Когда я читал обращение президента, я вспомнил свою поездку в Африку. Несколько лет назад я был в одной деревне на границе Нигерии и Бенина. Там местный царек вел войну с соседней деревней по поводу кукурузного поля. В деревне его называли King — король. Он мне подробно объяснил, что кукурузное поле той деревни когда-то принадлежало его деревне, поэтому он его отнял. Он говорил, что имел право на это исторически. Такой был разговор.

Я тогда его спросил, как жители его деревни приняли известие о том, что большое кукурузное поле теперь принадлежит им. Он сказал, что было ликование, танцы, люди в транс впадали, души их летали над деревьями, и все были очень счастливы.

Мне показалось, что и мы живем в сознании африканской деревушки, где истина определяется только сознанием тех жителей, которые находятся в ней. Остальные не считаются. Все радости и все горести сосредотачиваются в деревне таким образом, как будто все остальное нереально.

Мы архаичны. Чтобы спорить, кто прав, а кто нет, надо вызывать духов архаического времени. Политическая незрелость и простодушие наших милых людей дошло до того, что мы действительно укладываемся в ментальность африканской деревни. Для них все мое — это хорошо, все чужое надо взять или относиться к этому как к потенциальному моему.