Это цитата сообщения
ЮРИЙ_КОСАГОВСКИЙ Оригинальное сообщениеВАРИАНТЫ ДОПУСТИМЫ А САМОРЕДАКИРОВАНИЕ НИКЧЕМУ * варианты стихов Николая Рубцова * смерть от руки невесты
ШЛИФОВАНИЕ УБИВАЕТ ПОЭЗИЮ - ВАЛЬТЕР СКОТТ
Я НИКОГДА НЕ МОГ НИЧЕГО У СЕБЯ ИСПРАВИТЬ - ПУШКИН
я всегда цитирую Вальтера Скотта и Пушкина что бы удержать других от саморедактирования... с другой стороны я рисую иногда варианты своей картины т.к. мне жаль проданной и варианты все разные получаются и я с этим мирюсь... и даже иногда и сознательно иду на новую трактовку - а ведь по сути жаль... что заставляло Рубцова писать варианты стихотворений - не знаю... но вот попалась такая публикация и я с нею знакомлю читателей...
хм... в заголовке написалось слово "никчему" - слитно а правильно "ни к чему" и в том и в другом есть свой смысл... действительно почему и не быть такому слову как "никчему"? попробую-ка я это слово на практике еще в каком-нибудь варианте... например... а впрочем никчему... - вроде вполне может быть вот так как само написалось?...
-=-
ПОРТОВЫЕ НОЧИ
На снегу, как тюлени,
Лежат валуны.
Чайки плещутся в пене
Набежавшей волны.
Порт в тиши отдыхает.
Люди кончили труд,
Огоньками сияет
Их домашний уют.
Вдруг вода загрохочет
У бортов кораблей,
Забурлит, заклокочет,
Как в кипящем котле.
В темноте бесноватой
Скал гранитную голь
Буйно снизу охватит
Пены белый огонь.
И под шум стоголосый,
Пробуждаясь, опять
Будут жены матросов
Свет в домах зажигать.
Снова будет тревожен
Их домашний уют,
И взволнованно тоже
Дети к окнам прильнут.
Знать, поэтому шквалам,
Нагоняющим жуть,
К заметеленным скалам
Корабли не свернуть.
Красный
синий
и желтый -
Все огни маяков
Лишь к родимому порту
Приведут моряков!
МАЙ ПРИШЕЛ
Вьюги в скалах отзвучали,
Воздух светом затопив,
Солнце брызнуло лучами
На ликующий залив.
Ветра теплого дыханье,
Звоны легкие волны...
Так и хочется заданье
Получить от старшины!
День пройдёт — устанут руки.
Но, усталость заслонив,
Из души живые звуки
В стройный просятся мотив.
Свет луны ночами тонок,
Вечерами сумрак ал.
Море тихо, как котенок,
Все скребется о причал...
Май пришел к нам.
Всей душою
Мы хотим, чтоб, как всегда,
Звонко грянул над страною
Праздник счастья и труда.
ЖЕЛАНИЕ
Мне очень больно,
но обиды нет.
И унывать себе я не велю.
Нарву цветов и подарю букет
Той девушке, которую люблю.
Я ей скажу: «С другим наедине
О наших встречах позабыла ты.
Ну, что ж, на память обо мне
Возьми вот эти красные цветы».
Она возьмет,
я буду рад...
А после снова сердце
ранит грусть!
Она уйдет, так и не вскинув
взгляд,
Не улыбнувшись даже...
Ну и пусть!
Мне очень больно, но обиды
нет.
И унывать себе я не велю.
Я лишь хочу, чтобы взяла букет
Та девушка, которую люблю.
второй варант
Я буду долго гнать велосипед.
В глухих лугах его остановлю.
Нарву цветов и подарю букет
Той девушке, которую люблю.
Она возьмет, но снова в поздний час,
Когда туман сгущается и грусть,
Она пройдет, не поднимая глаз,
Не улыбнется даже ну и пусть.
Я ей скажу: «С другим наедине
О наших встречах позабыла ты,
И потому на память обо мне
Возьми вот эти скромные цветы!»
Я буду долго гнать велосипед.
В глухих лугах его остановлю.
Я лишь хочу, чтобы взяла букет
Та девушка, которую люблю.
УТРО
Как хорошо! Ты посмотри!
В ущелье белый пар клубится,
На крыльях носят свет зари
Перелетающие птицы.
На струнах корабельных вант
Выводит ветер-музыкант
Легко, не хуже радиолы
Мотив лирический, веселый...
А ночь бела! На скулы скал
Вдруг натыкался шторм в полете,
И ветром накрененный клотик
Со скрипом тучи разрезал!
И вот сейчас в глазах друзей
Еще сквозит усталость смутно.
Но каждый чувствует полней
Всю прелесть радостного утра!..
Соединясь в живой узор,
Бежит по морю рябь от ветра,
Калейдоскопом брызг и света
Сверкает моря горизонт.
Вчера там солнце утонуло,
Сегодня выплыло — и вдруг,
Гляди, нам снова протянуло
Оно лучи, как сотни рук!
ТАК СЛУЧИЛОСЬ
Так случилось, что в сумерках лета,
За дворами, где травы шумят,
Ты гуляешь с другим до рассвета,
Как со мною три года назад.
Я тебя упрекать не намерен,
Если ты не расстанешься с ним,
Только жаль, что я слишком верил
Обещающим письмам твоим.
Скоро, скоро на шумном вокзале
У раскрытых железных ворот
Ты простишься со мной без печали,
Я обратно уеду на флот.
Бог с тобой! Не одна ты на свете.
Лишь по трапу на борт поднимусь,
Освежит мою голову ветер,
И развеется горькая грусть.
Но и все ж под ветрами морскими
Еще долго опять и опять
Буду я повторять твое имя
И любимой тебя называть...
БЕРЕЗЫ
Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез,
Слушаю — и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез.
И былое вспомнится невольно,
И не станет холода в крови,
Станет как-то радостно и больно,
Будто кто-то шепчет о любви.
О любви, которая мелькнула
Светом счастья, жгучею тоской
Посреди свирепого разгула
Ливней, листьев, ветра над рекой.
* * *
Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез,
Слушаю — и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез.
И душе забудется невольно,
И не станет холода в крови,
Станет как-то радостно и больно,
Будто кто-то шепчет о любви:
— Убежим! Под стогом заночуем!
И среди березовых ветвей
Я твоим поверю поцелуям,
Ты поверишь нежности моей...
Но заноет старая заноза,
И в душе становится темней,
Ведь шумит такая же береза
Над могилой матери моей.
* * *
Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез,
Слушаю — и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез.
Но нередко в сердце, как заноза,
Вспыхнет грусть давно забытых дней,
Ведь шумит такая же береза
Над могилой матери моей.
Кровь лилась, огонь летел из мрака,
А у нас в деревне у оград
С ветром и дождем шумел и плакал
Вот такой же поздний листопад.
Пусть шумят осенние березы,
Пусть от шума горестных берез
Набегают искренние слезы
На глаза, отвыкшие от слез...
ВЕТЕР С НЕВЫ
Я помню холодный ветер с Невы
И грустный наклон твоей головы.
Я помню умчавший тебя трамвай,
Спокойное слово твое: «Прощай!»
Я помню свою одинокую ночь
И волны, летящие мимо и прочь.
Любовь, а не брызги речной синевы,
Принес мне холодный ветер с Невы...
ВЕТЕР С НЕВЫ
Я помню холодный
ветер с Невы
И грустный наклон
твоей головы.
Я помню умчавший тебя
вагон
И желтые стены
со всех сторон.
Я помню свою
сумасшедшую ночь
И волны, летящие
мимо и прочь!
Любовь, а не брызги
речной синевы,
Принес мне холодный
ветер с Невы...
ВЕТЕР С НЕВЫ
Я помню холодный ветер с Невы
И грустный наклон твоей головы.
Я помню умчавший тебя вагон
И желтые стены со всех сторон.
Я помню бессонную долгую ночь
И волны, летящие мимо и прочь.
Любовь, а не брызги речной синевы,
Принес мне холодный ветер с Невы...
Я ТЕБЯ ЦЕЛОВАЛ...
Я тебя целовал сквозь слезы,
Только ты не видела слез,
Потому, что сырой и темной
Была осенняя ночь.
Эти слезы — избыток чувства,
А не слабость моей души.
Я тебе не сказал: «До завтра!»
Почему-то шепнул: «Прости...»
И ушел. И в морском походе
Я продрог на резком ветру,
Но тепло твоих поцелуев
Вдруг почувствовал на губах.
Я подумал, что часто к морю
Ты приходишь и ждешь меня,
И от этой счастливой мысли
Будто солнце в душе зажглось!
Но никто из друзей не слышал,
Как я имя твое шептал,
Потому что шумело море,
Раздавались звонки тревог...
ТЫ С КОРАБЛЕМ ПРОЩАЛАСЬ...
С улыбкой на лице и со слезами
Осталась ты на пристани морской,
И снова шторм играет парусами
И всей моей любовью и тоской!
И далеко за быстрой нашей шхуной,
За штормовой поднявшейся волной
Остался порт, взволнованный и юный,
Остался порт, могучий и родной!
Как я люблю полярный этот город!
За то, что там издревле дух морской,
Что там огни и крепкий снежный холод,
И резко пахнет дымом и треской.
За то, что он наполнен голосами,
За то, что там к печали и добру
С улыбкой на лице и со слезами
Бесстрашно ты стояла на ветру...
-=-
далее описывается его смерть перед свадьбой от рук невесты в пьяной потасовке
его возлюбленная и невеста Людмила Дермина
|
Николай Рубцов родился в Емецке Архангельской области в 1936 г. в многодетной семье. В 1942 г. умерла его мать, а отца забрали на фронт, и Николай оказался в детдоме. Встретиться с отцом ему довелось только в 1955 г. – после возвращения с войны он женился вторично, а сына не смог найти из-за утери документов в детдоме. Николай жил впроголодь и с 16 лет брался за любую работу. В автобиографии Николай Рубцов рассказывал: «Стихи пытался писать еще в детстве. Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…».
В 1962 г. Рубцов поступил в Литературный институт в Москве, в середине 1960-х гг. были опубликованы его первые поэтические сборники. Самыми популярными и любимыми в народе стали песни на его стихи «В горнице моей светло», «Я буду долго гнать велосипед» и «В минуты музыки печальной». Писатель Федор Абрамов называл Рубцова «блистательной надеждой русской поэзии».
Многие поэты предугадывали события своей жизни и предвидели свою судьбу. Так случилось и с Рубцовым. Однако он не мог предположить, что его палачом станет любимая женщина, на которой он собирался жениться. С начинающей поэтессой Людмилой Дербиной он познакомился еще во время учебы в Литинституте в 1962 г. Ее стихи показались ему талантливыми, на почве общих интересов они начали общаться, а через некоторое время у них завязался роман. Позже Людмила вспоминала: «Я хотела сделать его жизнь более-менее человеческой… Хотела упорядочить его быт, внести хоть какой-то уют. Он был поэт, а спал как последний босяк. У него не было ни одной подушки, была одна прожженная простыня, прожженное рваное одеяло. У него не было белья, ел он прямо из кастрюли. Почти всю посуду, которую я привезла, он разбил… Почему так тянуло меня к этому человеку и почему так сопротивлялось этому всё моё существо? Рубцов был для меня существом чисто духовным, но никаких свойств, присущих мужчине, настоящему мужчине, мне казалось, в нём не было».
Людмила Дербина
Их отношения были неровными – влюбленные то расходились, то сходились, часто ссорились. После очередного примирения они решили подать заявление в ЗАГС, церемония бракосочетания была назначена на 19 февраля 1971 г. 18 января к Рубцову пришли его друзья-журналисты, весь день продолжалось застолье (знакомые говорили, что проблемы с алкоголем у поэта были всегда). Выпито было немало – в протоколе о гибели Рубцова значились 18 бутылок вина. Ночью между поэтом и его гражданской женой произошла бурная ссора то ли на почве ревности, то ли просто по причине изрядного количества употребленного алкоголя. Перепалка переросла в потасовку.
Дербина так описывала случившееся: «Не выдержала я пьяного его куража, дала отпор. Была потасовка, усмирить его хотела. Да, схватила несколько раз за горло, но не руками и даже не рукой, а двумя пальцами. Попадалась мне под палец какая-то тоненькая жилка. Оказывается, это была сонная артерия… Сильным толчком Рубцов откинул меня от себя и перевернулся на живот. Отброшенная, я увидела его посиневшее лицо. Испугавшись, вскочила на ноги и остолбенела на месте. Он упал ничком, уткнувшись лицом в то самое белье, которое рассыпалось по полу при нашем падении. Я стояла над ним, приросшая к полу, пораженная шоком. Все это произошло в считаные секунды. Но я не могла еще подумать, что это конец. Теперь я знаю: мои пальцы парализовали сонные артерии, его толчок был агонией». Пророчество о гибели «в крещенские морозы» сбылось.
После случившегося Людмила отправилась в милицию и призналась в том, что задушила мужа. Ее судили и приговорили к семи годам лишения свободы за умышленное убийство. Через 5 лет Дербина была освобождена досрочно, по амнистии. В 1994 г. она опубликовала воспоминания, которые вызвали бурю негодования, так как женщина заявляла о том, что не считает себя виновной в гибели поэта – якобы на самом деле Рубцов умер не от удушения, а от инфаркта – сердце не выдержало в ходе потасовки. Впрочем, в прессе эти воспоминания назвали «бессмысленными и суетными попытками оправдания», а в суде оснований для пересмотра приговора 1971 г. так и не нашли.
На момент гибели поэту было всего 35 лет. Все, что после него осталось, – его прекрасные стихи.
_____________________________________________
из дневника Dmitry_Shvarts.
-=-
.
|
.