Первая промышленная революция в Российской империи дала о себе знать с отменой в 1861 году крепостного права. А для сухопутного Харькова особо важную роль сыграли железные дороги. В 1869 году качественно новый вид транспорта связал его с Москвой, Петербургом и Ростовом и город превратился в один из крупнейших транспортных узлов России. 

Любимое занятие харьковчан, земледельчество, уже с начала столетия преобразовывалось в сельское хозяйство, которое потребовало развития соответствующей промышленной отрасли. В 1880 году в Харькове возникает Общество сельского хозяйства, общественные деятели сельского хозяйства оказывали сильное влияние на местные органы власти с целью решения насущных проблем сельского хозяйства, создавали опытные хозяйства, научные лаборатории и учебные заведения. В работе Харьковского Общества сельского хозяйства принимали активное участие ученые и промышленники города. Так сельское хозяйство становилось на новые рельсы развития. 

В работе Сельхозобщества принимал активное участие и Максимилиан Христианович Гельферих. Немецкий подданный прибыл в Харьков из Баден-Вюртемберга и в 1853 году открыл в новом для себя месте жительства агентство немецкой торговой фирмы “Белино Фендрих”. Харьков он выбрал не случайно. По словам историка Д. Багалея, выходцы из Германии играли роль культуртрегеров и во второй половине XIX в. наиболее предприимчивые из них приняли непосредственное участие в становлении и развитии крупных фабрик и заводов Харькова. 

Среди активных деятелей промышленной революции оказался и успешный негоциант Максимилиан Гельферих, который в 1879 году затеял собственное производство. Спустя четыре года новая Фабрика земледельческих машин выпустила первые паровые и конные молотилки, сеялки, жатки, сноповязки. Дело расширялось: к немецкому предприятию присоединилось Бельгийское товарищество, которое к тому моменту располагало собственным производством – Заводом мельничных орудий. В 1895 году они основали акционерное предприятие “Товарищество М. Гельферих-Саде” со значительным по тем временам уставным капиталом 250 тысяч рублей. Так фамилия немецкого поданного была дополнена фамилией главы бельгийского предприятия и вошла в историю Харькова. Иностранные предприниматели шли верной дорогой, удачно выбрав нишу на развивающемся капиталистическом рынке. Конкуренция в этом секторе тогда была небольшой. В Харькове работала еще одна фабрика сельхозмашин, которой владел Эрнест Мельгозе, но это было более мелкое производство. По данным “Обзора фабрично-заводской промышленности Харьковской области”  1889 года (авторы А. Гнедич, С. Аксенов) в Харькове тогда работало три предприятия по выпуску орудий для сельского хозяйства. На заводе Э. Мельгозе (ул. Конная, 27) работало 58 рабочих, они изготавливали плуги, конные приводы и прочие орудия на 40 тысяч рублей в год; на заводе мельничных орудий Бельгийского товарищества  (ул. Корсиковская, 13) работало 380 рабочих, и здесь выпускались мельничные приборы, трансмиссии и прочее на сумму 400 тысяч рублей в год; на фабрике земледельческих машин М. Гельфериха (ул. Конная, 3) работало 400 рабочих и выпускались плуги, приводы и прочее на сумму 500 тысяч рублей в год. В 1907 году фабрика Гельфериха окончательно перебазировалась с насиженного места на Конной улице на территорию Бельгийского товарищества по ул. Корсиковской (т.е. дальше от центра города по будущему Московскому проспекту). 

“Товарищество М. Гельферих-Саде” в начале прошлого века стало самым крупным предприятием Харькова и, по данным Харьковской Казенной палаты за 1904 год, имело оборотный капитал в 4 361 508 рублей, что составляло 28% от общего годового оборота промышленных предприятий города. При этом предприятие, имея собственное производство, никогда не отказывалось от торговой деятельности и поставляло сельхозмашины из Европы. “Товарищество М. Гельферих-Саде” имело свои филиалы и в других городах России: в Ростове-на-Дону, Омске, Армавире. 

В 1868 году начинающий олигарх М. Х. Гельферих женился. В памяти харьковчан сохранилась легенда о его жене, прекрасной француженке Жозефине, страдающей неизлечимой болезнью, из-за которой любящие супруги так и не смогли обзавестись детьми. Но семейные неудачи не ожесточили Максимилиана Гельфериха, и он вошел в историю ставшего для него родным города как один из самых активных деятелей на поприще благотворительности. 

В 1868 году на собрании Городского купеческого общества было предложено открыть в Харькове коммерческое училище. Окончательное решение по его открытию приняли в 1888 году, когда были собраны необходимые денежные средства на его создание и строительство здания. Эти средства включали сумму обложения харьковских купцов налогом в пользу училища (106822 тыс. рублей) и сумму пожертвований от местных обществ, банков и частных лиц (106207 рублей, из них М. Гельферих пожертвовал 12 тысяч рублей). 

В 1895 г. по случаю кончины одного из учредителей Харьковского Медицинского общества доктора В. А. Франковского, приобретшего громадную известность и симпатии населения, возникла мысль об устройстве его имени “Приюта для неизлечимых больных, без различия звания, вероисповедания и состояния”. Харьковское население очень сочувственно отнеслось к этой инициативе. К концу 1896 года было собрано 13259 рублей, Городская дума выделила для приюта 700 кв. саженей земли. В состав собранной суммы включены 5000 рублей от М. Х. Гельфериха. Кроме этого меценат предоставил для приюта усадьбу с площадью земли в 1200 кв. саженей. 

В 1896 г. Гельферих пожертвовал свыше 1500 рублей на расширение помещения Вознесенской женской гимназии евангелистско-лютеранской общины. 

В 1899 г. Возникло Общество попечения о больных детях по инициативе доктора Н. Н. Филиппова. Крупную сумму в 6000 рублей в кассу Общества внес уже известный к тому времени благотворитель М.Х.Гельферих.

В 1904 г. в Харькове была открыта больница “Женская помощь” (ныне Роддом № 2)  благодаря спонсорству Максимилиана Гельфериха, который пожертвовал участок земли в конце Старомосковской улицы (ныне Московском проспекте) и 40 тысяч рублей наличными. Задачи новой лечебницы заключались в оказании по доступным ценам помощи беременным, роженицам и женщинам, страдающих женскими болезнями, как в больнице, так и на дому, а также в подготовке при лечебнице женщин-врачей и повивальных бабок. Сегодня Роддом № 2 продолжает начатое более 100 лет назад благородное дело. И носит имя харьковского миллионера. [600x321]

Сегодня трудно подсчитать итоговую сумму, вложенную харьковским олигархом в развитие города. И, наверное, трудно понять, откуда в нем была эта страсть к меценатству. Возможно, что все эти пожертвования промышленник делал в память о скончавшейся в 1894 году его любимой супруге, но, скорее всего, такая жизненная позиция была одним из проявлений его незаурядной личности.

1905 год в Харькове был бурный, как во всей России. Первыми забастовали рабочие “Товарищества М. Гельферих-Саде”. Вот как описывает события на заводе старший фабричный инспектор Харьковской губернии в донесении Министерству финансов: “ На заводе Гельферих-Саде во главе стоял один рабочий, модельщик, 27 лет, поступивший на завод всего в декабре 1904 г. и за короткое время приобретший такой авторитет, что сумел увлечь за собою 800 чел. рабочих, из которых немало прослуживших более 10 лет на заводе. Этому вожаку, Корыстину по фамилии, и обязаны рабочие завода Гельферих-Саде такой продолжительно забастовкой (16 дней)”.

12 декабря 1905 года произошло вооруженное выступление харьковского пролетариата. Эпицентром восстания опять стал завод Гельферих-Саде. Особенно возросло число забастовок и других актов протеста после Февральской революции. В 1916 году рабочие  завода Гельферих-Саде бастовали три раза, больше них в Харькове бастовали только на заводе ВЭК (впоследствии ХЭМЗ). 

Революционные выступления не прошли зря, и после Октябрьской революции в 1918 году был принят декрет Совета народных комиссаров за подписью В. И. Ленина о конфискации всего имущества “Товарищества М. Гельферих-Саде” и передаче его в собственность Советской республике. Директором был назначен рабочий завода электрик В. Вижуков. Завод был переименован в 1-й государственный завод сельхозмашин “Серп и молот”. И тут к своим бывшим конкурентам примкнул бывший завод Э. Мельгозе. Сначала его переименовали во 2-й государственный завод сельхозмашин, а затем, в 1923 году, он стал третьим элементом, составившим новый организм крупного советского предприятия с перспективным революционным названием “Серп и молот”.

[330x225] [335x225]

В первые пятилетки будущий советский гигант индустрии реконструировался и расширялся. В 1925 году завод “Серп и молот” занял второе место среди предприятий сельскохозяйственного машиностроения СССР. До 1940 года было выпущено 90 тысяч молотилок, 13 тысяч зерноочисток и много других сельскохозяйственных машин. Накануне Великой отечественной войны харьковские предприятия начали переход на выпуск военной продукции. “Серп и молот” не отставал, с конца 1939 года на нем производились фюзеляжи для боевых самолетов, мотоциклы МК-72, которые в большом количестве отправлялись в части Красной Армии. В начале войны завод освоил выпуск авиабомб.

[320x225] [320x225]

Сразу после освобождения Харькова началась восстановительная работа на “Серпе и молоте”, и с 1950 года завод освоил выпуск бензиновых, а затем с 1958 г. — дизельных двигателей, производство которых расширилось до 100 модификаций 4-х рядных и 6-ти цилиндровых дизелей для установки на сельскохозяйственные, лесопромышленные трактора, зерно- и кормоуборочные комбайны и другую технику. Ежегодно на заводе выпускалось около 190 тысяч двигателей. 3 июля 1967 года с главного конвейера сошел миллионный двигатель с маркой СМД. [800x318]

В конце 1980-х годов, когда начали проявляться первые признаки экономического кризиса в стране, старейшее харьковское предприятие по выпуску сельхозмашин лихорадочно начало осваивать так называемые товары народного потребления. И в начале 1990-х годов был осуществлен выпуск первой опытной партии спортивных тренажеров. 

Но кризис продолжал неумолимо надвигаться. В 1994 г., в соответствии с решением Министерства машиностроения, Харьковский моторостроительный завод “Серп и Молот” преобразовали в открытое акционерное общество “Серп и Молот” с уставным фондом в  2,43 млн. гривен. Переродившееся предприятие вступило в эпоху жесткой конкуренции. Его основными конкурентами на территории СНГ были Ярославский, Минский, Алтайский, Рыбинский моторостроительные заводы. Поддерживая собственных российских производителей двигателей, Россия ввела налоги на ввозимую продукцию из Украины, в результате чего двигатели украинского производства стали дороже российских на 20%. Кроме этого, монопольное положение поставщиков комплектующих изделий вызвало рост цен на них, что тоже способствовало снижению конкурентоспособности на фоне моторостроительных фирм России, Белоруссии, Германии, Англии, Финляндии. 

В 2002 году завод произвел только 275 двигателей, при производственной мощности 200 тысяч двигателей в год. За 2003 год заводом было выпущено продукции на 4 млн. гривен, а убытки от производственной деятельности составили 21,5 млн. гривен. 

В соответствии со ст. 1 Закона Украины “О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом” с 7 ноября 2003 г. на заводе разработали план, направленный на “оздоровление финансово-хозяйственной деятельности”. Но ему не суждено было осуществиться. Возможно, крестьянско-пролетарское название и способствовало бурному развитию предприятия в эпоху социализма, но к капиталистическому образу жизни оно вернуться не помогло. [800x451]

3 октября 2005 г. Хозяйственный суд Харьковской области признал завод “Серп и молот” банкротом. . В 2009 г. старые корпуса завода Гельферих-Саде были стерты с лица земли, и не осталось никаких следов былых воплощений улицы Корсиковской, живущей теперь ожиданием грядущего эволюционного прорыва.