Вернисаж одной картины:
Джон Сингер Сарджент
(John Singer Sargent).
Гвоздика, лилия, лилия, роза
(или "Китайские фонарики")
Когда Огюст Роден в 1902 году увидел портрет трех юных сестер Хантер кисти Джона Сингера Сарджента (John Singer Sargent), он назвал художника «ван Дейком нашего времени». Однако сразу после смерти Сарджента в 1925 году мнение о нем в творческих кругах резко изменилось в худшую сторону. Произошло это, в частности, с подачи бывшего друга художника, влиятельного критика Роджера Фрая, посчитавшего работы Сарджента неуместными и неактуальными для эпохи модернизма. Так что его реализм практически мгновенно был объявлен анахроничным и поверхностным, а самого художника стали считать не более чем удачливым карьеристом, который своими портретами потакал прихотям аристократов.
Один из самых успешных и почитаемых художников своего времени был вытеснен Матиссом и Пикассо. Упражняясь в остроумии, коллеги по цеху называли Сарджента легковесным льстецом «Позолоченного века» и хитрым ремесленником. Камиль Писсарро как-то пренебрежительно обронил: «Он был не энтузиастом, а скорее ловким исполнителем». За Сарджента к тому моменту могли говорить лишь его полотна, безмолвные свидетельства его несомненного таланта и мастерства. Спустя несколько десятилетий они заняли положенные им места в музеях и галереях, стали продаваться на аукционах за миллионы долларов и обеспечили Сардженту имя мирового классика.
Джон Сингер Сарджент. Гвоздика, лилия, лилия, роза
(или "Китайские фонарики")
Картина, на которой две девочки зажигают китайские фонарики в сумеречном саду, стала одной из самых узнаваемых и прославляемых работ Сарджента. Написана она, однако, была в период «забвения», когда художника уже даже не критиковали – его просто не замечали. Такая творческая невидимость подарила Сардженту определенную свободу – и в передвижениях, и в выборе сюжетов. Название полотна «Гвоздика, лилия, лилия, роза» (альтернативное название – «Китайские фонарики») было взято художником из популярной тогда романтической песенки «Пастух сказал мне».
Во время работы над этим полотном Сарджент вдохновлялся идеями и принципами импрессионизма. Некоторые его пейзажи тех лет, пронизанные солнцем, часто сравнивают с картинами Моне. Когда художника посетила идея написать сад в закатных сумерках и двух девочек с китайскими фонариками, он, следуя заветам импрессионизма, решил рисовать только то, что видит. Поэтому работа над картиной заняла очень много времени, ведь нужный свет Сарджент мог поймать лишь в течение нескольких вечерних минут.
Первой моделью художника стала пятилетняя дочь его друга Фрэнсиса Миллета, но для ребенка оказалось непосильным трудом изо дня в день стоять неподвижно в одной и той же позе, да еще и в парике. Поэтому девочку заменили Полли и Дороти – дочери художника-иллюстратора Фредерика Барнарда. Работа над картиной длилась с августа до ноября, после чего Сардженту пришлось сделать длительный перерыв из-за неподходящей погоды. Но даже когда сильно похолодало, и розы на кустах увяли, художник продолжал писать, охотясь за драгоценным светом. Писатель Эдмунд Госс, который гостил у Миллетов одновременно с Сарджентом, рассказывал в одном из писем: «Он одевал детей в белые свитера, которые доходили им до лодыжек, а сверху натягивал платья. Сам Сарджент укутывался, как исследователь Арктики. Розы постепенно отцвели, и их пришлось заменить искусственными цветами, которые прикрепляли к засохшим кустам. <…> Ни для одной картины он не делал столько набросков. Иногда он мог остановить детей посреди игры криком: «Замрите! Остановитесь! Мне нужно сделать набросок». И убегал, оставляя девочек неподвижными, как жена Лота, в ожидании, когда он вернется с мольбертом, холстом и красками».
Автор: Евгения Сидельникова