ИЗ ЧАСТНОЙ ПЕРЕПИСКИ:

Федор Сологуб - В. Ленину
 

"Не завидуйте, Анастасия Николаевна, - говорил Фёдор Сологуб жене, придя в гости к Мережковским, на столе у которых лежал кусок иглистого от соломы хлеба. - Не надо завидовать. И у нас вчера был хлеб".

Сын кухарки и портного, за четверть века напряженного учительского и писательского труда,  достигший некоторого материального благополучия, в 1917 году он лишился всего.

Российского писателя с мировым именем выгнали из квартиры, отобрав всё, даже книги. Вместе с женой писательницей Анастасией Николаевной Чеботаревской, Сологуб ютился в каком-то "павильоне" на Васильевском острове, где зимой пол за ночь покрывался ледяной коркой, Но не нужда и голод заставили его обратиться к сильным мира сего.

"Умертвили Россию мою, схоронили в могиле Немой!" - писал он в 1918 году. Сологуб задыхался в стране, где, по его словам, торжествовали "вчеловеченные Звери". 

[показать]

Ф. Сологуб - В. Ленину

Петроград, В. Щ. , 10 линия, 5, кв. 1. 
20 февраля 1920 г. 
 

Многоуважаемый Владимир Ильич 

Решаюсь обратиться к Вам, не будучи знаком с Вами лично, так как на обращения мои к тов. Луначарскому и Троцкому, беседовавшим со мной без всякой неохоты при других обстоятельствах, не последовало никакого ответа. Меж тем я добиваюсь очень простого - разрешения мне и моей жене, Ан. Н. Чеботаревской, выехать из пределов Советской России для лечения и устройства моих литературных дел.

В письме на имя Совета Народных Комиссаров, посланном в декабре, я подробно изложил мотивы, заставляющие меня временно покинуть страну, к которой я бесконечно привязан, но пребывание в которой в настоящее время для меня крайне мучительно. Здоровье моё, вследствие невероятного питания и отсутствии возможности лечиться (даже некоторые лекарства выдаются только коммунистам), пришло в полный упадок, а длительное истощение лишило меня обычной трудоспособности.

У меня отнята учительская пенсия за 25 лет службы, страховка на дожитие, которую я должен был получить в этом году, словом, уничтожены все условия для существования, достойного моего возраста и положения. Сейчас я живу переводами и распродажею вещей, но согласитесь, что перевести два печатных листа за один фунт масла или сахару (по нормам чёрного рынка) человеку в 57 лет довольно трудно. С другой стороны, я не хочу как вор бежать из моей родины, не хочу эмигрировать и порывать связи со страною, дороже которой для меня нет ничего на свете, - я всё ещё верю, что при несколько иных условиях я могу быть полезен ей и снова работать для неё.

Я хочу лишь уехать временно, на несколько месяцев, исключительно для лечения и для продажи заграничным издателям права на переводы моих романов, а также и для того, чтобы пожить некоторое время в человеческих условиях, - ведь здесь два года мы не видим ни мяса, ни белого хлеба, и я за все это время не мог купить себе калош. Поэтому в последний раз обращаюсь к Вам с горячею просьбою, - окажите содействие мне в получении разрешения выехать за границу, хотя бы в Эстляндию. 

С истинным уважением, 

Фёдор Сологуб