Дилемма для Запада
08-08-2026 21:11
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Возникает крайне опасная модель будущего глобального конфликта.
Сейчас очень много разговоров о НАТО. Нужно оно или не нужно, есть ли у Альянса будущее, существуют ли у него перспективы, видят ли там Украину или не видят. Но на этом фоне мы, похоже, забываем о главном. А существуют ли вообще в современном мире реальные военные союзы? И можем ли мы сегодня говорить о наличии у кого-либо настоящих военных союзников? В первую очередь нас, конечно, интересуют страны демократического мира. Потому что среди недемократических государств с союзами, как ни странно, все достаточно хорошо.
НАТО мы воспринимаем как военно-политический союз. И, по большому счету, оно таким и является. Альянс сформировался в период холодной войны с целью противостояния распространению мирового коммунизма, влиянию СССР и сдерживания этого влияния. Но когда мы говорим о военном союзе, то обычно подразумеваем довольно простую вещь. Его участники будут воевать друг за друга в случае начала войны. Именно это и является главным признаком союзников.
Когда в Украине говорят «наши союзники», здесь есть серьезная проблема. У Украины нет союзников в строгом смысле этого слова, потому что нет ни одного государства, которое взяло бы на себя конкретное обязательство вступить в войну на стороне Украины в случае агрессии против нее. Это одна из главных причин, почему сейчас Украина воюет сама. У нее есть партнеры. Они могут давать оружие или не давать его, могут говорить, что у них нет ракет, могут использовать взаимодействие с Украиной для достижения собственных целей, иногда весьма далеких от украинских интересов. Но это именно партнеры, а не союзники.
Союзников у Украины сейчас нет и, по большому счету, вероятно, не будет, по крайней мере до тех пор, пока существует угроза со стороны России. А эта угроза никуда исчезать не собирается. Единственный вариант, при котором другие государства автоматически могут стать союзниками Украины в этой войне, если Россия одновременно нападет и на них. Но пока такой сценарий остается умозрительным.
Теперь о НАТО. Мы знаем о соответствующих уставных документах и о легендарной пятой статье, которую принято воспринимать как гарантию военного ответа на агрессию против одного из членов Альянса. Однако на практике все не так просто. После нападения государства проводят консультации, а затем должны определить характер ответа. Военного или невоенного.
Пятую статью применяли лишь однажды. После террористических атак 11 сентября 2001 года против Соединенных Штатов. США объявили произошедшее актом агрессии, после чего началась война на Ближнем Востоке. При этом далеко не все государства НАТО одинаково восприняли такую трактовку и далеко не все поддержали Соединенные Штаты именно военным путем. Хотя в тот момент поддерживать Вашингтон было достаточно выгодно. США находились на вершине своего геополитического могущества. И тем не менее даже тогда далеко не все государства Альянса приняли непосредственное военное участие. Других примеров применения пятой статьи просто не было.
Поэтому никто в действительности не знает, что произойдет, если агрессии подвергнется государство масштаба Эстонии или Литвы. Что именно будут делать остальные члены НАТО? Как далеко они будут готовы зайти? В этом смысле НАТО сегодня остается своего рода «черным ящиком». Существует ли оно как полноценный военный союз, мы узнаем только тогда, когда этот механизм придется проверить на практике.
Но здесь есть более широкий вопрос. Почему современные союзы вообще стали настолько ненадежными? Почему во времена холодной войны НАТО воспринималось как нечто серьезное, железобетонное и устойчивое, а сейчас выглядит лишь относительно надежной конструкцией, реальная прочность которой никому не известна? Ответ достаточно прост. Существенно изменились мировая политика, международные отношения и внутренняя политика демократических государств.
Демократические государства очень сильно зависят от общественных настроений. А их граждане не хотят войн. Во времена холодной войны Советский Союз воспринимался значительной частью западных обществ как большая угроза их образу жизни, которую необходимо сдерживать практически любой ценой. Сегодня в Европе существуют и вполне позитивные настроения по отношению к России. Но главное даже не это. Главное, что никто не хочет воевать. Это одна из ключевых особенностей современного Запада. Она постоянно фиксируется в различных опросах общественного мнения. Значительная часть граждан не хочет воевать даже за собственное государство, а тем более за другие страны.
И вот представим, что одно из государств НАТО подвергается агрессии. Остальные государства сразу сталкиваются с выбором. Собственно, посылать туда войска или не посылать? С одной стороны, вроде бы существуют союзнические обязательства. С другой — это отправка войск почти гарантированно создаст серьезный внутренний политический кризис. Оппозиция немедленно обвинит правительство в том, что оно втягивает страну в непонятную войну, и задаст простой вопрос: зачем нам это нужно?
В этом, кстати, нет ничего принципиально нового. Перед началом Второй мировой войны во Франции было популярно известное выражение: «Зачем умирать за Данциг?» Данциг (нынешний польский Гданьск) имел тогда специфический международный статус. Вопрос о нем стал одной из точек нарастания кризиса перед началом Второй мировой войны. Франция имела обязательства перед Польшей, предусматривавшие вступление в войну в случае агрессии против нее. Но лозунг о нежелании «умирать за Данциг» был достаточно популярен.
Сегодня даже не нужно особенно изобретать новые лозунги. Достаточно вместо Данцига поставить название какого-нибудь города Польши или стран Балтии. И получится вполне современная формула европейской политики. Потому что изменились сами установки европейских обществ. Многие не хотят выполнять какие-либо обязательства, если это означает радикальное нарушение привычного образа жизни. И именно это, как мне кажется, является главной проблемой современных военных союзов.
Почему Украину не приняли в НАТО? Это, конечно, не единственная причина, но одна из них заключается в том, что членство Украины автоматически ставило бы перед Альянсом вопрос о реальной войне. Все понимают, что Россия рассматривает Украину как один из главных объектов своей имперской политики. Захват Украины встроен в российскую имперскую идеологию. Следовательно, если Украина становится членом НАТО, возникает очень высокая вероятность того, что рано или поздно Альянсу придется отвечать на российскую агрессию против нее. И тогда все государства НАТО сразу окажутся перед выбором. Воевать за Украину или нет?
Очевидно, на Западе прекрасно понимают эту дилемму. И никто не хочет получить ситуацию, в которой нежелание воевать за уже принятую в НАТО Украину мгновенно продемонстрирует слабость всего Альянса. С этой точки зрения гораздо удобнее отложить проблему. Сначала, условно говоря, пусть существует Украина вне НАТО, затем когда-нибудь Россия может попытаться проверить на прочность уже страны Балтии, и только тогда Альянс столкнется с настоящим кризисом. Это дает западным обществам годы, а возможно и десятилетия относительно спокойной жизни. Подход прагматичный. Но он не устраняет саму проблему.
Потому что реальные военно-политические союзы в современном мире существуют. Самый яркий пример — союз России и КНДР. Это вполне реальный военно-политический союз с реальной взаимной поддержкой. Россия ведет войну против Украины, и Северная Корея отправляет войска. Сейчас появляется информация о подготовке нового корпуса численностью до 30 тысяч военнослужащих. Кроме того, речь идет о применении северокорейских ракетных сил и северокорейской баллистики против Украины. Вот это и есть реальный союз. Союзники воюют за союзников.
Можно ли представить нечто подобное в современном западном мире? Какие еще примеры остались? Соединенные Штаты помогают Израилю и участвуют вместе с ним в военных действиях. Но даже это уже вызывает серьезную внутреннюю критику в самих США, и нельзя быть уверенными, что подобная модель будет существовать долго. По большому счету, на Западе почти никто не хочет воевать друг за друга. Более того, многие не слишком хотят воевать даже за самих себя, что показывают социологические данные, например в Германии.
И здесь возникает еще одна показательная проблема. Германия начинает расширять вооруженные силы, реализуя планы по созданию крупнейшей неядерной военной силы в Европе. Но уже сейчас сталкивается с трудностями комплектования армии. Даже при наличии многочисленных льгот, преференций и денежных стимулов люди не особенно хотят идти служить. Поэтому обсуждаются вопросы призыва на военную службу и другие недобровольные способы комплектования вооруженных сил. Если общество с трудом готово воевать за само себя, то представить, что оно с энтузиазмом будет воевать за другие государства, еще сложнее.
И с другой стороны мы видим так называемую «ось зла». Многочисленные недемократические режимы, где общественное мнение просто не играет такой роли. Если Ким Чен Ын прикажет мобилизовать миллион человек, их мобилизуют и отправят на фронт. В том числе, если понадобится, против той же Европы. И это, на мой взгляд, одна из крупнейших проблем будущего западного демократического мира.
Постепенно исчезает вера в союзнические обязательства между западными государствами. Сейчас это пытаются объяснять тем, что Украина якобы представляет собой особый случай. Мол, то, что происходит с Украиной, не следует распространять на другие страны. Украина воюет сама по себе, а вот если когда-нибудь нападут уже непосредственно на государства НАТО, тогда все будет по-настоящему. Союзники вступят в войну, армии будут готовы, все механизмы заработают. Мне кажется, это иллюзия.
Западные страны говорят о подготовке, но часто предпочитают ждать и надеяться, что ситуация каким-то образом разрешится сама. Возможно, удастся договориться с российской элитой, снова начать покупать российский газ, вернуть экономические стимулы и убедить Москву думать о европейских деньгах, а не о бомбах для Европы. Но это тоже иллюзия.
Рано или поздно устойчивость западной системы безопасности будет проверена на практике. И проблема здесь не в том, что НАТО само по себе «хорошее» или «плохое». НАТО — это в значительной степени артефакт холодной войны. Во времена холодной войны оно было абсолютно реальным и действенным инструментом, который десятилетиями сдерживал СССР. В результате этого противостояния Советский Союз распался. В этом смысле НАТО победило в холодной войне. Но после окончания холодной войны Альянс оказался в совершенно другой политической реальности. И это уже не столько проблема самого НАТО, сколько проблема западной цивилизации и тех подходов, которые сегодня демонстрируют западные политики. Эту реальность можно признавать или не признавать, но от этого она никуда не исчезнет.
Какой из этого можно сделать вывод? Сегодня государствам приходится в первую очередь рассчитывать на самих себя. А Украине, как мне кажется, уже сейчас следует думать о постнатовском мире. Потому что если НАТО рано или поздно ослабеет или распадется по тем причинам, о которых шла речь выше, государства Восточной Европы никуда не исчезнут. Они останутся рядом с Россией и столкнутся с огромным вакуумом безопасности. И здесь они тоже могут что-то предложить Украине.
В этом смысле легендарная идея Междуморья, которая сегодня на фоне обострения украинско-польских отношений ушла на второй план, вовсе не выглядит бессмысленной. Если для нескольких государств Россия является реальной, а не воображаемой политической угрозой, им все равно придется как-то с этим жить. И в такой ситуации намного проще создать настоящий союз, а не виртуальную конструкцию, если каждое из этих государств понимает, что буквально завтра может столкнуться с российской агрессией. Именно это потенциально может стать одним из наиболее действенных направлений украинской внешней политики. Возможно, таким образом со временем удастся сформировать хотя бы какой-то реальный круг союзников Украины. Хотя сейчас это не выглядит ни очевидной, ни простой, ни быстрой задачей.
Остальные страны также ждут очень непростые времена. Старые союзы могут ослабевать. Соединенные Штаты будут все менее готовы автоматически защищать кого-либо. Крупнейшие европейские государства также в первую очередь будут думать о собственной безопасности. И одновременно союзы между недемократическими государствами могут становиться все более прочными. В результате возникает крайне опасная модель будущего глобального конфликта: недемократические режимы могут войти в него более консолидированными, более мобилизованными и с более четким пониманием взаимных обязательств, чем демократические государства. И это тоже необходимо учитывать.
Петр Олещук, доктор политических наук, профессор КНУ имени Тараса Шевченко, специально для сайта Charter97.org
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Дилемма для Запада | София_Гамерник - Дневник София_Гамерник |
Лента друзей София_Гамерник
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»