Соло Кладбища Лишних Чувств
15-04-2014 20:07
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
А для силы и ловкости у меня есть я:
Для победы над временем, для бездны и высоты.
Чтобы настраивать жизнь, как чудесный большой рояль...
Все мое веселье это только маска,
Все мое веселье - лживый макияж.
Ты целуешь в губы - мартовская сказка,
Но, целуя в губы, ничего не дашь.
А мои ресницы, как паучьи лапы
(Сколько паутины нужно им сплести?),
В маленькой прихожей надеваю шляпу:
Ты меня боишься, лучше мне уйти.
Ты меня боишься, как боятся дети
Надкусить зубами неизвестный плод.
И смотрю спокойно, думая о лете:
Как оно начнется, как оно пройдет.
По твоим ступеням, вытертым и скользким,
Не люблю спускаться пару этажей.
Я надела туфли, стала выше ростом,
Так хочу остаться, но нельзя уже.
Я молчу и медлю, кровь застыла в вене...
Помолчав немного, лучше разойтись -
Вся немая прелесть этой глупой сцены
В том, как ты сжимаешь на прощанье кисть!
Все мое веселье - лживый макияж.
Ты целуешь в губы - мартовская сказка,
Но, целуя в губы, ничего не дашь.
А мои ресницы, как паучьи лапы
(Сколько паутины нужно им сплести?),
В маленькой прихожей надеваю шляпу:
Ты меня боишься, лучше мне уйти.
Ты меня боишься, как боятся дети
Надкусить зубами неизвестный плод.
И смотрю спокойно, думая о лете:
Как оно начнется, как оно пройдет.
По твоим ступеням, вытертым и скользким,
Не люблю спускаться пару этажей.
Я надела туфли, стала выше ростом,
Так хочу остаться, но нельзя уже.
Я молчу и медлю, кровь застыла в вене...
Помолчав немного, лучше разойтись -
Вся немая прелесть этой глупой сцены
В том, как ты сжимаешь на прощанье кисть!
Чем дальше, тем острей осознаю,
Что бессердечна... как и ты, мой мальчик.
Мигрировали ласточки на юг,
Уснули в доках трепетные мачты,
И Вся Любовь ушла на перекур,
Оставив скрипки в оркестровой яме...
А где-то на далеком берегу
Холодного, как память, океана
Стареет чувственность, выгуливая пса
Под вечер на обветренном причале...
Вода чиста, и, глядя в небеса,
Морские звёзды шевелят лучами…
Что бессердечна... как и ты, мой мальчик.
Мигрировали ласточки на юг,
Уснули в доках трепетные мачты,
И Вся Любовь ушла на перекур,
Оставив скрипки в оркестровой яме...
А где-то на далеком берегу
Холодного, как память, океана
Стареет чувственность, выгуливая пса
Под вечер на обветренном причале...
Вода чиста, и, глядя в небеса,
Морские звёзды шевелят лучами…
Я припадочно уже не мечусь так -
Лодка стала теплоходом круизным.
У меня к тебе серьезное чувство,
Называется оно похуизмом.
Жизнь прекрасна, как улыбка младенца,
Как воскресная молитва монаха.
Ну зачем же принимать близко к сердцу
Если можно посылать сразу нахуй.
Хорохорься до последнего вздоха,
Представляй себя маркизом де Садом.
Просто если бы ты знал, как мне похуй,
Ты бы точно застрелился с досады.
Лодка стала теплоходом круизным.
У меня к тебе серьезное чувство,
Называется оно похуизмом.
Жизнь прекрасна, как улыбка младенца,
Как воскресная молитва монаха.
Ну зачем же принимать близко к сердцу
Если можно посылать сразу нахуй.
Хорохорься до последнего вздоха,
Представляй себя маркизом де Садом.
Просто если бы ты знал, как мне похуй,
Ты бы точно застрелился с досады.
Я пока не могу [но пока] без Него обходиться,
Но Он скоро уедет, а Он ведь - не просто гость,
И сначала я буду ужасно-ужасно злиться,
Как горячий щенок, у которого тянут кость.
Хорошо уезжать! Это способ быть только личным -
Я люблю это чувство – горю, пока есть огонь.
Он как будто бы мир на порядок во мне увеличил!
[Я с улыбкой слежу за местами, где ходит Он].
Он как будто бы разум с другой голубой планеты,
Ископаемый зверь из далеких опасных мест,
А из разных концов разжиревшего Интернета
Прилетают послания маленьких злых принцесс...
Я пока не могу [но пока] без Него обходиться.
Он отдельный! Генетики, SOS, покупаю в рассрочку клон!
Ведь однажды, снимая фату, я смогу возбудиться,
Если выключу свет и представлю, что это Он.
Но Он скоро уедет, а Он ведь - не просто гость,
И сначала я буду ужасно-ужасно злиться,
Как горячий щенок, у которого тянут кость.
Хорошо уезжать! Это способ быть только личным -
Я люблю это чувство – горю, пока есть огонь.
Он как будто бы мир на порядок во мне увеличил!
[Я с улыбкой слежу за местами, где ходит Он].
Он как будто бы разум с другой голубой планеты,
Ископаемый зверь из далеких опасных мест,
А из разных концов разжиревшего Интернета
Прилетают послания маленьких злых принцесс...
Я пока не могу [но пока] без Него обходиться.
Он отдельный! Генетики, SOS, покупаю в рассрочку клон!
Ведь однажды, снимая фату, я смогу возбудиться,
Если выключу свет и представлю, что это Он.
А можно, я буду хорошей и нежной:
Без грубых движений, без резких батманов,
Смеяться над вечным всё реже и реже,
Не думать о свинге и марихуане…
Смотреть на детей в странных комбинезонах,
С тележкой бродить в супермаркете долго,
Любить равномерно четыре сезона,
Постель расстилать не по принципу долга.
А можно, я вычищу память, как сумку,
Где множество мусора там за подкладкой,
И прошлые комиксы – чьи-то рисунки
Безжалостно вырву из общей тетрадки.
А можно, я снова, как будто впервые,
Сто раз ошибусь, зарекусь… мне же часто
Так хочется верить, что люди живые,
А не из пластмассы, а не из пластмассы…
Без грубых движений, без резких батманов,
Смеяться над вечным всё реже и реже,
Не думать о свинге и марихуане…
Смотреть на детей в странных комбинезонах,
С тележкой бродить в супермаркете долго,
Любить равномерно четыре сезона,
Постель расстилать не по принципу долга.
А можно, я вычищу память, как сумку,
Где множество мусора там за подкладкой,
И прошлые комиксы – чьи-то рисунки
Безжалостно вырву из общей тетрадки.
А можно, я снова, как будто впервые,
Сто раз ошибусь, зарекусь… мне же часто
Так хочется верить, что люди живые,
А не из пластмассы, а не из пластмассы…
У первой - красивая грудь, у второй - ноги,
Стройные, ровненькие, с худыми ляжками…
А я, как старенький телефон Nokia,
Всегда заряжена…
Первая пьет и с балкона пасет в бинокль,
Как ты покупаешь второй мороженое.
А я, как старенький телефон Nokia,
Давно заброшена...
У первой истерика, слёзы, второй - одиноко,
Обе в депрессии сутки лежат на диване.
А я, как старенький телефон Nokia,
Не убиваема…
Стройные, ровненькие, с худыми ляжками…
А я, как старенький телефон Nokia,
Всегда заряжена…
Первая пьет и с балкона пасет в бинокль,
Как ты покупаешь второй мороженое.
А я, как старенький телефон Nokia,
Давно заброшена...
У первой истерика, слёзы, второй - одиноко,
Обе в депрессии сутки лежат на диване.
А я, как старенький телефон Nokia,
Не убиваема…
Ты не писал давно.
Это такая мелочь...
Девочка чертит мелом
Классики под окном.
Выпал мелок из рук
С грохотом СМСки.
Девочке прыгать не с кем -
Нет никого вокруг.
Нужно поднять мелок
И положить в карманчик.
Девочке нужен мальчик -
Милый дружок, милок.
Экая западня,
Если милок потерян:
Девочки с детства в теме -
Мальчикам не понять.
Это такая мелочь...
Девочка чертит мелом
Классики под окном.
Выпал мелок из рук
С грохотом СМСки.
Девочке прыгать не с кем -
Нет никого вокруг.
Нужно поднять мелок
И положить в карманчик.
Девочке нужен мальчик -
Милый дружок, милок.
Экая западня,
Если милок потерян:
Девочки с детства в теме -
Мальчикам не понять.
Помнишь, я тобой дышала?
Жалко, что не долго.
Жалко - маленькое жало,
Тонкая иголка.
Скромная ходила рядом
Чинно-благородно.
Ты был умным и нарядным,
Жаль - бескислородным.
Жалко - маленькое жало,
Жалит, как большое.
Как тебя я обожала
Телом и душою…
Только телу было душно,
А душе - постельно.
Ты был слишком безвоздушным,
Слишком запредельным.
Дайте что ли книгу жалоб -
Надавить на жалость,
Как тобою я дышала,
Но не надышалась.
Хрясь по эрогенным зонам -
Пляшут дьяволята.
Невесомость-невесомость,
Вакуум проклятый!
Жалко, что не долго.
Жалко - маленькое жало,
Тонкая иголка.
Скромная ходила рядом
Чинно-благородно.
Ты был умным и нарядным,
Жаль - бескислородным.
Жалко - маленькое жало,
Жалит, как большое.
Как тебя я обожала
Телом и душою…
Только телу было душно,
А душе - постельно.
Ты был слишком безвоздушным,
Слишком запредельным.
Дайте что ли книгу жалоб -
Надавить на жалость,
Как тобою я дышала,
Но не надышалась.
Хрясь по эрогенным зонам -
Пляшут дьяволята.
Невесомость-невесомость,
Вакуум проклятый!
Он холодный, он такой холодный -
На его ресницах снег не тает.
У природы нет плохой погоды,
Но его природа непростая.
То ли я ему совсем чужая,
То ли отключили батареи -
Я с ним постоянно простужаюсь
И потом недели две болею.
Людям очень нужно с кем-то греться…
Все уже себе понаходили.
Только у него другое сердце -
Маленькое сердце-холодильник.
Холодильник - славное местечко,
Чтоб хранить любовь, надежду, веру,
Но, когда его подносишь к печке,
Сильно уменьшается в размерах.
Я и он по-разному ранимы.
Близость не подходит для далеких -
Но когда он всё-таки обнимет,
Я умру от воспаленья легких.
На его ресницах снег не тает.
У природы нет плохой погоды,
Но его природа непростая.
То ли я ему совсем чужая,
То ли отключили батареи -
Я с ним постоянно простужаюсь
И потом недели две болею.
Людям очень нужно с кем-то греться…
Все уже себе понаходили.
Только у него другое сердце -
Маленькое сердце-холодильник.
Холодильник - славное местечко,
Чтоб хранить любовь, надежду, веру,
Но, когда его подносишь к печке,
Сильно уменьшается в размерах.
Я и он по-разному ранимы.
Близость не подходит для далеких -
Но когда он всё-таки обнимет,
Я умру от воспаленья легких.
На одиночество жаловаться грешно:
Это не травма, не опухоль, не киста.
"Кто-то появится",- всех уверяешь, но
Чувствуешь, что устал.
Стыдно немного за общий упадок сил.
В шейном отделе слегка заедает винт.
"Ждёте Кого-то?"- и Кто бы там ни спросил,
Делаешь бравый вид...
Хочешь быть нужным, заботиться и дарить...
Но, говорят, ты навязчивый [за глаза].
И, очищая от кожицы мандарин,
Хочешь не навязать...
Ищешь Кого-то, Кого-то всё время ждешь.
Сам обвинитель... и сам себе адвокат.
Летом под солнцем, а осенью под дождем
Учишься привыкать.
Изобретаешь новый велосипед,
Знак ДНК расплетаешь на две кривых.
Хочешь Кому-то отдать, но берешь себе -
Поздно. Уже привык.
Это не травма, не опухоль, не киста.
"Кто-то появится",- всех уверяешь, но
Чувствуешь, что устал.
Стыдно немного за общий упадок сил.
В шейном отделе слегка заедает винт.
"Ждёте Кого-то?"- и Кто бы там ни спросил,
Делаешь бравый вид...
Хочешь быть нужным, заботиться и дарить...
Но, говорят, ты навязчивый [за глаза].
И, очищая от кожицы мандарин,
Хочешь не навязать...
Ищешь Кого-то, Кого-то всё время ждешь.
Сам обвинитель... и сам себе адвокат.
Летом под солнцем, а осенью под дождем
Учишься привыкать.
Изобретаешь новый велосипед,
Знак ДНК расплетаешь на две кривых.
Хочешь Кому-то отдать, но берешь себе -
Поздно. Уже привык.
Молодость, ты же такая умничка,
Только не уходи!
Хочешь, поедем и купим сумочку,
Сладкого поедим.
Хочешь, отправимся в путешествие
К солнышку на восход.
Это какое-то сумасшествие -
Твой от меня уход!
Молодость, ты же такая близкая -
Близкому не предать.
Хочешь, я сделаюсь альпинисткою –
Двинемся в холода.
Хочешь игристого? Хочешь крепкого?
Выкроим выходной,
Всё, что не клеилось раньше, скрепками
Соединим в одно.
Я же читала про бедных девственниц,
И про кровавый душ.
Может, по простенькому: инъекции,
Пудра, помада, тушь.
Может, задержишься, даже временно,
Даже на пару лет?
Молодость, милая, современная?
Слышишь?
Ответа нет.
Только не уходи!
Хочешь, поедем и купим сумочку,
Сладкого поедим.
Хочешь, отправимся в путешествие
К солнышку на восход.
Это какое-то сумасшествие -
Твой от меня уход!
Молодость, ты же такая близкая -
Близкому не предать.
Хочешь, я сделаюсь альпинисткою –
Двинемся в холода.
Хочешь игристого? Хочешь крепкого?
Выкроим выходной,
Всё, что не клеилось раньше, скрепками
Соединим в одно.
Я же читала про бедных девственниц,
И про кровавый душ.
Может, по простенькому: инъекции,
Пудра, помада, тушь.
Может, задержишься, даже временно,
Даже на пару лет?
Молодость, милая, современная?
Слышишь?
Ответа нет.
Она разлюбила его в конвульсиях.
Она очень сильная - все умеет.
Овечки грустят на девичьих трусиках -
Никто не считает теперь в уме их.
Она убивалась, махала сумочкой,
И бросилась в клубы губить здоровье.
Она ему стала сто первой сучкою,
А он ей – двадцатой большой любовью.
Она очень сильная - все умеет.
Овечки грустят на девичьих трусиках -
Никто не считает теперь в уме их.
Она убивалась, махала сумочкой,
И бросилась в клубы губить здоровье.
Она ему стала сто первой сучкою,
А он ей – двадцатой большой любовью.
А потом становится всё равно:
все ровнее, ровнее... и совершенно
круглый ноль, и нельзя поделить на ноль-
нет решений.
Как бы ты не считал, но ответ иной
в прикладной математике отношений.
Всё ровнее, ровнее и всё равно...
совершенно...
все ровнее, ровнее... и совершенно
круглый ноль, и нельзя поделить на ноль-
нет решений.
Как бы ты не считал, но ответ иной
в прикладной математике отношений.
Всё ровнее, ровнее и всё равно...
совершенно...
близость не измеряется в миллиметрах:
вот мы, вроде, близкие, а между нами - вселенная...
близость мне представляется теплым весенним ветром,
несущим живительный дождь на пыльные поселения.
и всходят посевы, и расцветают сады,
и девочка утром бежит босиком к ручью,
и в каждом ее движении столько божественной красоты,
девочка пьет из горстей... и я, как она, хочу...
но не выходит:
в городе - сухость и шелушение...
как ни втирали питательный крем в пересохшие щёки весны,
не получили близости, одни только отношения...
отношения,
отношения,
отношения...
от которых свободные люди превращаются в крепостных!
вот мы, вроде, близкие, а между нами - вселенная...
близость мне представляется теплым весенним ветром,
несущим живительный дождь на пыльные поселения.
и всходят посевы, и расцветают сады,
и девочка утром бежит босиком к ручью,
и в каждом ее движении столько божественной красоты,
девочка пьет из горстей... и я, как она, хочу...
но не выходит:
в городе - сухость и шелушение...
как ни втирали питательный крем в пересохшие щёки весны,
не получили близости, одни только отношения...
отношения,
отношения,
отношения...
от которых свободные люди превращаются в крепостных!
Он, наверное, где-то есть,
Далеко, там, где нет меня,
Гладит рыжей собаки шерсть
У тускнеющего огня.
В его комнатах полумрак,
Смотрят грустно портреты в зал,
У него несчастливый брак
И искрящиеся глаза.
А за окнами тот же век,
Тот же месяц и тот же Бог.
Незнакомый мне человек
С рыжим псом у согретых ног
Пьет горячее молоко,
Отдыхая от желчи дня.
Очень жаль, что он далеко,
Далеко, там, где нет меня.
Далеко, там, где нет меня,
Гладит рыжей собаки шерсть
У тускнеющего огня.
В его комнатах полумрак,
Смотрят грустно портреты в зал,
У него несчастливый брак
И искрящиеся глаза.
А за окнами тот же век,
Тот же месяц и тот же Бог.
Незнакомый мне человек
С рыжим псом у согретых ног
Пьет горячее молоко,
Отдыхая от желчи дня.
Очень жаль, что он далеко,
Далеко, там, где нет меня.
Подари мне любовь - остального полны закрома.
Остальное выходит из моды, становится жалким, никчёмным.
А любовь - это больше, чем просто курортный роман,
Это больше, чем страсть соблазнять симпатичных девчонок.
Понимаю, что есть вероятность остаться ни с чем,
Лучше - новый мобильный, красивая сумочка, бусы.
В общем, что-то из модных и всеми желанных вещей,
Но увы,
у меня на подарки такие нелепые вкусы...
Остальное выходит из моды, становится жалким, никчёмным.
А любовь - это больше, чем просто курортный роман,
Это больше, чем страсть соблазнять симпатичных девчонок.
Понимаю, что есть вероятность остаться ни с чем,
Лучше - новый мобильный, красивая сумочка, бусы.
В общем, что-то из модных и всеми желанных вещей,
Но увы,
у меня на подарки такие нелепые вкусы...
У королевы - трон,
А у гадюки - яд,
У поездов - метро,
А у меня есть я!
Молодость - у любви,
У тишины - рояль,
У прихожан - раввин,
А у меня есть я.
У Маргариты - муж,
А у Софии - пять...
[Кто присягал кому
сложно порой понять.]
У Гульсары - семья,
У Марианны - приз,
А у меня есть я !
Это же - заебись!
А у гадюки - яд,
У поездов - метро,
А у меня есть я!
Молодость - у любви,
У тишины - рояль,
У прихожан - раввин,
А у меня есть я.
У Маргариты - муж,
А у Софии - пять...
[Кто присягал кому
сложно порой понять.]
У Гульсары - семья,
У Марианны - приз,
А у меня есть я !
Это же - заебись!
Я прощу Вас, как только смогу простить...
Бюрократия гордости – водка с перцем.
Я мечтаю увидеть, как мир блестит
Для людей, у которых легко на сердце.
Я прощу Вас за выборку скользких фраз -
Обтекаемость сущности грех ли? Нет же!
Вам так хочется, чтобы любили Вас -
Это плохо и здорово - что-то между.
Я прощу Вас, конечно же. Я хочу!
Я прощала других – и лгунов, и даже...
Я прощала предателей – я плачу
За свое… не прощенная там… однажды...
Я прощу Вас, как мама простит дитя
За разбитую вазу – подарок ценный...
Я прощу Вас, чтоб новых прощать, шутя...
Мне судьба Вас направила с ЭТОЙ целью!
Бюрократия гордости – водка с перцем.
Я мечтаю увидеть, как мир блестит
Для людей, у которых легко на сердце.
Я прощу Вас за выборку скользких фраз -
Обтекаемость сущности грех ли? Нет же!
Вам так хочется, чтобы любили Вас -
Это плохо и здорово - что-то между.
Я прощу Вас, конечно же. Я хочу!
Я прощала других – и лгунов, и даже...
Я прощала предателей – я плачу
За свое… не прощенная там… однажды...
Я прощу Вас, как мама простит дитя
За разбитую вазу – подарок ценный...
Я прощу Вас, чтоб новых прощать, шутя...
Мне судьба Вас направила с ЭТОЙ целью!
А ещё я буду правильной и хорошей,
Искренней, нежной, чувственной не для галочки.
Март вышел какой-то зимний. С инеем и порошей.
Март-леденец на деревянной палочке.
Знаете, а ведь Вы ни на кого не похожи!
Помнится, я любила когда-то, не до конца, с оглядкой.
Март-лединец в форме зайчика, надо бы с ним построже.
Это такой месяц. Сахарный, кисло-сладкий.
Много всего и сразу. Много хороших улиц.
Улицы путаются в клубке города с женским паспортом.
А я сегодня подглядывала, как украдкой целуются
Какие-то люди в метро, на станции Пролетарская.
А ещё я буду дарить разные сувениры,
Сладости, пряники, даже конфеты «Мишка на севере».
Вы говорите, простуда, насморк и слишком сыро,
А мне кажется - столько хороших мыслей, и голова как сервер.
Как средство для очищения. Март. Отбеливанье желаний.
Небрежность стиха, небрежность с хорошим стержнем.
А еще я буду писать Вам маленькие послания,
Но, скорее - себе. В общем-то, как и прежде.
Искренней, нежной, чувственной не для галочки.
Март вышел какой-то зимний. С инеем и порошей.
Март-леденец на деревянной палочке.
Знаете, а ведь Вы ни на кого не похожи!
Помнится, я любила когда-то, не до конца, с оглядкой.
Март-лединец в форме зайчика, надо бы с ним построже.
Это такой месяц. Сахарный, кисло-сладкий.
Много всего и сразу. Много хороших улиц.
Улицы путаются в клубке города с женским паспортом.
А я сегодня подглядывала, как украдкой целуются
Какие-то люди в метро, на станции Пролетарская.
А ещё я буду дарить разные сувениры,
Сладости, пряники, даже конфеты «Мишка на севере».
Вы говорите, простуда, насморк и слишком сыро,
А мне кажется - столько хороших мыслей, и голова как сервер.
Как средство для очищения. Март. Отбеливанье желаний.
Небрежность стиха, небрежность с хорошим стержнем.
А еще я буду писать Вам маленькие послания,
Но, скорее - себе. В общем-то, как и прежде.
(с) Сола Монова
Комментарии (2):
Хунда-бинда
15-04-2014-20:45
удалить
От последнего тащусь в последнее время)
Idria_Solnc
15-04-2014-23:07
удалить
Ответ на комментарий Хунда-бинда #
Хунда-бинда, мне вообще все ее стихи нравятся))
Комментарии (2):
вверх^
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Соло Кладбища Лишних Чувств | Idria_Solnc - На ходу лучиками по стеклу... |
Лента друзей Idria_Solnc
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»