Вам знаком ангел под зонтиком, что присел на спинку скамейки в Измайловском саду у Молодежного театра на Фонтанке? Он сидит там благодаря Роману. Никто не предполагал, что ангел станет символом Петербурга.
Создатель петербургского ангела Роман Шустров, один из самых известных кукольных художников-скульпторов России, посвятил эту скульптуру всем старикам из его детства, пережившим страшные годы блокады.
Роман Шустров родился в 1959 году в Ленинграде, учился в рисовальных классах Академии художеств им. И. Е. Репина. Известность Шустрову принесла 70-сантиметровая бронзовая скульптура "Петербургский ангел", которую установили в 2012 году.
Главная техника мастера - папье-маше, в основе работ - клочки газет. Автор признается, что из плохих новостей хорошую куклу не сделаешь, поэтому материалы отбирает тщательно. Куклы выглядят очень по‑петербургски: цвета труб, асфальта, потемневшего снега, а внутри - свет и доброта. Птицеловы, шуты, клоуны, циркачи - любимые образы Романа Шустрова. Все они немного чудаковаты, "не от мира сего". И живут не только в Питере, но и в частных собраниях Италии, Франции, Голландии, Норвегии.
В начале мая 2020 года художник попал в Мариинскую больницу с двусторонней пневмонией, 14 мая его не стало....
Известный петербургский художник Алексей Кирьянов был с Шустровым в достаточно близких отношениях: они дружили как два художника, понимающие, что такое искусство.
«Роман относился к настоящим художникам, которые свою деятельность основывают не на зарабатывании денег, не на крысиной арт-возне, а на внутреннем совершенствовании. И его знаменитый "Петербургский ангел", и другие скульптуры – это тончайшие, душевные работы, глубокие – как у Рембрандта, когда все вроде просто, а смотришь – и переполняешься теплом происходящего, и это запоминается навсегда.
Один из критериев настоящего искусства – это не то, что человек умеет рисовать, а то, что у него есть яркий индивидуальный стиль, который навсегда отражается в сердце зрителя или слушателя. А еще Рома был чудеснейший человек, деликатный, душевный, без пафоса и помпы, смыслом его жизни было делание – сделать свои работы еще лучше, еще тоньше. Он был политически немного наивным человеком, потому что не в этом была его суть: Бог наградил его талантом и умом.
Поразительно рано Роман ушел. Такие люди много работают, у них особенно нет времени на общение – но мы постоянно встречались на вернисажах, интуитивно тянулись друг к другу: и он понимал, что я делаю, и я понимал его масштаб.
К сожалению, лучшие слова о людях говорят на похоронах, а я люблю хвалить живых людей – и Рому Шустрова я всегда хвалил в глаза.
Помню, как года два назад я ему втолковывал, какой он крупный художник, а он отмахивался: да что ты, да я еще ничего такого не достиг. Ведь люди талантливые всегда сомневаются в своем таланте, они по-настоящему скромные – и они-то и делают настоящее искусство.»
