Это цитата сообщения СЕМЬЯ_И_ДЕТИ Оригинальное сообщение

Феномен нашей памяти

Феномен нашей памяти
мера1
13 июня, 4:51
Феномен нашей памяти
Часть 1

Некоторые преобразования мозговых структур, связанные с
феноменом биологической памяти.

Мозг 1.jpg
Мозг представляет собой мобильную, динамическую систему, в которой происходят постоянно процессы самоорганизации, саморегулирования и распада функциональных нейронно – сетевых структур для реализации определённых функций и выполнения различных задач. Его структурно-функциональная организация обеспечивается огромным количеством связей между нейронами и нейроглией.

Мозг – это сложная целостная система приёма и переработки энергии и информации, предназначенная в рамках эволюции для адекватного отражения реальной действительности. Являясь частью этой реальной действительности, он сам развивается и эволюционирует. Определяющая роль при этом принадлежит биологической памяти.

Память – это совокупность процессов запоминания, сохранения и восстановления опыта. Наличие биологической памяти, то есть сохранение приобретённого опыта и знаний, является основным условием эволюции живой материи.

Память связывает прошлое, настоящее и будущее человека. Информация, приобретённая в прошлом, сохраняется и воспроизводится индивидом в случае необходимости. Без памяти теряется смысл проведения сравнительного мониторинга перед принятием окончательного решения и при любом отражении внешних воздействий.

Мозг 2.jpg
Без памяти мозг не сможет выполнить главную свою задачу – обеспечить своё существование и существование организма в изменяющихся условиях. Без памяти, без информации о прошлом нет и будущего, либо оно недолговременно.

Из трёх форм биологической памяти – генетической, иммунологической и нейрологической, особый интерес вызывает последняя. Их появление связано с разными этапами эволюции.

Генетическая память – это память о структурно-функциональной организации живой системы.

Иммунологическая память проявляется в способности иммунной системы усиливать защитную реакцию от генетически инородных тел.

Нейрологическая память появляется у животных, обладающих нервной системой. Она является наиболее сложно организованной. Нейрологическая память – это совокупность следов прошлого, определяющая поведение в настоящем. Она ведёт к изменениям нервной системы, которые сохраняются некоторое время и определяют протекание тех или иных реакций.

Этот комплекс структурно-функциональных изменений называется энграммой. Это след памяти, так как она опирается на факторы, которые уже отсутствуют в настоящем времени.

Сенсорная память – это первичные следовые процессы. На её базе формируется кратковременная память.

Она позволяет использовать некоторое время определённое количество информации, а затем либо забывается, либо переходит в долговременную память. Долговременная память обеспечивает сохранение информации неограниченное время и объём её практически не ограничен.

Образная память – это память на образы различной модальности. Человек получает информацию благодаря разным органам чувств: зрению, слуху, обонянию, осязанию и вкусу. Соответственно выделяют: зрительную, слуховую, обонятельную, осязательную и вкусовую память.

Пока ни одна концепция восприятия (детекторная или частотная) не может объяснить, как из некоторого числа элементов (специализированных нейронов-детекторов или узкополосных нейронов-фильтров) создаётся целостный образ. Скорее всего за его синтез ответственны ансамбли нейронов, создающие организованные нейронные сети.

Консолидация – это процесс, приводящий к физическому закреплению энграммы, то есть переход следа памяти из кратковременного хранения в долговременное. Реверберация – это механизм консолидации, основанный на многократном пробегании нервных импульсов по замкнутым цепям нейронов.

Кратковременная память – это неустойчивая форма следа. Она существует непродолжительное время, след её уязвим, он может быть разрушен разными воздействиями. Фиксация энграммы, консолидация связаны с активацией ряда биохимических процессов и сопровождаются синтезом белка. Поэтому прерывание консолидации приводит к физическому уничтожению энграммы [1].

Кроме того, всякий раз повторно активированная энграмма отличается от неё самой, воспроизведённой на другом отрезке времени в прошлом [1]. Речь идёт о реконсолидации (повторной консолидации после активизации энграммы), об активной перезаписи информации, которая также сопровождается синтезом белка. Необходимость реконсолидации хорошо вписывается в голографическую концепцию памяти Прибрама К.

Исследования показали, что след памяти через разное время реализуется разными нейронами; что след памяти не имеет определённой локализации, а считывается с нейронов разных структур мозга в зависимости от обстоятельств. “Плавание” энграммы по структурам мозга отражает принцип организации памяти [1]. “Плавание” энграмм не противоречит голографической концепции памяти.

Удаляя определённые участки мозга, пытались понять, насколько они необходимы для обучения и памяти. Оказалось, что даже при удалении значительных участков мозга обучение происходило, а память нарушалась относительно мало.

Как говорил Лешли К.С.: “Памяти нигде нет, но в то же время она всюду”. Топография системы, обеспечивающей воспроизведение, меняется со временем. Факты указывают на принцип распределённости энграммы как основу организации памяти [1].

Всё вышесказанное подтверждает предположение о том, что воспоминания (память) организованы сетевыми структурами, возникающими за счёт связи между нейронами, ибо связи предполагают возможность обмена определёнными белковыми молекулами.

Но с учётом объёма памяти и выше перечисленных экспериментальных данных, “хранение” памяти осуществляется не за счёт сохранности сетевых структур, а за счёт сохранности информации о них в виде информационных кодов.

Активизация информационного кода должна привести к воспроизведению соответствующей сетевой структуры и, следовательно, к воспоминанию прошлого события. А для воспроизведения сетевой структуры, соответствующей “прошлому событию памяти”, могут быть использованы нейроны, свободные на данный момент.

Тем более, что “время жизни” белковых молекул относительно мало в сравнении с долговременной памятью. В этом плане голографическая природа памяти Прибрама К. имеет огромные преимущества.

Репрезентация какого-либо концепта не является постоянной и “записанной” в самой сети. Она возникает благодаря активации участка сети, соответствующего структуре знания. Ментальная репрезентация не существует и не хранится в долговременной памяти. В ней хранится система связей, приводящая к восстановлению паттерна [2].

Как отмечает Балабан П.М., “механизмы памяти не извлекают информацию, а заново генерируют её…”. Исследования показывают, что ни один из известных в настоящее время агентов не может полностью разрушить однажды сформированный след памяти, а причина ретроградной амнезии заключается в нарушении воспроизведения энграммы [1].

То, что за память и информационные процессы отвечают сетевые структуры, подтверждают исследования Штырова Ю.Ю. и Пулфермюллера Ф. [3]. В работе обсуждаются нейрофизиологические исследования ранних этапов обработки речи мозгом человека на основе негативности рассогласования (НР). НР – это мозговой отклик вызываемый редкими (девиантными) акустическими посылками, предъявляемыми изредка на фоне частых (стандартных) стимулов.

В структурном плане, полученные с помощью НР результаты четко указывают на существование распределённых нейронных сетей, лежащих в основании обработки поступающей речевой информации.

В зависимости от конкретных семантических свойств предъявляемых слов, они приводят к активации целого набора областей коры. В работе отмечается также, что возможно НР обладает чувствительностью к долговременным следам памяти, которые сформировались в нервной системе испытуемых в процессе их предыдущего взаимодействия с устной речью.

Таким образом, исследования показали, что в восприятии и понимании речевой информации мозгом человека участвуют не только традиционные речевые области, но и другие зоны мозга. Слова и концепции представлены в мозге в виде распределённых сетей нейронов, которые активируются практически мгновенно и автоматически при восприятии речи.

Мы имеем топографическую конфигурацию репрезентаций слов в мозге. Это говорит о том, что для человека информация должна быть однозначной и смысловой. Поэтому любой образ, любое изображение, любая фраза, любое словесное выражение не могут быть взяты вне контекста. Ибо в этом случае они являются неоднозначными и не несут никакой информационной смысловой нагрузки.

Речь идет о комплексном восприятии всей информации. Мозг принимает во внимание не только сигналы прямого стимула, но и общее состояние природного и социального окружения. Семантическая информационная модель, смысловая модель событий, фактов, явлений используется для долгосрочной консолидации памяти.

Таким образом, по современным представлениям отдельных “молекул памяти” или отдельных нейронов, хранящих воспоминания, не существует. Воспоминания организованы целыми сетями, паттернами нервных клеток, связанных синапсами.

Информационные процессы протекают и формируются в нейронных сетевых структурах мозга. Есть все основания говорить о структурно-функциональной организации памяти, которая согласуется и с концепцией системной динамической локализации ВПФ (высшие психические функции) Лурия А.Р.

В работе клеточных механизмов обучения и памяти огромную роль играет синаптическая пластичность. Это функциональные и морфологические перестройки синапсов, в результате которых либо увеличивается, либо уменьшается эффективность синаптической передачи.
Мозг 4.jpg
Синаптическая передача (трансмиссия) является ключевым событием при распространении сигнала от нейрона к нейрону. Это способность нейронных связей перестраиваться в ответ на стимулы окружающей среды и сенсорный опыт.

Если происходит усиление эффективности синаптической трансмиссии, то говорят о потенциации, если ослабление – о депрессии [4]. Синаптическая депрессия служит инструментом ослабления и в конечном счёте устранения ненужных нейронных контактов.

В зависимости от длительности периода, в течение которого сохраняются изменения эффективности синаптической передачи, различают кратковременную (КВП) и долговременную (ДВП) пластичность.

Долговременную потенциацию проявляют большинство синаптических контактов. ДВП – это усиление синаптической передачи между двумя нейронами, сохраняющееся длительное время после воздействия на синаптический проводящий путь. Этот механизм лежит в основе обучения и памяти.

ДВП упрочняет связи между нейронами, ускоряет проведение нервного импульса по цепочкам нейронов, принявших участие в передаче информации. ДВП требует синтеза новых протеинов и роста новых синаптических соединений, участвует в превращении “молчащих” синапсов в активные.

Механизмы синаптической пластичности и процессы ДВП подробно рассмотрены в работе Павлова И.Ю. [4]. Они могут реализовываться как на базе пре-, так и постсинаптической части контакта. На уровне постсинапса ДВП может достигаться за счёт изменений биофизических свойств и регуляции глутамата.

Многочисленные исследования показали, что индукция ДВП приводит к изменениям морфологии синапса. Причём оказалось, что изменения пре- и постсинаптической частей контакта происходят с высокой степенью координации, синхронизировано. Морфологические изменения формы и величины синаптического контакта не возможны без синтеза белка и экспрессии генов.

ГАМК (ɣ-аминомасляная кислота) является основным тормозным нейромедиатором, поэтому ГАМКергическая нейропередача играет важную роль в осуществлении контроля возбуждения в гиппокампе. Она контролирует клеточную возбудимость, избирательно снижает активность части сигналов, приходящих из таламуса.

Это позволяет мозгу сфокусироваться на определённой задаче, не отвлекаясь на другие стимулы. ГАМКергическая система принимает участие в механизмах индукции и экспрессии ДВП в гиппокампе. Как правило, блокирование ГАМКа рецепторов в гиппокампе приводит к увеличению ДВП, а их усиление же – к снижению степени потенциации [4].

Таким образом, действие всех модуляторов памяти затрагивает проведение импульса пирамидной клеткой. И здесь важным является влияние на рецепторы глутамата и ɣ-аминомасляной кислоты (ГАМК), регулирующих ДВП. Пирамидные нейроны гиппокампа интегрируют сигналы, которые являются не только возбуждающими, но и тормозящими.

Значительную роль в модуляции активности нейронов играет и нейроглия, которая способна регулировать возбудимость нейронов и модулировать активность синаптической передачи в нейронных сетях. Наиболее важная роль отводится внеклеточному матриксу (ВКМ) и перинейрональным сетям (ПНС).

ВКМ заполняет пространство между нейронами, синтезируется нейронами и глиальными клетками и составляет значительную часть объёма нервной ткани (~ 20% головного мозга).

Структура и молекулярный состав ВКМ важны для электрической передачи сигналов в мозге, модуляции синаптической трансмиссии и регуляции синаптической пластичности. Функции молекул ВКМ многообразны.

Они принимают участие во многих патофизиологических процессах при восстановлении нейрональных связей после повреждений мозга; важны для электрической передачи сигналов; определяют диффузию ионов, нейромедиаторов, влияют на эффективность синаптической передачи.

Участие молекул ВКМ и клеточной адгезии в процессах синаптической пластичности может служить связующим звеном между функциональными изменениями в эффективности синаптической передачи и морфологическими перестройками ультраструктуры синапсов при ДВП и ДВД [4].

Роль ВКМ в синаптической пластичности особенно велика с учётом перинейрональных сетей (ПНС). ПНС представляют собой выраженный комплекс молекул ВКМ, которые, наряду с глиальными отростками, формируют оболочку вокруг нервных клеток.

Молекулярный состав ПНС, окружающих различные популяции нейронов, уникален и изменяется в процессе онтогенеза, что позволяет предположить наличие системы динамической регуляции состава элементов этих сетей. ПНС – это внеклеточные упорядоченные сетчатые структуры из молекул белков и углеводов, которые плотно охватывают синапсы, проксимальные дендриты и аксонный холмик.

Такая локализация позволяет эффективно действовать на развитие, стабилизацию и пластичность синапсов.

В многочисленных исследованиях показано, что молекулы ПНС критически важны для мозга в ходе обучения и развития, но они необходимы и для длительного сохранения воспоминаний.

ПНС стабилизируют новые связи и играют важную роль для хранения информации в долговременной памяти [5, 6, 7]. Они ответственны за поддержание возбуждающего/тормозящего баланса в мозге. Нарушение состава и структурной интеграции ВКМ и ПНС влияет на нейронную активность, синаптическую стабилизацию, работу мозга и организацию памяти.

Если рассматривать память как физиологическое явление, то особое внимание надо уделить синаптической пластичности и ДВП. В обеспечение ДВП вовлечено огромное количество белков.

Поэтому поиск “молекул, белков памяти”, которые непосредственно вовлечены в формирование памяти и без которых память “выключится”, является сложной задачей. После синтеза белки сразу готовы исполнить свою роль в очередном нейропластичном событии по реорганизации нейронных связей. В работе [8] Балабан П.М. анализирует некоторые возможные “белки памяти”, которые в физиологическом понимании памяти могут её обеспечить.

Но необходимо учесть, что они не являются материальными носителями запомненной информации, а выступают только в качестве регулятора эффективности межнейронных связей.

В своей книге “Тени разума” Пенроуз Р. отмечает, что вся нейронно-синапсовая схема с постоянными синапсами и их интенсивностями эквивалентна компьютерной схеме.

Однако, благодаря феномену пластичности, интенсивность (эффективность) синаптических связей и сами связи могут быстро изменяться. Естественно возникает вопрос – что управляет этими синаптическими изменениями, которые так важны для понимания работы мозга и природы памяти.

Никакие вычислительные процедуры в рамках коннекционистских моделей не могут адекватно объяснить этот феномен. Слишком сложная роль возбуждающих и тормозящих нейромедиаторов, внеклеточного матрикса, перинейрональных сетей и многих других химических соединений, задействованных в регулировке возбудимости нейронов и межнейронных коммуникаций.

Как показывают исследования, основным итогом этой регулировки является увеличение прочности межнейронных контактов, повышение надёжности передачи нервного импульса с целью формирования и стабилизации нейронных сетей.

Информационные процессы, процессы обучения протекают и формируются в нейронных сетевых структурах, которые также ответственны за структурно-функциональную организацию памяти. Основа памяти заключается в регуляции создания и функционирования нейронных сетей, осуществляющих запись и воспроизведение информации.

Механизмы управления синаптическими изменениями и синаптическими связями согласуются с теорией системной организации функций мозга Анохина П.К.

Речь идёт о структурно-функциональной способности мозга производить непрерывную организацию и реорганизацию с целью достижения полезного результата, о комплексах избирательного вовлечения компонентов для получения сфокусированного полезного результата. Основной является его идея об опережающем отражении действительности, что позволяет “предвосхищать” свойства того результата, который должен быть получен в соответствии с принятым решением.

Его акцептор результатов действия (АРД) является афферентной моделью основных параметров результатов действия, формирующейся ещё до совершения действия на основе предшествующего опыта в результате афферентного синтеза. Это обеспечивает постоянную оценку полученного результата и определяет целесообразность поведенческого акта. В физиологическом плане АРД представляет собой комплекс опережающих возбуждений.

В случае совпадения ожидаемых и реальных параметров результата возникает ряд процессов, связанных с достижением цели, в частности, появление положительных эмоций и фиксация в памяти той системы нервных соотношений, которая привела к успешному достижению цели [9].

Часть 2

Голографическая модель памяти.

Объём памяти, длительность и надёжность хранения информации пропорциональны числу нейронов, задействованных в этих процессах.

Кратковременная память характеризуется временем устойчивого хранения информации до 20-30 сек. и при не повторении разрушается. Время хранения долговременной памяти сравнимо с периодом жизни организма. Переход от кратковременной памяти к долговременной, консолидация, связан с активацией ряда биохимических процессов. В основе долговременной памяти лежит структурная фиксация нейронных сетей (часть 1).

Давно известно, что гиппокамп (часть лимбической системы) играет ключевую роль в формировании памяти. Есть гипотезы, что гиппокамп – хранилище кратковременной памяти, которая затем перераспределяется в долговременную память. Гиппокамп имеет мощные связи с ассоциативной корой. В процессе активизации устоявшихся воспоминаний решающую роль играет медиальная префронтальная кора (МПФК). Когда мы вспоминаем свежие события, гиппокамп активизируется сильно, а МПФК – слабо.

Если мы вспоминаем давние события, то нейроны МПФК работают активно, а нейроны гиппокампа – слабо. Кроме того, повреждения МПФК ведут к нарушению механизма воспоминания давних событий. При обучении возрастает амплитуда синаптических потенциалов, что свидетельствует о переходе потенциальных синапсов в активные. В гиппокампе открыты не только нейроны, кодирующие положение в пространстве, но и нейроны, кодирующие временные интервалы (временные метки, 2011г).

Таким образом, гиппокамп отвечает за ориентацию и в пространстве, и во времени. Большинство нейронов гиппокампа характеризуются полисенсорностью, то есть способны реагировать на различные виды раздражений. Среди нейронов гиппокампа выделено большое количество “нейронов новизны” [10].

Нейроны новизны – это нервные клетки, реагирующие на первые предъявления стимулов, на их новизну. Это – “детекторы новизны”. Нейроны новизны выделяют новые сигналы. По мере повторения стимула и в зависимости от возбуждения ответ нейрона новизны избирательно подавляется так, что дополнительная активация в нём исчезает и сохраняется лишь фоновая активность.

Как устроена память и как осуществляется консолидация памяти? Чтобы объяснить устройство памяти, нужно понять, как вообще мозг кодирует и обрабатывает информацию. Если принять распределённый характер памяти, то возможна её голографическая природа.

Идея о распределённом характере памяти принадлежит нейрохирургу Прибраму К. Она получила дальнейшее подтверждение в экспериментах. Для объяснения распределённого характера памяти Прибрам К. использовал принцип голограммы, предложенный Габором Д.

Голография – это способ записи и восстановления волнового поля, основанный на регистрации интерференционной картины, которая образована волной, отражённой предметом, освещаемым источником света (предметная волна), и когерентной с ней волной, идущей также от этого источника света (опорная волна). К основным свойствам голограмм можно отнести следующее.

Информация об амплитуде предметной волны, записанная на голограмме в виде контраста интерференционного рельефа, и информация о фазе – в виде формы и частоты интерференционных полос, позволяют получить объёмную копию предмета.
Интерференционная картина в каждой точке голограммы определяется светом, рассеянным всеми точками предмета. Поэтому каждый участок голограммы содержит информацию обо всём объекте. Следовательно, с помощью даже малого фрагмента голограммы можно восстановить изображение всего объекта.
На одну и ту же фотопластинку можно последовательно записать несколько различных голограмм, изменяя каждый раз, например, угол падения опорной волны.
Голография применяется для хранения и обработки информации. Информация об объекте, записанная в виде интерференционной структуры, однородно распределена по большой площади. Это обусловливает высокую плотность записи информации и её большую надёжность. Обработка записанного на голограмме массива информации световым пучком происходит одновременно по всей голограмме (с огромной скоростью). Голографические методы используются для поиска заданной информации, её кодирования и распознавания образов [11].
Природа голограммы как “целого, заключённого в части” вполне могла объяснить, почему удаление большей части коры головного мозга не нарушает способность мозга выполнять зрительные задачи. Как показали Лешли К. и Прибрам К., зрение голографично.

Даже после удаления у крыс 90% зрительного отдела коры головного мозга они были в состоянии выполнять сложные зрительные задачи. 98% оптических нервов у кошек могут быть удалены без нарушения их зрительных способностей.

Девалуа Р. и К. преобразовали методом Фурье черно-белые клетки в простые волновые формы. А затем провели эксперименты для выяснения того, как клетки мозга в зрительной части коры реагируют на эти новые волновые формы.

Оказалось, что клетки мозга реагировали не на первоначальные образы (черно-белые клетки), а на волновые формы этих образов.

Исследования Бернштейна Н. показали, что даже наши физические движения могут быть закодированы в мозгу в виде волновых форм Фурье. Волновые формы содержат скрытые паттерны, позволяющие предсказать следующее движение с точностью до мм.

Таким образом, мозг анализирует движения, разбивая их на частотные составляющие. То есть зрительная часть коры головного мозга реагировала не на паттерны, а на частоты различных волновых форм. Поэтому Прибрам К. занялся оценкой роли частоты и для других органов чувств.

Ещё 100 лет тому назад Гельмгольц показал, что ухо является анализатором частот. Более поздние исследования подтвердили также зависимость от частоты органа обоняния. Работы Бекеши Г. наглядно показали, что наша кожа чувствительна к некоторым вибрационным частотам и что орган вкуса использует частотный анализ. Существуют эксперименты Бехтеревой Н.П., указывающие, что человеческий мозг является органом, который порождает волновые структуры, адекватные формам внешнего мира.

Таким образом, существует много доказательств того, что любой из наших органов чувств обладает гораздо большим частотным диапазоном восприимчивости, чем предполагалось ранее. И каким-то образом мозг переводит всю эту лавину частот, которую он воспринимает с помощью всех органов чувств, в наше конкретное представление о мире [12,13].

Представление о том, что след памяти не имеет определённой локализации, а считывается с нейронов разных структур мозга в зависимости от обстоятельств, подтверждено экспериментально (“плавание” энграмм).

По Прибраму К., мозг использует математический метод Фурье (преобразования Фурье), а именно, перевод видимого образа в волновую форму и обратно. Они позволили Габору Д. перевести изображение объекта в интерференционное “пятно” (голограмму), а затем голограмму в первоначальное изображение.

Виртуальный образ – это основа памяти. Нейроны имеют дендриты и синапсы, и когда электрические сигналы достигают концов этих разветвлений, далее они распространяются в виде волн, которые при наложении и образуют нейронные голограммы.

Взаимодействие динамических структур возбуждения, падающих на рецепторные поверхности, после их передачи кодируется благодаря горизонтальным связям в активность медленных потенциалов групп нейронов и образует временные микроструктуры, рисунки которых зависят скорее от функциональной организации нейронных соединений, чем от нейронов, как таковых.

Нейронное отображение входных воздействий создается с помощью преобразований, которые в оптике называются голографией, основанной на использовании явления интерференции структур. Рецепторные явления служат миниатюрными моделями “нейронного голографического” процесса [12].

Нейронные голограммы создают наши ментальные образы и наше конкретное представление о мире. Но для этого требуется активизировать голограмму. Таким образом, мы имеем бесконечный калейдоскоп интерференционных картин. Кодирование, декодирование частот – с этим голограмма справляется великолепно.

Сущность голографической концепции состоит в том, что образы восстанавливаются, когда их представительства в виде систем с распределённой информацией активизируются. Восстановление того, что хранится в памяти, зависит в основном от повторения данной структуры, которая первоначально вызвала этот процесс сохранения. Это не означает, что память распределена беспорядочно по всему мозгу.

Это касается только тех областей, где входные воздействия вызывают устойчивые узоры синаптических микроструктур. И главное, что голографический подход не противоречит нейрофизиологическим классическим концепциям. Он обогащает их тем, что придаёт особое значение не нервным импульсам аксона, а микроструктуре медленных потенциалов, которая развивается в постсинаптических-дендритных сетях [12,13].

Основываясь на преобразованиях Фурье и голографической модели Прибрама К., голографическая модель памяти подразумевает следующее.

Мозг использует в работе преобразования Фурье, переводя сенсорную информацию и “физическое прошлое” в волновую форму, в частотный спектр. В результате чего они записываются в виде интерференционных картин (нейронные голограммы). Эта виртуальная информация кодируется и коды с временными метками хранятся в МПФК, представляя собой “карту памяти”.

Для извлечения нужного события из памяти мозг обращается к “карте памяти” и по коду с временной меткой запускает процесс в обратном направлении.

Таким образом, физическое прошлое хранится не в конкретной итоговой конфигурации нейронных сетей, а в виде кодов нейронных голограмм с временными метками. Для активизации голограммы и для восстановления структуры нейронной сети, соответствующей прошлому событию, могут быть использованы любые свободные нейроны. Именно этим можно объяснить “плавание” энграмм.

Предложенная модель “карты памяти”, базирующаяся на преобразованиях Фурье и голографической модели памяти Прибрама К., объясняет не только распределённый характер памяти и зрения, но и колоссальную вместимость памяти; механизм хранения памяти и карту памяти; способность забывать и вспоминать; ассоциативную память; фотографическую память; фантомные боли; сохранение информации в памяти человека во время клинической смерти; способность мгновенно извлекать из “хранилища” ту информацию, которая закодирована с помощью такого волнового процесса. Голографическую природу памяти поддерживают также другие исследователи, в частности, Лебедев А.Н. и Гаряев П.П., создатель волновой генетики.

Как отмечает Анохин К.В., наш разум, наше сознание имеют такое количество степеней свободы, они могут создать такое количество миров в себе, которое нельзя сосчитать. Они содержат все образы того, что мы видели каждую секунду; они генерируют всё, что мы видим и слышим, от восходов и закатов до фильмов, мелодий, картин, книг и т.д. Это бесконечность.

Но это не только память того, с чем мы когда-то соприкасались, но и память чувств и эмоций.

Наш мозг – это огромная физически связанная сеть, это гиперсеть, в которой генерируется, отражается и запоминается весь наш субъективный опыт. Эта гиперсеть и есть наше “Я”, это и есть наша “Вавилонская библиотека”, в которой записан текст [14]. Это возможно только в случае голографической модели памяти Прибрама К.

Необходимо отметить ещё и следующее. По мнению Прибрама К., мозг, преобразующий волновую информацию в образы реального мира, тщательно контролирует эту информацию, регулярно “вычёркивая” ненужное нам из нашего восприятия. Существование такого “сита-фильтра” признаётся многими.

Литература.

Основы психофизиологии: Учебник / Отв. ред. Ю.И. Александров. – Глава 6. Психофизиология памяти. – М.: ИНФРА-М, 1997 – С. 86-110.
Арутюнян В.Г. Проблема извлечения текста из памяти: Ассоциативные и семантические сети (коннекционистский подход) // Альманах современной науки. – Тамбов: Грамота. – 2013. №7. – С.12-14.
Штыров Ю.Ю., Пулфермюллер Ф. Автоматизм и параллелизм ранних этапов обработки речевой информации мозгом: нейрофизиологические данные на основе негативности рассогласования // MRC Cognition and Brain Sciences Unit – Кембридж, Великобритания. – URL: http://www.zooton.net/ind12002.html (дата обращения 15.11.2018).
Павлов И.Ю. Механизмы синаптической пластичности в гиппокампе // UCL Institute of Neurology, Лондон, Великобритания. – URL: http://www.neuroscience.ru/dmdocuments/from_neuron_to_cognition_tempus.pdf (дата обращения 17.01.2019).
Белковое покрытие нейронов оказалось ключом к долгой памяти – URL: https://naked-science.ru/article/sci/belkovoe-pokrytie-neyronov-okazalos (дата обращения 27.01.2019).
За хранение воспоминаний могут отвечать сети молекул вне клеток – URL: https://polit.ru/news/2015/10/26/ps_neuron_net/ (дата обращения 14.02.2019).
Мельникова А. Конфокальное изображение перинейрональной сети – URL: https://biomolecula.ru/articles/a-chto-zhe-okruzhaet-nejrony (дата обращения 25.02.2019).
Балабан П.М. Какой же вклад протеинкиназа M-дзета вносит в формирование памяти? – https://elementy.ru/news/431971 (дата обращения 09.03.2019).
Акцептор результатов действия // БМЭ – URL: https://бмэ.орг/index.php/АКЦЕПТОР_РЕЗУЛЬТАТОВ_ДЕЙСТВИЯ (дата обращения 25.04.2019).
Головной мозг: структура, функции, его задачи и заболевания. – URL:http://domadoktor.ru/233-golovnoy-mozg.html (дата обращения: 01.10.2017).
Милованов В.Н., Загиров Р.Г., Гришкин В.В. Физические основы голографии // Методическое пособие. – Наб. Челны: Изд-во ИНЭКА, 2011. – 15с.
Концепция К Прибрама “Голографическая модель мозга”. – URL:http://studbooks.net/1329114/psihologiya/kontsepts..._golograficheskaya_model_mozga (дата обращения: 15.11.2017).
Тихоплав В.Ю. Концепция Карла Прибрама // Новая физика веры.
Анохин К.В., Наш разум – это гиперсеть, https://scisne.net/print=https://scinse.net/a-2287 .

***
Милованов В.Н.