Эта проникнутая удивительной нежностью картина подтверждает дар Рембрандта до такой степени смешивать божественное и земное, что уже невозможно провести грань между ними.

Богоматерь прервала чтение, чтобы поправить покрывало на Младенце, а может, чтобы прикрыть Его лицо от яркого света, призванного подчеркнуть Его величие.

Преисполненная нежности Мария склонилась над Иисусом, с истинно материнской заботой лишний раз проверяя, все ли в порядке с ребенком. Младенец спит крепким сном в плетеной колыбели, не сознавая, что происходит вокруг.

На заднем плане плотничает муж Марии Иосиф. Мать, дитя, даже колыбель — чисто голландские типы XVII века. Это могла бы быть, пожалуй, любая обычная семья, если бы не слетающие с небес ангелы-дети.


.