[700x525]
И ПРОВЕСТИ ГРАНИЦЫ МЕЖ НАС Я НЕ МОГУ...
Засыплет снег дороги,
Завалит скаты крыш.
Пойду размять я ноги:
За дверью ты стоишь.
Одна в пальто осеннем,
Без шляпы, без калош,
Ты борешься с волненьем
И мокрый снег жуешь.
Деревья и ограды
Уходят вдаль, во мглу.
Одна средь снегопада
Стоишь ты на углу.
Течет вода с косынки
По рукаву в обшлаг,
И каплями росинки
Сверкают в волосах.
И прядью белокурой
Озарены: лицо,
Косынка и фигура
И это пальтецо.
Снег на ресницах влажен,
В твоих глазах тоска,
И весь твой облик слажен
Из одного куска.
Как будто бы железом,
Обмокнутым в сурьму,
Тебя вели нарезом
По сердцу моему.
И в нем навек засело
Смиренье этих черт,
И оттого нет дела,
Что свет жестокосерд.
И оттого двоится
Вся эта ночь в снегу,
И провести границы
Меж нас я не могу.
Но кто мы и откуда,
Когда от всех тех лет
Остались пересуда,
А нас на свете нет?
БОРИС ПАСТЕРНАК, 1950

[280x34]
Федор Тютчев
Как под сугробом снежным лени,

Как околдованный зимой,

Каким-то сном усопшей тени

Я спал, зарытый, но живой!

И вот, я чую, надо мною,

Не наяву и не во сне,

Как бы повеяло весною,

Как бы запело о весне...
Знакомый голос... голос чудный...

То лирный звук, то женский вздох...

Но я, ленивец беспробудный,

Я вдруг откликнуться не мог...
Я спал в оковах тяжкой лени,

Под осьмимесячной зимой,

Как дремлют праведные тени

Во мгле стигийской роковой.
Но этот сон полумогильный,

Как надо мной ни тяготел,

Он сам же, чародей всесильный,

Ко мне на помощь подоспел.
Приязни давней выраженья

Их для меня он уловил —

И в музыкальные виденья

Знакомый голос воплотил...
Вот вижу я, как бы сквозь дымки,

Волшебный сад, волшебный дом —

И в замке феи-Нелюдимки

Вдруг очутились мы вдвоем!..
Вдвоем! — и песнь ее звучала,

И от заветного крыльца

Гнала и буйного нахала,

Гнала и пошлого льстеца.

[395x49]

[298x69]