Хочется ответить - английский. Но этот ответ был бы не вполне объективным. Английский и китайский? Да, возможно, скоро два этих языка станут языками элит. Но по понятным причинам письменным китайским смогут в полной мере овладеть не все. Так что если Вы сможете, то очень и очень выиграете в таком вероятном будущем, где китайский будет в первой тройке или же двойке самых распространенных и популярных языков.
Два языка - это хорошо. Но с точки зрения эффективности для начала надо брать как минимум 3-5. Языки при этом лучше взять из разных языковых групп, чтобы предотвратить их смешивание. Например, это могут быт те же английский с китайским и еще итальянский, иврит (если не боитесь обилия новых форм письма) и словацкий. Если Вы возьмете итальянский и испанский, то поначалу точно будете путаться. Возьмите сначала один из них, доучите до приличного уровня, а потом беритесь за второй.
Что дает несколько иностранных языков сразу и уже на первом этапе? Ваше сознание расширяется. Каждый отдельный язык перестает быть мегацелью, вершиной и теряет свою прежнюю значимость. Согласитесь, трудно преклоняться перед вершиной языка, когда таких языков, а, следовательно, и вершин 5... А если их 10? А 20-30? Экспериментально доказано, что полиглоты владеют каждым из многих языков лучше, чем те, кто владеет только одним иностранным языком. Еще замечено, что иностранными языками хорошо владеют те, кто хорошо владеет родным. Почему это происходит? Опять же есть элемент сравнения. Хорошо владея родным языком, человек и в иностранном стремится выйти на тот же уровень, ибо именно такой уровень для него удобен, привычен и нормален для комфортного существования в языковой среде. Изучая параллельно несколько языков, человек устраняет пробелы в одном из них за счет сравнения с тем, что он уже сделал в другом. Видение языка как цели становится более всесторонним, активизируются участки мозга отвечающие за вербальное мышление и речь. Кроме того, человек начинает видеть языковую систему без привязки к конкретному языку, конкретной лексике и грамматике, что позволяет понять и прочувствовать язык как явление.