и не побывал со своими выступлениями лишь в Антарктиде.
Нуриев, прославивший русский балет, действительно русским не был. Мать его, Фарида, была родом из казанских татар, а отец — из крошечного башкирского села под Уфой. Рудольф не старался замалчивать свое происхождение, как это было принято в те годы среди людей, имевших отношение к искусству или науке. Напротив, он гордился своей нацией и действительно походил на стремительного, своевольного потомка Чингисхана, как его неоднократно и называли.
О Нуриеве вполне справедливо писали , что в его исполнении были свои недостатки. Однако мужской танец становился не только равноправным с женским, но и, в исполнении Нуриева, обретал самостоятельное значение, исполненное не меньшей красоты и выразительности. Он не боялся показывать на балетной сцене красивое мужское тело, используя, в противовес сложившейся тенденции, 'минимум одежды и максимум грима' (конечно, если это не шло вразрез с исполняемой им ролью).
Безусловно, одними лишь сценическими приемами и хореографической техникой Рудольф Нуриев не мог бы добиться столь революционного эффекта. Огромное значение имела сама личность танцовщика. Его экзотическая внешность с резкими, восточными чертами лица, экспрессивная, выразительная пластика, а самое главное — неугасимый внутренний огонь, который был виден в каждом его движении и жесте. Многим необъяснимая притягательность Нуриева казалась просто магической. Недаром во многих отзывах о нем как о танцовщике постоянно встречаются эпитеты "потусторонний", "нечеловеческий". По словам Отиса Стюарта, "мир, несомненно, знал и более сильных в техническом отношении танцовщиков, обладавших совершенными линиями. Но еще не появился ни один, хоть бы отдаленно напоминающий этого тонкого дикого Пана, который сумел развенчать в глазах публики привычного принца, вечно стоящего "на подхвате", и превратить его в звезду столь же яркую и сияющую, какими были балерины"
Рудольф Нуриев известен и как балетмейстер, сделавший собственные варианты классических спектаклей «Щелкунчик», «Дон Кихот», «Золушка», «Спящая красавица», «Лебединое озеро». Кроме того, Нуриев поставил оригинальные балеты «Танкреди» и «Манфред». Когда в 80-х годах Рудольф возглавлял труппу парижской Гранд-оперы, он стал продвигать всё больше молодых исполнителей, часто игнорируя существующую иерархию солистов, ведущих солистов и премьеров, что оказалось новаторством в мировой практике.

