Летопись Ташкентской Эвакуации во время Великой Отечественной Войны бесконечна. Вот стал известен ещё один эпизод. В «Письма о Ташкенте» обратилась Елена Баснина: «Меня зовут Елена, я работаю хранителем в Музее МАРХИ (Московского архитектурного института).
Я пытаюсь разыскать историческую фотографию здания по ул. Пушкинская, д. 66, в котором во время эвакуации института в Ташкент работала производственная мастерская института (1941 — 1942 гг.).
Этот адрес известен из приказа института, то есть можно считать его достоверным. Я нашла фотографии на pastvu.com и на вашем сайте «Письма о Ташкенте», которые свидетельствуют о том, что исторически по адресу ул. Пушкинская, д. 66 находилась баня на Дархане (бывш. Метрикова).
Я очень надеюсь, что с вашей помощью смогу узнать, какова вероятность того, что во время войны баня служила помещением для мастерской Московского архитектурного института в эвакуации. Заранее благодарю. С уважением...» https://mytashkent.uz/2025/03/26/arhitekturnaya-masterskaya/
Можно было бы предположить, что производственные мастерские института разместили в каком-то подсобном помещении Бани, потому что сама баня работала в полную силу. Ведь кроме ташкентцев там мылись отряды солдаты, раненые, толпы беженцев… Если бы не бани, город потонул бы во вшах и всякой заразе. НО Елена называет конкретный адрес Пушкинская 66…А бывшая Баня Метрикова в 1937 находилась по адресу Пушкинская №78, в 50е номер уменьшился, стал № 72. Видимо, благодаря строительству двух крупных зданий: проектного института на Ассакинской в 47г. И жилому дому на углу Пушкинской и Балыкчинской (Хамида Алимджана). 60е номера домов могли располагаться в предыдущем квартале, за квартирой доктора ФЕДОРОВИЧА. Но этот квартал от Ассакинской до Балыкчинской был обычным жилым кварталом. Фасады особнячков скрывались за зеленью палисадников, никаких особых ведомств я там не припомню. В советские годы какая-то табличка висела в самом начале квартала, со стороны Балыкчинской, на небольшой пристройке. Ко входной двери вели 2-3 ступеньки... вниз?! Хотя ко всем парадным надо было подниматься на 2-3 ступени вверх. Фото таких мест надо искать в семейных альбомах.
На сайте Московского Архитектурного Института (МАРХИ, бывший МАИ) опубликована статья о житье - бытье в ташкентской эвакуации.
https://www.newsmarhi.ru/2022/04/29/17749/
«Научный полк»: эвакуация МАРХИ в годы Великой Отечественной войны
21 октября из постановлений Совета по эвакуации и решения Всесоюзного комитета по делам высшей школы (ВКВШ, именно эта аббревиатура размещалась слева от надписи «Архитектурный институт» на фасаде МАРХИ со второй половины 1930-х гг., а сам комитет как раз занимал часть помещений института) становится известно, что Московский архитектурный институт подлежит эвакуации в Ташкент. 24 октября принят приказ по институту — с одной стороны продолжаются занятия в институте, работы на объектах Москвы, с другой — архив, библиотека и учебное оборудование подготавливаются к эвакуации. Однако, помимо учёбы, на Рождественке в эти дни шли и митинги, посвящённые темам эвакуации и паникёрства (на основе воспоминаний В. Блюменталя [Каждан, Я. Дом на Рождественке.- Москва: Рой, 1998]).
И действительно, фоном для этих процессов в институте стали события Московской паники 15-17 октября 1941 года и перевод города на осадное положение.
С момента начала эвакуации 24 октября институт фактически разделяется на две части — эвакуируемую в Ташкент и остающуюся в Москве.
Первый этап эвакуации — добраться из Москвы до Мурома. Добирались всеми возможными видами транспорта. В Муроме комплектовались эшелоны эвакуирующихся высших учебных заведений. Для студентов был выделен товарный поезд, составленный из вагонов-теплушек. Об условиях быта в таких вагонах говорить едва ли приходится. Ещё одна важная проблема — обеспечение продовольствием.
7 ноября 1941 года эшелон со студентами отправился в долгий путь до Ташкента. Напомним, что в этот же день на Красной площади проходил знаменитый парад. В Ташкент эшелон прибыл лишь в декабре (на фронтах Московской битвы начинается контрнаступление).
В Ташкенте для занятий было предоставлено здание ТАШКЕНТСКОГО СТРОИТЕЛЬНОГО ИНСТИТУТА.
уг. Ассакинской и Свердлова, 14. https://oldtashkent.com/ulitsy-tashkenta/assakinskaya-ulitsa.html "В советское время это здание часто меняло своих владельцев. В конце двадцатых годов здесь расположился Среднеазиатский хлопково-ирригационный политехнический институт (СА-ХИПИ), затем СРЕДНЕАЗИАТСКИЙ СТРОИТЕЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ (САСИ), затем дирекция и строительный факультет Среднеазиатского индустриального института, переименованного в конце сороковых годов в Среднеазиатский политехнический институт. Затем здесь находился факультет промышленно-гражданского строительства Ташкентского политехнического института".
. В первое время жить приходилось прямо в аудиториях, впоследствии студентам были предоставлены общежития, а профессорам — комнаты и углы в частных квартирах. В аудиториях не хватало принадлежностей и банальных расходных материалов — бумаги, карандашей.
В декабре были возобновлены занятия. Их проводили 55 преподавателей, среди которых С. Е. Чернышёв, В. Ф. Кринский, А. М. Рухлядев, Б. А. Коршунов, Н. В. Докучаев, Я. И. Райх, В. А. Мыслин, Г. Я. Мовчан, Г. А. Захаров, З. С. Чернышёва, М. А. Туркус. Программу занятий старались по максимуму сохранить, но военное время вносило коррективы: в программу вплетались конкурсы на военную тематику. Часть проектов, дипломов, научных работ приходилось ориентировать на проблематику Средней Азии, проводились обмеры памятников узбекской архитектуры.
Студенты учились 4 дня, а в остальные дни работали на эвакуированных заводах, строительстве жилых домов для эвакуированных, строительстве Северо-Ташкентского канала, строительстве и проектировании заводов и мостов. Студенты и преподаватели участвовали в строительстве Фархадской и Саларской ГЭС. Преподаватели проектировали и консультировали многие проекты в Средней Азии и Сибири. В декабре 1941 года были организованы подготовительные курсы и объявлен приём на I-й курс Архитектурного института в Ташкенте.
……………………………. Эвакуированная часть получает статус Ташкентского филиала. В 1943 году филиал возвращается в Москву, и две части разделённого войной института окончательно объединяются.
https://www.newsmarhi.ru/2022/04/29/17749/
Комментарий в "Письмах о Ташкенте" дополняет картину студенческого быта.
https://mytashkent.uz/2025/03/26/arhitekturnaya-masterskaya/
Хоттабыч:
Тут косвенно как-то упомянут Ташкент:
Архитектор Мария Петровна Мочалова. Графика : альбом : [к 100-летию Мочаловой М. П. и 80-летию Южно-Уральского государственного университета] / под редакцией Д. Н. Сурина ; авторы-составители Д. Н. Сурин [и др.]. — Челябинск : Полиграф-Центр, 2022 ...
стр.11
… Бомбёжки Москвы к осени стали ежедневными. Институт готовился к эвакуации в Ташкент. …
Так прошёл почти год. Пора было возвращаться в институт, который находился в эвакуации в Ташкенте. Студенты регулярно мобилизовались на сельхозработы, строительство, заготовку саксаула, уборку хлеба, хлопка, разгрузку вагонов. Жили в очень тяжёлых условиях, особенно на выездных работах.
В Ташкенте жили в одной комнате тридцать человек. Еда — по карточкам.
Постоянное чувство голода, иногда до головокружения и обморока. А в зимние месяцы ещё и холод донимал. И при этом умудрялись учиться, выполнять курсовые проекты. Даже пятёрки получали. А ведь проекты и другие графические работы приходилось выполнять, сидя на кроватях, так как ни столов, ни стульев в комнате не было. Для любимого рисования возможности были ограничены : не было красок, кистей, бумаги, времени, наконец. Но Мария всё же находила хоть немного (времени?) рисовать. На обрывках плохой бумаги делала карандашные наброски со своих…»
И ведь снова Ассакинская! Что за место такое?! С этой улицей и её окрестностями связано множество ташкентских историй... Правда, самой улицы больше нет, название АСАКА присвоили соседней УЛЬЯНОВСКОЙ.