Ей в грёзе видится: меж крон
Чащобы дикой, вековой,
Свой бег стремит – то впрямь ли сон?
Растёт, дробится стук копыт,
Как оглушающий прибой.
Одежд за девою летит,
Как крыльев, тень. .. Но, сняв хитон,
Она ещё быстрей несётся,
И ветер спутывает косы.
В отчаянии обернётся –
Чтоб миг застать метаморфозы:
Как грива, пышные спадают
Волною кудри, и отлив
Атласный шкуры совпадает
С оттенком медно-тусклым их.
Кобыла раздувает ноздри,
Заслышав поступь жеребца
И чуя запах крови острый,
Не в силах тяги отрицать.