Что такое объективное искусство?

Связано ли как-либо творчество с медитацией?

Искусство можно разделить на две части. Девяносто девять процентов искусства – субъективное искусство. Только один процент – объективное искусство. Девяносто девять процентов субъективного искусства не имеет никакого отношения к медитации. Только один процент объективного искусства основан на медитации.

Субъективное искусство означает, что вы изливаете на холст вашу субъективность, ваши мечты, ваше воображение, ваши фантазии. Это отражение вашей психологии. То же самое происходит в поэзии, в музыке, во всех творческих направлениях – вы не считаетесь с человеком, который будет смотреть на ваши картины, не считаетесь с тем, что происходит с ним, когда он на них смотрит, это вас совершенно не заботит. Ваше искусство – просто разновидность рвоты. Оно помогает вам так же, как помогает рвота. Оно очищает вас, оно помогает почувствовать себя лучше. Но вас совершенно не заботит то, что случится с человеком, пришедшим посмотреть на вашу рвоту. Его затошнит. Он может почувствовать себя плохо.

Посмотрите на картины Пикассо. Он великий художник, но только субъективный художник. Глядя на его картины, вы начнете чувствовать тошноту, головокружение, что-то начнет сводить вас с ума. На картины Пикассо нельзя смотреть долго. Вам захочется сбежать, потому что картина пришла не из тишины. Она пришла из хаоса. Это побочный продукт кошмара. Но девяносто девять процентов искусства принадлежит к этой категории.

Объективное искусство прямо противоположно. Человеку нечего изливать, он совершенно пуст, абсолютно чист. Из этой тишины, из этой пустоты возникает любовь, сострадание. И из этой тишины появляется возможность для творчества. Эта тишина, эта любовь, это сострадание – качества медитации.

Медитация приводит вас к самому вашему центру. А ваш центр – это не только ваш центр, это центр всего существования. Только на периферии мы различаемся. Когда мы начинаем двигаться к центру, мы едины. Мы – часть вечности, невероятно яркий опыт экстаза, который за пределами слов. Что-то, чем вы можете быть… но это очень сложно выразить. Но у вас возникает огромное желание поделиться этим, потому что все окружающие вас люди находятся в поиске тех же переживаний. А у вас они есть, вы знаете путь.

И эти люди ищут везде, только в самих себе – там, где это есть! Вам захочется кричать им в уши. Вам захочется встряхнуть их и сказать: «Откройте глаза! Куда вы идете? Куда бы вы ни пошли, вы уходите от себя. Вернитесь домой, придите в себя настолько глубоко, насколько возможно».

Желание поделиться становится творчеством. Кто-то может танцевать. Были мистики – например, Джелалуддин Руми, –учение которых было не в словах, учение которых было в танце. Он танцевал. Его ученики садились рядом с ним, и он говорил: «Кто хочет присоединиться ко мне, может присоединиться. Как вы чувствуете. Если вам не хочется, это ваше дело. Вы можете просто сидеть и наблюдать».

Но когда вы видите такого человека, как Джелалуддин Руми, танцующим, пробуждается что-то скрытое в вас. Вопреки себе вы обнаруживаете, что присоединились к танцу. Вы уже танцуете, прежде чем осознаете, что вы присоединились к танцу.

Даже этот опыт имеет огромное значение - то, что вас притянуло, как магнитом. Это не было решением ума, вы не взвешивали все за и против, присоединиться или не присоединиться, - нет. Сама красота танца Руми, его энергия овладела вами. Вы были тронуты. Этот танец – объективное искусство.

И если вы продолжите – а постепенно вы станете все более и более раскованными, все более и более способными – вскоре вы забудете весь мир. Придет момент, когда танцор исчезнет и останется только танец.

В Индии есть статуи, рядом с которыми нужно просто сесть и медитировать на них. Просто посмотрите на эти статуи. Они сделаны медитирующими таким образом, в таких пропорциях, что просто глядя на статую, фигуру, пропорции, красоту… Все точно рассчитано, чтобы создать похожее состояние в вас. И просто тихо сидя рядом со статуей Будды или Махавиры, вы почувствуете странное ощущение, которое вы не почувствуете ни с одной западной скульптурой.

Все западные скульптуры сексуальны. Посмотрите на римские скульптуры: красивые, но что-то создает в вас сексуальность. Они ударяют по вашему сексуальному центру. Они не возвышают вас. На Востоке совершенно другая ситуация. Статуи вырезаются, но прежде чем скульптор начинает вырезать статуи, он учится медитации. Прежде чем начать играть на флейте, он учится медитации. Прежде чем начать писать стихи, он учится медитации. Медитация совершенно необходима для любого искусства - тогда искусство будет объективным.

Тогда, просто читая несколько строк хайку, японской формы маленьких стихотворений, – только три строчки, возможно, три слова, – если вы молча читаете их, вы удивитесь. Они куда более взрывоопасны, чем любой динамит. Они просто открывают двери в вашем существе.

Маленькая хайку Басе есть возле пруда рядом с моим домом. Я так ее люблю, я хотел, чтобы она была там. Так что каждый раз, приходя и уходя… Басе – один из тех, кого я люблю. Ничего особенного: Старый пруд… Это не обычная поэзия. Она очень живописна. Просто представьте: Старый пруд. Прыгнула лягушка… Вы почти видите древний пруд! Вы почти слышите лягушку, звук ее прыжка: Плюх.

А затем все тихо. Старый пруд, лягушка прыгнула, звук ее прыжка создал больше тишины, чем было до этого. Просто читая это не так, как вы читаете любую другую поэзию – один стих, другой стих… Нет, просто прочитайте ее и тихо сядьте. Визуализируйте это. Закройте глаза. Увидьте старый пруд. Увидьте лягушку. Увидьте, как она прыгает в него. Увидьте круги на воде. Услышьте звук. И услышьте тишину после этого.

Это объективное искусство.

Басе, должно быть, написал это в очень медитативном настроении, сидя на берегу старого пруда, наблюдая за лягушкой. И лягушка прыгнула. И внезапно Басе осознал чудо: звук углубил тишину. Тишины стало больше, чем было до этого. Это объективное искусство.

Пока вы не будете создателем, вы не найдете настоящего блаженства. Только создавая, вы становитесь частью великого творчества вселенной. Но чтобы быть создателем, медитация – основная необходимость. Без нее вы можете рисовать, но эти картины нужно сжигать, их нельзя показывать другим. Это было хорошо, это помогло вам разгрузиться, но пожалуйста, не загружайте других. Не дарите их своим друзьям, они же вам не враги.

Объективное искусство – это медитативное искусство, субъективное искусство – это искусство ума.

Теперь возникает нечто очень значительное – терапия искусством. Она имеет смысл, в ней есть смысл. Когда люди больны, умственно больны, искусство может помочь. Умственно больному человеку можно дать краски, кисть и холст, и сказать рисовать все, что ему захочется. Конечно, что бы он ни нарисовал, это будет сумасшедшим, сводящим с ума. Но, нарисовав несколько безумных вещей, к своему удивлению ты увидишь, что он возвращается к нормальности. Эти картины были как катарсис; это была рвота Его система выбросила их. Это помогло ему, это было для него хорошо, но это не хорошо для других. Девяносто девять процентов современного искусства патологично. Если оно исчезнет из мира, это принесет здоровье, это принесет пользу. Это не повредит. Современный ум гневен – гневен, потому что ты не можешь прийти в контакт со своим существом; гневен, потому что ты потерял весь смысл; гневен, потому что ты не знаешь, что такое осмысленность. Настоящее искусство означает нечто такое, что помогает тебе быть медитативным.

http://www.happyspace.narod.ru/library/a