"Дитя, страшися тлена! Да здравствует нога, Вспорхнувшая из плена На вешние луга!" Н.Олейников. Послание, бичующее ношение длинных платьев и юбок.
Более правильным было бы озаглавить эту статью «Босые ножки». Ибо, в отличие от части 1, речь в ней пойдет именно о женских ножках. Как тут не употребить уменьшительно-ласкательный суффикс! Женские ножки, а тем более - босые, предмет особого разговора в мировой художественной культуре. Вспомним, хотя бы, бессмертные пушкинские строфы из «Евгения Онегина»:
«Летают ножки милых дам; По их пленительным следам Летают пламенные взоры…
Люблю я бешеную младость, И тесноту, и блеск, и радость, И дам обдуманный наряд; Люблю их ножки; только вряд Найдете вы в России целой Три пары стройных женских ног. Ах! долго я забыть не мог Две ножки... Грустный, охладелый, Я всё их помню, и во сне Они тревожат сердце мне Когда ж, и где, в какой пустыне, Безумец, их забудешь ты? Ах, ножки, ножки! где вы ныне? Где мнете вешние цветы? … Дианы грудь, ланиты Флоры Прелестны, милые друзья! Однако ножка Терпсихоры Прелестней чем-то для меня.
Д.Белюкин. Ножки. Илл. к роману А.Пушкина «Евгений Онегин»…
Я помню море пред грозою: Как я завидовал волнам, Бегущим бурной чередою С любовью лечь к ее ногам! Как я желал тогда с волнами Коснуться милых ног устами!».
Фиксация внимания на женских ножках и туфельках по старинке называется ретифизм. Термин образован от имени французского писателя Никола Ретиф де ла Бретонна (1734-1806). Герой его раннего романа «Ножка Фаншетты или Розовый башмачок» (1769) крадет домашние туфли жены своего хозяин, не в силах преодолеть охвативший его экстаз. В автобиографическом романе “Развращенный крестьянин или Опасности города” (1775) Н. Ретиф де ла Бретонн описал собственные юношеские переживания: “Иногда она откидывалась мечтательно назад, заложив ногу на ногу, так что была видна изящная лодыжка. Какие мгновения!”.
Это произведение пользовалось большой популярностью и получило одобрительные отзывы И.Гете, Ф.Шиллера, К.Виланда и др.
Сюжетную основу романа немецкого писателя Вильгельма Йенсена «Градива» (1903) также составляет непреодолимое влечение к обнаженной женской ножке. Герой влюбляется в босоногую женщину, которую увидел во сне. Спустя четыре года Зигмунд Фрейд произвел глубокий психоанализ этого произведения в работе «Бред и сны в „Градиве“ В.Йенсена»:
«Молодой археолог Норберт Ханольд обнаружил в Римском собрании антиков рельефное изображение, которое его настолько пленило, что он был чрезвычайно доволен, когда сумел получить превосходный гипсовый слепок рельефа, который мог повесить в своем кабинете в немецком университетском городе и с интересом изучать. Рельеф изображал зрелую девушку в движении, которое несколько приподняло ее одеяние с большим количеством складок, так что стали видны босые ноги. Одна ее ступня полностью покоится на земле, вторая по инерции приподнялась над землей и касается ее только носком, тогда как подошва и пятка подняты почти вертикально. Изображенная здесь необычная и по-особому прелестная походка когда-то, вероятно, привлекла внимание художника, а теперь, спустя много столетий, приковала взгляд нашего зрителя-археолога.»
Градива. Ватиканский барельеф.
Градива. Ватиканский барельеф. Фрагмент.
По мотивам романа французский режиссер Ален Роб-Грийе в 2006 снял фильм «C’est Gradiva qui vous appelle» (в рус. переводе «Вам звонит Градива»).
Одним из сильнодействующих факторов привлечения внимания, несомненно, является изящество и миниатюрность женской стопы, особенно, в сравнении с аляповатой и грубой конечностью мужчины.
По-видимому, это прекрасно понимали в средневековом Китае, где существовала традиция перебинтовывать ступни ног маленьких девочек. Впоследствии некоторые из них вообще теряли способность самостоятельно передвигаться, зато приобретали особый статус «золотого лотоса». Отголоски этой традиции можно найти и в европейском фольклоре.
В одном из вариантов сказки о Золушке дочери мачехи, чтобы влезть в хрустальные туфельки, ножом укоротили себе пальцы на ногах, однако их выдали следы крови. В сатирическом фильме Уильяма Кляйна «Кто вы, Полли Маггу?» (1965) профессор объясняет, зачем принц устроил обувной кастинг всем женщинам королевства: хрустальная туфелька служила инструментом отбора маленькой ножки.
Подобные выводы сделали и некоторые отечественные специалисты. По свидетельству Корнея Чуковского, некий В.Булгаков в работе «О вреде сказок. Настольная книга для работников просвещения трудовой школы» (Оренбург, 1922) написал, что «…принц, приходящий в восторг от башмачка бедной Золушки, есть замаскированный фетишист женских ножек!»
Ханжеская мораль викторианской эпохи, как обычно, шла по пути двойных стандартов. С одной стороны, в витринах модных кофеен на Пикадилли стрит выставлялись кондитерские шедевры в виде бисквитных женских ножек, украшенных бумажной бахромой. С другой стороны, нижняя часть женского тела надежно прикрывалась юбкой в пол. Для праздношатающихся джентльменов считалось огромной удачей мельком увидеть на улице хотя бы женскую лодыжку. Впрочем, дамы при случае награждали зевак с помощью т.н. ретруссе - кокетливое приподнимание подола и даже демонстрация подвязки или края чулка.
Хоакин Палларес. Уличные сценки.
Невинная женская уловка, которая безотказно действует во все времена: “…юбки крахмальные, ботиночку эдакую, пофиглярнее, чтобы ножку выставить, когда лужу придется переходить.” Ф.Достоевский. "Преступление и наказание."