ЛЮБОВЬ ЕСТЬ РОМАН МЕЖДУ ОТРАЖЕНИЕМ И ЕГО ПРЕДМЕТОМ. ИОСИФ БРОДСКИЙ
Темно, и розных вод смешались имена.
Окраиной басов исторгнут всплеск короткий.
То розу шлет тебе,Венеция моя, в Куоккале моей рояль высокородный.
Насупился - дал знать, что он здесь он ни при чем.
Затылка моего севедатель настойчив.
Его: " Не лги!" - стоит, как Ангел за плечом, с оскомою в чертах.
Я - хаос, он - настройщик.
Канала вид... -
Не лги! - в окне не водворен и выдворен помин о виденном когда-то.
Есть под окном моим невзрачный водоем, застой бесславных влаг.
Есть, признаюсь, канава.
.................................................................................
Мы дожили, рояль,
мы - дожи, наш дворец расписан той рукой,
что не приемлет розы.
И с нами Марк Святой,
и золотой отверст зев льва на синеве,
мы вместе, все не взрослы.
- Не лги! - но мой зубок изгрыз другой букварь.
Мне ведом звук черней диеза и бемоля.
Не лгу - за что запрет и каркает бекар?
Усладу обрету вдали тебя,близ моря.
..................................................................................... ........
В Италии была Италия светла, прекрасна.
Рояль простил.
Но лампа, сокровище окна, стола , - погасла.
БЕЛЛА АХМАДУЛИНА, ВЕНЕЦИЯ МОЯ.
ИОСИФУ БРОДСКОМУ
."Труп розы возлежит на гущине воды, Которую зову как знаю ,как умею.
Лев сник и спит .
Вот так я коротаю дни в Куоккале моей ,с Венецией моею.
ОбОсонел простор .
Снег в ноябре пошёл И устоял.
Луна была зрачком искома И найдена .
Но что с ревнивцем за плечом?
Неужто и на час нельзя уйти из дома?
Чем занят ум? Ничем. Он пуст, как небосклон.
Не лги! -И впрямь я лгун, не слыть же Недолыгой.
Не верь, рояль, что я съезжаю на поклон К Венеции-
твоей сопернице великой ."
Декабрь 1988. Репино.