Это цитата сообщения komor_valerya Оригинальное сообщение
ИСТОРИЯ ЖИЗНИ ОДНОЙ СТАРОЙ ДАМЫ, ПРОЖИВШЕЙ ИНТЕРЕСНУЮ И ПОЛНУЮ СОБЫТИЯМИ ЖИЗНЬ. ЧАСТЬ 7. ЖИЗНЬ В КРАСНОЯРСКЕ
И только в этот день Михаил отправился на поиски квартиры, настроившись решительно. И нашел. У какой-то бабки, за печкой русской, мы сняли угол. По ночам бабка спала за занавеской, страшно храпела. Надо было что-то делать. У одной из девиц в общежитии была знакомая продавщица газировки. Эта продавщица и предложила нам снять комнату у её матери. Это была еврейская семья. Комната наша была в закутке. Чтобы выйти в туалет, надо было проходить через все хозяйские комнаты. К тому же сыночек стал заглядываться на меня, что не понравилось его маме.
К этому времени я уже работала. Через Гороно меня направили в школу, которая тоже находилась на Покровке, т.е. на нашей горе. Преподавать я там должна была английский язык в 5-х, 6-х, 7-х и 8-х классах. Короче говоря, мне достались самые бандитские классы. И что удивительно: школьный коллектив зная, что я – молодой специалист, не имею никакого опыта, ни разу не помог мне, не поинтересовался, как идут дела. Мои ученики чувствовали себя весьма свободно. На уроках шли постоянные стрельбища из авторучек пульками и кедровыми орешками. Я приходила в класс, говорила:»Кто хочет заниматься, садитесь в первые ряды. Остальные на камчатку и делайте, что хотите». У меня постоянно в голове была одна мысль: только бы не в меня стрельнули. Могли ведь вышибить и глаз, и просто поставить синяк. Как-то пришла в школу комиссия и зашла ко мне на урок. После урока одна дама мне заявила: «Ведь Вы совсем не любите детей.» На это я гордо ответила, что да, именно этих не люблю. Разве я могла объяснить ей, что я очень любила детей, что дети тоже меня любили, что я постоянно с ними общалась и профессию выбрала именно из-за любви к детям!
Главная улица Красноярска: Проспект Мира. Сибиряки говорили:"Раньше ходили по Проспекту Сталина, теперь пошли по Проспекту Мира"
Но тут нам пришлось вновь переехать на другую квартиру. Хозяйке нашей надоели наши ночные бдения и хождения на улицу в туалет через их комнаты. Она попросила нас найти другое жилье. Хорошо еще, что её дочка относилась к нам отлично. Через пару дней она сказала, что есть квартира. Мы пошли посмотреть. Это был деревянный 2-этажный старый дом, на первом этаже, вернее, почти в полуподвале, жила Софья Васильевна. Дом находился рядом с незамерзающей рекой Качей, т.к. туда сбрасывались все отходы круглый год. Естественно, что никаких удобств, уборная во дворе. Софья Васильевна сдала нам комнатку, которая даже не отапливалась, но потом выяснилось, что её русская печь в прихожей отапливала обе комнаты прекрасно: её и нашу. Но надо было постоянно носить дрова и топить печку.
Просто представьте себе, что в одном из таких деревянных домов мы и жили
Сначала наша новая хозяйка показалась мне угрюмой, неразговорчивой. Но тут наступил ноябрь. Морозы сразу под 40 градусов. Я в своем пальтишке, привезенном из теплого Ташкента, схватила ангину, причем очень страшную. Несколько дней валялась с высокой температурой. Прошли ноябрьские праздники, я с трудом выбралась на улицу и пошла увольняться, т.к. решила, что моей ноги никогда больше не будет в школе. Моя коллега по английскому языку сказала, что мои детишки на праздники во время вечера ограбили буфет и еще что-то. И тут-то она и сказала мне, что эта школа- самая бандитская в Красноярске. В общем, как всегда, мне «повезло».
Через какого-то Мишкиного знакомого мне передали, что есть возможность устроиться на почасовую оплату в Сибирский технологический институт. Я пошла туда, и меня приняли на почасовку, т.е. оплата составляла ...24 рубля в год. У меня было 2 пары в неделю всего. Заработка никакого.
Сибирский технологический институт
Как-то я прихожу домой, а на нашей кровати лежит теплое пальто с собачьим мехом и валенки. Это добрая душа Софьи Васильевны не выдержала, что я в Сибири хожу в таком пальтишке, и она принесла из своего магазина уцененных товаров, где работала продавщицей. Мрачно велела одеваться теплее и сказала, что с деньгами за эти вещи не торопит. Когда отдам- тогда отдам. Никогда не забуду, как Мишка шарахался от меня на улице, когда мы ходили в кино, и я одевала это пальто и валенки. Он делал вид, что не имеет ко мне никакого отношения. Мне было очень обидно в глубине души. Но после его зимней поездки в Москву он привез мне новое пальто и теплые ботинки. После этого все стало вроде на свои места.
К нам по пути в город постоянно заходили ребята из Мишкиной организации. Начинались выпивоны, шумные беседы, песни. И тут выяснилось, что Софья Васильевна с удовольствием к нам присоединялась, вместе с нами пила, пела песни, угощала нас своими разносолами,а нас с Мишкой иногда и кормила. Мы очень привязались друг к другу.
Хотя это и не Красноярск, а уже Ташкент, но зато такой была Софья Васильевна и Галя. Фотографировал нас Володя
Так продолжалось до Нового года. К Новому 63-му году я получила от бабуси свой диплом. Какими-то правдами и неправдами она выцарапала мой диплом из института. Когда на кафедре увидели мои оценки по всем предметам, что я почти с красным дипломом была, меня взяли в штат института. Но увы, и тут мне не повезло: мне дали только вечерние группы. Я должна была каждый вечер ходить в институт, благо он находился рядом, но с моей натурой «жаворонка» мне страшно хотелось спать уже после первой пары. Вторую пару еле выдерживала. Было всегда очень страшно возвращаться домой одной. Ни разу Михаил меня не встретил. Только постоянно ворчал, что я прихожу поздно и тут же ложусь спать.
В это же время я выяснила, что мой муж учится только… на 1-м курсе заочно. А я-то считала, что он уже на 3-м курсе заочного отделения энергетического института! Боже мой! Началась борьба за его учебу. Я следила за ним, чтобы он занимался, я делала ему работы по английскому, истории, я устраивала ему зачеты некоторые в нашем институте. С моей помощью, пока я была в Красноярске, он все-таки закончил 3 курса.
Вспоминаю, как я приходила зимой на кафедру, и как все преподаватели собирались вокруг, чтобы посмеяться над моим стриптизом. Я закутывала все лицо маминым теплым платком, оставляя только нос, чтобы только дышать. Шла в валенках, на колени наматывала Мишкины шарфы, т.к. мерзли колени. И вот постепенно начинала разоблачаться. Все хохотали. А одна англичанка вечно приходила в сапожках на каблучках, в капроновых чулочках. Она сказала, что до того, как построили мост через Енисей она пешком переходила в таком одеянии весь Енисей с одного берега на другой по льду! Для меня это была фантастика.
В том же 63-м году в Красноярск приезжал совсем ещё молодой Кобзон. У него был тур по городам Сибири. И его выступление состоялось у нас в институте! Мы все были в восторге! Молодой, интересный певец, с замечательным голосом и пел такие всем знакомые песни! "Под крылом самолета о чем-то поёт зеленое море тайги"...
Главный вход в институт
У Софьи Васильевны была собака Шарик, маленькая верткая дворняжка, которая постоянно встречала хозяйку у ворот, когда она возвращалась с работы. И был черный кот. Каждый вечер мне приходилось бдительно следить за мужем, который вместо занятий играл с котом, считая, что я сплю. Я открывала глаза, начинала ругаться, а у него под учебником лежала какая-нибудь книга. Ну никак не хотел учиться мой муж!
Иногда мы выезжали за город в тайгу. Я никогда не забуду, как ШУМЕЛА тайга! Стояла первозданная тишина в лесу и только тихо шумели ели. А цветы! Весной расцветали потрясающей красоты "жарки", как их называли сибиряки. Оранжевые цветы, по форме похожие на розы. А "венерины башмачки" или "кукушкины слезы"! Я такой красоты больше нигде не видела! Сказочные красоты! А вот на "Столбы" я никогда не лазила, даже если была компания. Я обычно сидела у подножья какой-нибудь скалы и ждала возвращения всех своих.
Таёжные "жарки"
Весной я забеременела. В мае же приехала мама моя к нам, чтобы после сессии ехать вместе в отпуск домой в Самарканд. Нас, преподавателей, после завершения сессии отправили на окучку капусты на день. Я со своим трудолюбием дурацким все старалась угнаться за Лизой- нашей лаборанткой, которая прожила часть жизни в деревне и умела работать. Вот я и ориентировалась на неё. Догоняла. Через пару дней мы с мамой уезжали, а Михаил должен был приехать тоже в Ташкент из Москвы, т.к. он 2 раза в год ездил в Москву. На второй день в поезде у меня начались сильные боли. Я промучилась с ними полночи, а глубокой ночью пошла в туалет и увидела, как из меня вывалился кусок со сгустком крови. Это был выкидыш моего первого ребенка. Я рассказала маме. Мама страшно испугалась, хотела даже выйти со мной на ближайшей станции, но я уговорила её подождать до Ташкента. В Ташкент мы приехали к бабусе, и в тот же день меня тетя Ванда отвела к гинекологу. Он успокоил, что вроде все вышло, т.к. не было кровотечения больше, все заканчивалось, матка закрылась.
Приехал Михаил. Я ему все рассказала, он тоже расстроился, но, думаю, не так уж и сильно.
Потом мы все вместе поехали в Самарканд. Мы с мамой домой- Михаил сразу к своей матери. А надо сказать, что я заставляла его писать ей письма, он писал довольно часто благодаря мне. И не знала я тогда, что в своих письмах он часто жаловался на меня своей
матушке, что и характер у меня не тот, что не поддаюсь я его воспитанию и проч. Мне потом мама рассказала, что моя свекровь вдруг переставала с ней разговаривать. Мама не могла понять, почему. Выяснилось много лет спустя. Как только свекровь получала письмо сына с очередными жалобами, она вытесняла обиду на моей матери, т.к. они работали в одной организации.
Мы с мамой во время отпуска
И вот я вечером жду прихода мужа. Его нет. Наступила ночь- его нет. Мы решили больше не ждать, понимая, что он остался с матерью, долго не виделись. На следующий день его нет. Целый день я прождала его, но он так и не пришел. Вечером с работы вернулась мама и сказала, что он, оказывается, поехал вместе с Ольгой и ребятами купаться. Вот тут-то я начала рыдать. В тот день я впервые взяла мамину папиросу и попробовала закурить. Было противно, но я курила, глотая слезы. Правда, надо сказать, что в тот раз я не начала курить запоем, как это случилось потом.
Он заявился только на следующий день, когда я провела бессонную ночь. Явился, как ни в чем ни бывало. На мои упреки был у него один ответ: а что он такого плохого сделал? Ну поехал с сестрой искупаться, т.к. жарко, ну побывал с мамой. До него так и не дошло, что жена могла волноваться, что мне нельзя было волноваться после выкидыша. На все было ему наплевать, кроме своих удовольствий.
Это был очень плохой для меня отпуск. Постоянные скандалы из-за его уходов то к маме, то ещё куда-то. Мы ругались почти каждый день. Я считала, что если мы муж и жена, то должны быть везде вместе- у его мамы, у моей. Но его мама, видимо, не очень-то рвалась увидеться со мной. С тех пор начались наши конфликты со свекровью.
Наконец отпуск закончился, и мы уехали в Красноярск. Осенью я пошла к гинекологу. Там выяснилось, что у меня эррозия шейки матки. Мне предложили прижечь её, т.к. в противном случае может развиться рак, к тому же я не смогу иметь детей.
Мне сделали прижигание- отвратительная процедура. Велели беречься месяц после прижигания. Из меня что-то постоянно текло, было очень противно. Но моему мужу указание врачей было не по нутру. Прошла половина срока после прижигания, и он полез ко мне, полез грубо, чуть ли не насильно. Я уступила, т.к. вообще мне не очень-то нравилось ругаться с ним. Да, бывало так, что не уступала в чем-то, в каких-то мелочах. А он вел себя очень хитро: так поступает мудрая женщина- в малом уступает, в большом- нет. Он постоянно обводил меня вокруг пальца, и в конечном счете я делала все по- его, но не по-своему.
Немедленно после этого я снова забеременела. На сей раз дело было уже осенью и зимой, не было никаких сельхозработ. В первую очередь меня во время беременности отвратило от шоколада и шоколадных конфет, которые очень любила. До сих пор я не люблю шоколад и некоторые шоколадные конфеты. Потом мне стало противно смотреть на все напитки: водку, вино. Это был 63-й год и начало 64-го. В те годы из-за какой-то дурацкой реформы Хрущева исчезло все в магазинах. Продавался только хлеб из пеклеванной муки, в нем попадались даже соломинки. Молоко выдавалось в магазинах только женщинам с детьми. Я покупала иногда молоко зимой в крынках в замерзшем состоянии. Дома оттаивала его и пила. Сыра не было, творога тоже. Зимой мама присылала пару посылок со сливочным маслом. В то время, когда закладывался костяк моего будущего ребенка, в Красноярске был голод на продукты, богатые кальцием. Мужики стояли возле магазинов и матом крыли Хрущева, т.к. продавалась только водка и консервы рыбные, вроде кильки в томатном соку. Спасибо еще Софье Васильевне, которая изредка подкармливала меня чем-нибудь вкусненьким. Помню, однажды я пошла в кино на какой-то японский фильм. Мишка был в то время в Москве. Не знаю, то ли кто-то сидел возле меня и пускал дурной воздух, то ли еще что, но у меня с тех пор буквально протест против японского кино. Как только вижу кадры с японцами, тут же в носу возникает та вонь. Я из-за этого даже не смотрела шедевры японского кино и Акиры Куросавы.
Часто мы ходили в кино с Софьей Васильевной, причем она очень любила индийские фильмы. Тогда была большая мода на них. Когда же я бывала с ней, то начинала ехидничать над индийскими страданиями. Бедная Софья Васильевна, она еле сдерживалась от хохота, говорила, что со мной нельзя смотреть душещипательные фильмы. В марте 64-го года к ней приехал сын Володя с невесткой Галей. Галя тоже была в положении, причем на последних месяцах. Они приехали из Бийска, где жили и работали после окончания института. Тут у нас начались веселые денечки. Володя оказался веселым, душевным парнем, любителем петь и играть на гитаре. Мы вечерами садились и пели песни. Володя знал массу туристских песен, подыгрывал себе и пел. Собаке Шарику особенно «нравилась» песня про Зиганшина и компанию. И когда Володя начинал петь «Зиганшин буги, Зиганшин рок», а мы все подвывали в такт, Шарик не выдерживал и начинал тоже подвывать.
Вот так когда-то пели этот рок
Это был конец полный для нас с Галкой. Мы хохотали так, что чуть было не выкидывали своих детей. Бегали по очереди в сени, где стояло ведро вместо туалета. Помню, откроешь дверь в сени, а оттуда густой морозный пар валит в комнату. Так весело мы провели март, апрель. В конце марта Галя родила сына Игоря. В мае я уходила в декретный отпуск, и тут же уехала в Самарканд рожать. Мишка перебрался снова в общежитие, когда я уехала. Остались самые теплые воспоминания об этих днях, проведенных в этой чудесной семье. Я тогда еще и не предполагала, какими друзьями мы станем в будущем с Галей, а еще больше- с Володей.