Кажется парадоксальным, но иногда, когда тебя отвергает кто-то, кого ты любишь всей душой - происходит облегчение.

Происходит это потому, что понимаешь - если он отверг тебя после всего этого -  значит,  что это не он был светом.

Это значит, что все время этим светом была... Я сама.

А все, что делал он - это отражал мой собственный свет правильно - как зеркало.  Зеркало - это тоже важная роль. Но я никогда не искала зеркало. Я искала кого-то, кто способен пустить меня в свои объятия, оставаясь полностью лишенным всякой брони. Тогда я сделала бы этого человека самым счастливым - а он меня. Ведь он принял бы меня к себе - настоящую, целиком, без остатка, без страха. А я приняла бы его целиком - без защиты, полностью обнаженного. Это и есть любовь, которую я бы хотела иметь. Но для такой любви нужно быть невероятно зрелым человеком. Нужно не бояться, что кто-то притронется к твоему внутреннему солнцу. Нужно быть уверенным, что это солнце светит настолько мягко и твердо одновременно - что никогда не обожжет другого, и в то же время - никогда не угаснет под его тенью. Мне кажется, я готова быть таким солнцем для кого-то теперь. Благодаря этому зеркалу я наконец увидела себя целиком. Я увидела, что я не сломана. Я увидела, что я - не тьма. Я увидела, что во мне нет боли - такой, которая режет солнце и разрушает на тысячи мелких осколков. Вся моя боль - это только тихий нежный шепот. Это только песчинки преградившие свет. Но за этим зеркалом - которое так красиво отразило мой внутренний свет - я заметила что-то. Что-то ослепительно жуткое. Это было черное солнце, маслянистое, глубокое, бездонное. Как будто бы состоящее целиком из сплошного страдания и самоуничтожения. Это черное солнце никогда не показывало себя, всегда себя загораживало идеально прозрачным зеркалом, чтобы никого не достиг его ледянящий, клейкий как щупальца, чернейший луч. И вот, когда ты решил опустить это зеркло - это черное солнце ворвалось в мой свет, как квинтэссенция страха, стыда, нестерпимой вездесущей и ужасающей боли. Оно стало душить мое солнце внутри, обвивать его - хотя ты сам этого не хотел...Просто ты сам не думал, что не умеешь светить нежно-белым - а лишь отражать этот свет. И что твой собственный свет - чернее ночи.  Когда этот черный свет вырвался - ты уже не смог задержать его - он жалил тебя и меня, а зеркало треснуло - и больше нечем было отражать. 

Так и получилось, что ты в панике, в ужасе захлопнулся. Замкнул свое чудовищное черное солнце, засунул обратно его ядовитые щупальца. Чтобы больше не пятнать мой собственный свет. Поэтому мне стало гораздо легче. Потому что я знаю, что и так ничем не могла помочь. Я только светила тебе столько, насколько была способна сама. Потому что еще никто никогда не отразил мой свет так красиво. И спасибо тебе за это, мое грустное черное солнце.

Твое решение было правильным.

Это солнце должно исчезнуть. Оно должно переродиться во что-то другое. Или оно съест тебя изнутри до тла. 

Мое же солнце будет светить ярко. Ему хватило одного зеркала  - чтобы поверить в то, что оно настоящее. Раз за жизнь, наконец-то оно увидело себя таким, какое оно есть - белоснежное, мягкое, греющее. 

И это невероятно счастливый и освобождающий опыт.

Я думаю, что ты никогда не вернешься. Потому что никогда не простишь себя за этот черный свет. И я счастлива, что ты не вернешься. Потому что, каким бы нежным не было мое солнце, оно не осветит путь сразу за двоих.